Цитаты из книг автора «Шенг Схейен»

Особенно значительную роль Стасов сыграл в биографии Модеста Мусоргского и Ильи Репина. Он сформулировал эстетику утилитаризма:[95] искусство должно быть поставлено на службу освобождению народа путем распространения жесткого внецерковного просветительства и вместе с тем проповеди славянофильского утопизма. Хорошее искусство, по мнению Стасова, должно быть «здоровым, верным природе жизни, правдивым, глубоким и искренним»11. Всегда уверенный в собственной правоте, Стасов был ярым противником всего нового в русском искусстве, особенно если это новое шло из Западной Европы. Он отстаивал свои убеждения в прессе с фарисейской нетерпимостью и жаром, необычным даже для российского художественного мира, в котором всегда кипели жестокие страсти.

Мария Тенишева была одной из самых выдающихся женщин, которых дала России эпоха fin de siècle.[79] Она вложила целое состояние, в основном принадлежавшее ее мужу, в развитие русского искусства, создавая свою собственную художественную коллекцию, и, что еще важнее, организовав коммуну художников в Талашкине, которое стало одним из главных мест изучения и сохранения истинно русского искусства.

культуры элиты, а Россия входила в Европу, оставаясь на ее периферии.

Но интерес к художникам XVIII века представлял собой еще и ностальгию по эпохе, когда искусство составляло неотъемлемую часть

Если Европа и нуждается в русском искусстве, то она нуждается в его молодости и в его непосредственности»4. И хотя в этих словах уже проявлялся будущий импресарио, Дягилев во многих отношениях оставался консервативным. Наибольшее внимание он уделяет художникам, которых знал лучше всего: немецким и русским реалистам.

Такое хладнокровие перед лицом разорения останется характерной чертой Дягилева на всю его жизнь.

Разница между нашими и заграничными снобами та, что в Париже они жаждут новых течений в искусстве и рады приветствовать каждую попытку в этом направлении, а у нас снобизм упорно отстаивает какие-то отжившие традиции»

моя глубокая, так сказать, “маститая” опытность и знание российских железных дорог, и, главное, не железных дорог, и останавливает меня сейчас же пуститься в путь

хореографа довела до этого вся постановка дела в дирекции императорских театров, где было принято строить карьеры «не по талантливости, а по угодливости, распространению доносов и вредных сплетен»

Жизнь в России обесценивалась, особенно – жизнь властей предержащих, поэтому неудивительно, что в подобном климате умеренным силам в правительстве приходилось все труднее.