Глава 4 МГУ: приглашение

Трамплин-Амбассадори на Воробьевых горах был залит дневным светом. Студенты сидели за столиками, работали, смеялись, спорили. Шумело кафе, которое умудрялось делать кофе одновременно модным и отвратительно дорогим.

Оскар сидел там же, где и всегда последние три года – у стены с мхом и видом на Лужники.

Сегодня – впервые – ему не нужно было ни в лабораторию, ни к научруку, ни на семинар. Он защитился. Закрыл. Закончил.

Коллеги окружили его плотным кольцом: кто с чашками, кто с ноутами.

– Ну, доктор, – протянула Света, – скажи ещё раз вслух тему, пожалуйста. Я обещала подруге, что у нас на кафедре защищают магию.

– Это не магия, – буркнул Оскар, хотя улыбка всё равно полезла. – Это просто…

– Просто повтори, – потребовал Стас, устроившись рядом и ткнув его в плечо. – Я хочу ещё раз услышать, как ты уничтожаешь человеческий язык.

Оскар вздохнул, поднял чашку с чаем, как бокал на тост, и отчеканил:

– «Нелинейные фазовые переходы в самоорганизующихся архитектурах искусственного интеллекта».

Коллеги синхронно зааплодировали.

– Господи, – радостно фыркнула Света. – Ты хоть понимаешь перспективищу? Эта тема через пять лет станет стандартом. Фазовые переходы – это же новая топология поведения ИИ. Это то, куда все идут.

– Если доживут, – добавил Стас. – Мой ИИ вчера решил, что оптимальное решение для маршрутизации – это выключиться. Просто выключиться. Самоорганизовался, так сказать.

– Ты будешь гением, – сказал кто-то ещё. – Или угрозой. Пока непонятно.

Оскар усмехнулся.

Ему было приятно.

И непривычно.

Докторская закрывала огромный пласт жизни, и впервые в голове вместо гонки была пустота.

– Ладно, – сказал он. – Я правда ценю, что вы пришли. Даже ты, Стас, хотя ты пьёшь чай со вкусом жжёной резины.

– Это матча, – возмутился Стас.

– Это химическое оружие, – ответил Оскар.

Смех перекрыл гул холла.

И в этот момент смартфон тихо завибрировал.

Уведомление всплыло лаконичное, без имени:

«Гость прибыл. Вы говорили о встрече. Он ждёт вас на террасе».

Оскар заморгал. Гость?

Он не ожидал, что этот человек действительно придёт.

Он встал.

– Ребята… извините. Мне нужно… кое-что проверить.

– Оскар! – крикнула Света. – Не вздумай исчезнуть. Сегодня мы идём пить – и никто не уйдёт раньше полуночи!

– Посмотрим, – бросил он и почти побежал.

Терраса была совсем пустой: холодно, ветер, осеннее солнце выкручивало контраст до предела.

И там, у стеклянного парапета, стоял мужчина, которого невозможно было спутать с кем-либо ещё.

Роман.

Личный консильери и глава службы безопасности Аслана.

Оскар вдруг почувствовал себя студентом. Хотя формально уже был доктором.

Роман повернулся так спокойно, будто ожидал его секунда в секунду.

– Доктор Холт, – сказал он. – Поздравляю с защитой.

– Спасибо, – ответил Оскар. – Простите… вы действительно приехали в Москву лично?

– Это вопрос уважения, – сказал Роман. – И вопрос интереса.

Они прошли к столику. Сели. Ветер шумел между стеклянных перил.

Роман достал из портфеля тонкий конверт и положил перед Оскаром.

– Это письмо от господина Аслана. Вам предлагают должность главного архитектора сетевых систем в AEROMINDS.

Оскар смотрел на конверт так, будто внутри лежал миниатюрный реактор.

– Главного архитектора? – повторил он осторожно. – Но у меня нет…

– У вас есть всё, что нужно, – спокойно перебил Роман. – Ваши работы изучали очень внимательно. Особенно последние выкладки по фазовым переходам в самоорганизующихся кластерных ядрах.

Оскар сглотнул.

– Это же… теоретическая модель.

– Пока, – мягко сказал Роман. – Но у нас, в Санкт-Владенбурге, есть система, масштабы которой вам дадут реальную практику. Ту, которую в мире получают единицы. Том – одна из крупнейших распределённых структур на континенте. Он не просто ИИ. Он инфраструктура.

Ветер усилился.

Оскар прикрыл глаза.

От волнения руки стали холодными.

– И… почему именно я?

Роман улыбнулся уголком губ – почти незаметно.

– Потому что мы ищем не просто инженера. Мы ищем мышление. А ваша диссертация – это заявка. Человек, который пишет подобные вещи в тридцать семь, не будет работать в университетском проекте. Ему нужен город. Система. Масштаб.

Оскар откинулся назад.

Это звучало безумно лестно. Но было правдой.

– Я… даже не знаю, что сказать.

– Скажите, что подумаете, – ответил Роман. – Мы не торопим.

Он кивнул на конверт:

– Там – официальный документ. Перечень задач. Условия. Каналы связи. Необязательное чтение – биография Аслана. Она вдохновляет.

Оскар хмыкнул:

– Я слышал, он… сложный человек.

– Люди такой категории не бывают простыми, – сказал Роман. – Но эффективными – да.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Я подумаю.

– Вот и отлично, – ответил Роман, вставая. – Если решите – позвоните. Если нет… – он пожал плечами. – Что ж, мир большой. Но шансы такого уровня появляются редко.

Он протянул руку.

Оскар пожал её – и почувствовал, как в ладонь давит вес чужого мира.

Когда Роман ушёл, терраса будто расширилась. Воздух стал холоднее. Звуки города – громче.

Оскар сел обратно.

Положил ладонь на письмо.

Потом открыл.

Внутри было приложено короткое сообщение, написанное уверенным почерком:

«Оскар, мне нужен человек, который понимает, как системы меняют форму.

Ваши исследования по нелинейным фазовым переходам представляют редкую ценность. Мне кажется, вы сможете расширить пределы того, что мы называем контролем.

Если вы готовы – добро пожаловать домой. А.»

Он перечитал раз, другой.

И понял, что уже знает ответ.

Просто ещё не признался себе.