Цитаты из книг автора «Сергей Лукьяненко»

– Это случайность. Я очень сожалею. Очень. Это трагедия, и вина на мне.

– А тот старичок-кваzи и его правнук? Ты к этому не причастна?

Любой убийца со времён Катастрофы говорит одно и то же, вот только сам не хочет менять «форму существования».

– Ты заложила бомбу и убила курсантов? – Я их не убивала. У меня отец был капитаном, я бы никогда… – Знаю я, кто твои родители. Ты заложила бомбу? – с напором спросил я. – Да. Но это… – Понимаю-понимаю. Это не смерть, это всего лишь переход

– Я же сказала Бедренцу, что не буду убегать, – равнодушно ответила Мария. – Уже хорошо. Может заодно объяснишь, что именно ты творишь? – Я говорила. Пытаюсь помочь людям и кваzи. Я хочу только добра. – Если бы каждый, кто говорил мне, что хочет только добра, давал мне по рублю… – Я задумался. – Пожалуй, у меня было бы рублей десять.

– Хотела вспомнить детство, – спокойно ответила Мария. – Когда была подростком, мы часто лазили по крышам. Это в Питере популярная забава. Иногда удавалось пройти поверху десяток домов. Кое-где перешагивать, кое-где прыгать… дети не верят в смерть. Хотя насчёт уйти – ты тоже в чём-то прав.

– В любом старом городе должны быть высотные элементы. «Огурец» в Лондоне, Эйфелева башня в Париже, Останкинская башня в Москве…

«Лахта-центр» сиял вдалеке огромным, плохо огранённым драгоценным камнем. – Признай, Денис, что он портит горизонт, – сказала Мария. – Как по мне, так это ваши питерские заморочки

Нет, я не мог удержаться. Ну в кои-то годы оказаться в Питере! – Кто стучится в дверь ко мне? – громко сказал я. – Он с мачете на ремне! Увы, слегка искажённые, но бессмертные строки Маршака, повествующие о трудностях почтового сообщения в доинтернетную эпоху, тоже отклика не вызвали.

Я всегда подозревал, что люди, предпочитающие холодное оружие, более эрудированны, чем любители огнестрела. Я тому живой пример.