146. Проверочка

Полицейский остановил меня в вестибюле метро. Молодой, с изъеденным оспой лицом, в мешковатой серой форме.

– Здрав-жлав, йдёмте с мно, – сказал он.

Идём в комнату полиции – маленький тёмный закуток, где возбуждённый лейтенант сидит и стучит пальцами по маленькому столику с дисковым телефоном.

– Ну! Кто тут у нас?! – восклицает он, завидев нас. – Турникетный прыгун?

– Ника ни, – отвечает мешковатый.

– Значится, карманный тягач?

– Вро ни.

– О! Наркоман?

– Не мгу знот, тварщ лытант.

– Зачем тогда привёл?

– Прверчка.

– Проверочка не помешает. Нутес, садитесь, гражданин, вот на этот стул, да поживее!

Сажусь. Лейтенант вытирает лоб платком и говорит мне:

– Документы.

Даю паспорт. Он смотрит в паспорт, на меня, в паспорт, на меня, в паспорт, на меня, небрежно бросает документ на стол.

– Приводы были?

– Нет.

– А если найду?

– Попробуйте.

Лейтенант берёт телефонную трубку, крутит диск и, немного спустя, басит:

– Алло, да. Проверьте, Вернер Сергей Сергеевич проходил у нас по каким-нибудь делам?.. Точно?.. Ага, ну.

Повесив трубку, лейтенант шмыгает носом и говорит мне:

– Вы свободны, Сергей Сергеевич, но помните: мы за вами присматриваем.

Мне отдают паспорт, и мешковатый сопровождает меня к выходу. Когда мы выходим в метро, он говорит мне:

– Да у ныо даж тлыфон не вклчен.

– Тогда зачем это всё?

– Тка рабта.

– А… вы случайно не чех?

– Ни.

– Ладно. Ну, я пойду?

– Дэ… А, ни!

– Что ещё?

– Влыко Но и бло и чрно.

– Что, простите?

– Я грю: вылыкан буже чаровати.

Он кивает за мою спину. Обернувшись, вижу афишу: Оззи Осборн в Ледовом Дворце. Полина от него без ума. Может, сводить её туда, и тогда всё наладится?

0

Когда за кулисы приходят фанатки, готовые на всё, ты обозреваешь их со скупой гордостью. Некогда подумать о другом. Отказываться от предложенного нелепо, уйти от красоты немыслимо. Однако знаешь, что в них же и страдания твои, в них и печаль твоя, в них и погибель твоя, впереди, далеко впереди, далеко-далеко, впереди-впереди… а нет – вот она, уже здесь. Нет, спасибо, завтра приходите или ближе к закату империи, только не сегодня, не сейчас. Сейчас продолжается Игра, Великая Игра, Древнейшая Игра, колесят по шару легковые машины с тяжеловесными пассажирами, небесные автобусы прыгают из города в город, с континента на континент. Если скучно на Олимпе станет, гуляешь в садах: хочешь – спелую вишню рви, хочешь – скрути косячок из розового листа, да звукам свирели внемли или земную твердь будоражь светошумовым шоу с раскатами грома. Делаешь разным богиням детей с их согласия, пусть те открывают новые грани Силы, пусть растут до купола небесного, пусть сознания их в себе зарождают новые и новые миры, совершеннее и справедливее прежних, миры, где нот и цветов ещё больше, где любая путаница искателю по плечу, где убийца не всегда шофёр, а в конце тоннеля всегда свет, если только сам идущий не алчет тьмы, миры, где выход есть даже из бесконечности, а за ней нет бесконечности иной, если только искатель сам не пожелает её там встретить, и если не пожелает, чтобы желания его не сбывались и чтобы всё не было ему подконтрольно. О славные миры! Заказать бы такие онлайн.

145. Пополам

В курилке я и наша go-go-управляющая Таня Карамель – довольно взвинченная.

– Вот скажи мне, – говорит она, выпуская дым через нос. – Ты же с девушкой живёшь, так?

– Так, – говорю.

– Кто из вас двоих платит за квартиру?

– Пополам, конечно.

– Да? А я считаю, что за жильё должен платить мужчина.

– Почему?

– Мужчина должен обеспечивать женщину.

– Почему он должен?

– Да потому, что женщина обеспечивает домашний уют.

– Готов согласиться, если эта женщина с утра до ночи только и занимается тем, что обеспечивает домашний уют. Но если женщина работает, да ещё и на двух работах, то она далеко не все свои силы вкладывает в уют. А вкладывает их в дело, как и мужчина. Так с чего бы ей не платить за жильё?

Таня цокает языком и восклицает:

– Да потому, что она и деньги вкладывает в уют! Например, она светильник купила!

– Женщина купила один светильник, а мужчина всегда платит за жильё? Это разве справедливо?

– Женщине нужны деньги на платья и маникюр, чтобы радовать глаз мужчины.

– А мужчине не нужны деньги, чтобы хорошо выглядеть?

– Меньше, чем женщине. И знаешь, какой мужчина выглядит лучше всех?

– Какой?

– Который сам платит за жильё.

– Ох.

– И он должен всё продумывать. Вот Андрей, например, всё продумывает.

Андрей Меркулов, Танин мужчина – руководитель нашего торгового сектора, двадцати офисов торговли. Светлый широкоплечий белорус, требовательный, но адекватный, вооружённый, словно катаной, тончайшим ZenBook Razor от корпорации SALVE. Меркулова приняли в ЗАО ЕБИ без русского паспорта – вот настолько он уверен в себе.

– И что же продумывает Андрей?

– Когда мы куда-то идём, он надевает то, что будет сочетаться по цвету с моей одеждой.

– Надо же. Признаюсь, мне бы такое и в голову не пришло.

– Вы ссоритесь? – неожиданно спрашивает Таня.

– Что?

– Ты и твоя девушка, вы ссоритесь?

– Иногда.

Таня внимательно смотрит на меня и серьёзно говорит:

– Если случится так, что тебе окажется негде жить, ты можешь какое-то время пожить у нас с Андреем.

– Почему ты это сказала?

– Просто хочу, чтобы ты знал, что можешь на нас рассчитывать, это всё.

Докуриваем молча. Чувствуется близость осени. Иногда мне кажется, что я боюсь счастья. Просто не хочу знать, какое оно.

144. Самозванцы

Я начал собирать банду. Дал объявления в соцсетях и на форумах. Отыскались гитарист и басист, лучшие друзья Коля и Николай.

Оба айтишники. Коля женат, Николай скоро женится. Собираемся на гаражной репточке у Площади Александра Невского. Мягкие стены, клетчатые рубашки, 'Take Five', 'Psycho Killer', 'Wonderwall'. Барабанщика не хватает. Этого зверя изловить сложнее, так что решили начать без него. Мы назвали команду «Самозванцы».

После репетиций мы иногда зависали в «Ректуме» – самом дрянном кабаке двух Петровых городов. Пиво там было похоже на газированную воду с блевотиной, гренки подавали сырыми, а официантки хамили так густо, что их постоянно хотелось избить. Каждый раз приходя в эту клоаку, мы точно знали, что почувствуем себя мерзко, но другого заведения, которое было бы нам по карману, вблизи репточки не существовало.

– Каков план? – перекрикивая Limp Bizkit, спросил меня Коля во время очередного посещения «Ректума».

– Допьём эту ссанину и по домам.

– Коля имеет в виду глобальный план, – уточняет Николай. – Как мы будем развивать «Самозванцев»?

– Ах это. Готовим программу. С ней выступаем в клубах – средних и выше среднего. Через год – только выше среднего. Ещё через год – только в хороших. Обретаем признание в Санкт-Петербурге, России и мире. Получаем негласный статус русских RHCP. Возглавляем Ренессанс 2.0 – мировую культурную революцию. Зарабатываем в турах необходимую сумму, чтобы сохранить наше сознание после распада физических оболочек, пока не станет доступно бессмертие. Как вариант – криогенная заморозка тел. Потом два-три месяца восстанавливаем мышечные функции и приступаем к покорению Космоса. Живые шоу на Меркурии с разбивающимися об Солнце звездолётами. Путешествия во времени. Анплаггед в каменном веке. Премьера сингла за секунду до убийства Кеннеди, всякие такие приколюхи. Гастроли в параллельных реальностях я пока не планировал, по ходу разберёмся.

Гитаристы мельком переглянулись.

– Ты серьёзно? – поинтересовался Коля.

– Я что, похож на шутника?

– Вроде нет.

– Вот и славно. Счёт, пожалуйста!

– К стойке пройдите, вас рассчитают! – орёт свинорылая официантка.

– Вы же третьего дня приносили счёт!

– Если тебе что-то не нравится, козёл, пиши в книгу жалоб, отгребай от бармена и проваливай!

Таких мест теперь не открывают. Остаётся разве что надеяться на очень плохой день у кого-то из персонала.

143. Ikona

Дождливым вечером я и главспец Лизанька Каренина закрываем офис торговли. Пока она активирует сигнализацию, я закуриваю и отхожу от двери. Глядь – в одной из луж маленький источник света. Подхожу ближе и различаю в воде светящий фонариком мобильный телефон. Достаю его. Марка Ikona.

– Что это у тебя? – спрашивает Лизанька.

– Не знаю, никогда раньше не видел такой трубки.

– Посмотри под аккумулятором, что за модель.

Я достал аккумулятор, фонарик телефона погас.

– Ikona 1314, – прочитал я.

Лизанька изменилась в лице и вырвала телефон у меня из рук.

– Не может быть!

– Почему?

– Ты разве не знаешь?

– Просвети.

– Боже! Это – легендарный мобильник, вышедший в начале нулевых и чуть было не разваливший корпорацию Ikona. Мьёльнир сотовых. Трубка Бесконечности. Нам рассказывали о нём на тренинге, но я думала, что это просто тренерская легенда!

Я забрал у Лизаньки телефон и вставил аккумулятор. Фонарик снова засветился, однако на мои нажатия кнопки включения аппарат не реагировал.

– Что в нём такого особенного?

– Он неубиваемый, и в нём ряд самых важных функций без всяких излишеств. Он никогда не зависает, а заряд держит неделями. Люди по всему миру стали покупать только его, а спрос на другие модели упал почти до нуля, ведь все они содержали какие-либо недостатки, а Ikona 1314 был их начисто лишён. Поняв, что корпорация галопом несётся к банкротству, руководство отозвало из продаж все Ikona 1314. Трубки Бесконечности вернули на склады, где предали огню. Ikona больше никогда не выпускала ничего подобного.

– Вот чёрт.

– Но, как видишь, популярность Ikona 1314 возымела последствия. Ikona стала фактически монополистом на рынке мобильных. Конечно, до тех пор, пока не появилась SALVE и её Adam.

– Разумеется.

Ikona по-прежнему не включался, но фонарь его горел. Я вытащил аккумулятор, фонарь потух. Я положил телефон и аккумулятор в карман.

– Попробую оживить.

– Будь осторожен, – сказала Лизанька. – Бесконечность не для слабаков.

– Я учту.

0

Лихолетье. Континенты стали морем и наоборот. Может ли Великое Но быть рассеяно по всей Бесконечности? Перед лицом, а не схватишь. Иные говорят, что дельфины и киты произошли от парнокопытных. Что Ева живёт в митохондрии, а первородный грех – это дефект в ДНК. Говорят, человек появился, когда бонобо изнасиловали шимпанзе. По городу витает дух Dire Straits, колесят Автобусы Милосердия, прогрессирует берлинский синдром. Кто-то говорит: «Станем же делать вид, что сдерживаем смех» Кто-то моргает громче всех в мире. И почти у цели мы, но вот беда – очередные правки от заказчика. Мама прокурор, папа адвокат. Все роскошь и перхоть бытия. Острый нож времени режет всё пополам, и этот нож ты. Ну же! Ну же! Ну же! Великое Но тебя вечно манит, ласкает, щекочет. Перед самым твоим лицом, а не схватишь.

142. Танцовщик

Появление «Самозванцев» не улучшило наши с Полиной и без того шаткие отношения. Детонатором новой ссоры могла стать любая мелочь – вплоть до анекдотичного незакрытого тюбика. Однажды мы чуть не подрались из-за такого пустяка, что под конец двухчасовой разборки напрочь забыли, из-за чего всё началось. Дни молчания, ночи порознь, и всё это в одной маленькой комнатушке. Наша жизнь всё меньше походила на сказку о пастбищ зелени и свежести лесов, что мы рассказывали друг другу вначале. Нищета и цейтнот не облегчали эту участь. Однажды я вернулся домой с репетиции, было около полуночи. Я зашёл на кухню и обнаружил там сидящую за столом маму Полины.

Тётя Света приветствовала меня беззлобно, однако было ясно, что она ехала через полстраны не просто так. Я сел напротив. Полины не было видно и слышно.

– Она устала, Серёжа, – сказала тётя Света.

– От чего? От танцев?

– Да ты посмотри, в чём она ходит. Ни одной новой вещи за полгода.

– Я здесь всего два месяца.

– За два месяца тоже ни одной. Романтика это здорово, Серёжа, но материальную сторону никто не отменял.

Эта реплика меня удивила.

– По-вашему, наши отношения дали трещину из-за того, что я мало зарабатываю?

– Я этого не говорю. Но это не может не играть свою роль, уж поверь моему опыту.

– Тогда, может, для начала Полине стоит начать зарабатывать хотя бы не меньше, чем мне?

– Она танцовщик, Серёжа! Она делает, что может, но откуда там деньги…

– Она танцовщик, ясно. А я тогда кто?

Тикают часы. Тётя Света монументальна.