Отзывы на книги автора «Сергей Довлатов»

— Не забывай, что я двадцать лет пишу рассказы.
— Ты хочешь написать великую книгу? Это удается одному из сотни миллионов!
— Ну и что? В духовном отношении такая неудавшаяся попытка равна самой великой книге. Если хочешь, нравственно она даже выше. Поскольку исключает вознаграждение…

И вот пара причин, зачем это читать:
1. Пушкин. Его тут много. Чрезвычайно много. Хотя он и не главный герой.

Все обожают Пушкина. И свою любовь к Пушкину. И любовь к своей любви.

2. Непритязательный стиль повествования и полное погружение в атмосферу. Читатель ощутит себя в какой-нибудь мелкой и неблагополучной русской деревеньке и смело после прочтения сможет заявить, что всего за сто страничек успел сгонять к бабушке на дачу.
3. Попытка Довлатова объяснить, почему он уехал из СССР. Повесть носит автобиографический характер. Хотя по этому поводу ещё спорят. В письме издателю «Заповедника» Игорю Ефимову Довлатов писал: «Я бы охотно изобразил Бродского, но мне не дотянуться до его внутреннего мира, поэтому ограничусь средним молодым автором».
4. Неповторимый русский менталитет на страницах «Заповедника» отражен с неописуемой точностью и, что называется, без купюр.
5. Самобытная ирония повествования. Обхохочетесь, если захочетесь.
6. Динамика изложения. Читается на лету. Проглотите за раз — ручаюсь.

Свою основную рецензию на творчество Сергея Довлатова я написал на «Заповедник», сейчас же хочу к ней кое-что добавить.

Этим сборником я завершаю знакомство с произведениями Довлатова. Прочитал:
«Заповедник»;
«Чемодан»;
«Компромисс» (частично);
«Ремесло»;
«Записные книжки»;
рассказы из данного сборника.

Многое из этого списка я изначально воспринимал как автобиографические записи. Но чем больше читал, тем больше видел какие-то не стыковки между данными биографии. В итоге я понял, что это имитация записок о своей жизни. Даже не знаю, как это назвать. Желание быть лучше, чем был на самом деле? Буйная фантазия, которую стало сложно отличить от реальности? Художественная литература, написанная от первого лица? Скорее всё вместе взятое.

После коммунистов я больше всего ненавижу антикоммунистов.

Когда я дошёл до рассказов, их автор уже успел меня убедить частыми намёками, как он талантлив и что талант его от Бога. Так что ждал его художественные произведения с интересом. А что в итоге? Столько он ругал и презирал произведения соцреализма про заводы, а сам что пишет? Те же производственные тексты, только вместо розовых очков надел коричневые. Этакий антисоцреализм. А суть-то в чём? Кроме «правды» и разоблачения реальности, какие у рассказов идеи? Что они из себя представляют в отрыве от прилизанных заводских романов советского времени? Круто идти против течения, но это пока оно есть.

Исключение составил рассказ «Дорога в новую квартиру», в котором как раз объединилось то, что я ждал: литературный язык и художественный сюжет, в котором личный жизненный опыт играет лишь оживляющую роль, не перетягивая одеяло на себя, а антикоммунизм на время забыт.

А вот рассказ «Мой старший брат» вызвал чувство омерзения.

Бродский:
– Долго я не верил, что по-английски можно сказать глупость.

Эти слова Бродского многое говорят об оппозиции советского времени. Для меня произведения Сергея Довлатова - это памятник эпохи. Возможность заглянуть в мысли и чаяния диссидентов, оценить их как личности. Одно дело что-то читать про них в текстах их идеологических противников (современников и современных), другое дело - узнать от них самих. Узнал я много, выводы сделал.

Книгу оставлю в домашней библиотеке. Пусть дочка тоже почитает, когда вырастет.

Совсем недавно вывела простую истину: писать рецензию (если ты вообще решился ее написать) нужно тут же, сразу, по свежим следам, "не отходя от кассы". Поэтому, едва закончив чтение, попытаюсь оформить свои впечатления, опираясь на старый проверенный метод: от частного к общему. Книга состоит из трех повестей, с них и начну.

Повесть первая - "Зона (записки надзирателя)". Именно из-за нее книга читалась так долго. Трудно поддающаяся осмыслению тема, не менее проблематичный язык. Чувствуется что-то большое и серьезное, которое иногда проглядывает за отдельными фразами и словами, но ухватить трудно. Тут долго распространяться не буду: неблагодарное это дело - говорить о том, чего не понимаешь.
Повесть вторая - "Компромисс". Вот тут уже проще и понятнее, а от этого ближе и роднее. Во-первых, хочется отметить интересное композиционное решение с газетными статьями в начале каждой главы. Это как детектив с развязкой в самом начале. Впрочем, не очень удачное сравнение, потому что действие детектива разворачивается в одной плоскости, а здесь плоскости параллельны друг другу. Одна - газетной статьи - возвышенна, в меру непритязательна, искусственно занимательна, вычищена и расчесана; вторая - жизненная - наполнена скукой, тоской, равнодушием, прозой и абсурдом. Следить за взаимоотношениями двух этих плоскостей чрезвычайно интересно. Во-вторых, сам авторский стиль, представленный здесь в полной красе: очень меткий, образный, живой... Такое письмо часто называют "вкусным". Яркие герои, постоянные спутники или случайные знакомые, сочетание диалогов и фона, на котором они разворачиваются... Словом, прекрасно.
Повесть третья - "Заповедник". Удивительно, как повествование, начавшееся описанием причуд обитателей Пушкинских мест, оборачивается метаниями героя "уезжать - не уезжать". Наверное, не случайно, наверное, "наше все" подталкивает к определенным мыслям, поступкам и решениям.

Любить публично - скотство!

Вот трезвый взгляд на происходящее. Вот адекватная реакция на превращение личного, частного в поставленный на поток "духовный долг". Это не может не удручать. Но, с другой стороны, разве не то же самое происходит в "Компромиссе"? Просто в "Заповеднике" это стремление (принуждение?) к выполнению "духовного долга" подчеркнуто местом, в котором происходит действие. Причем, как всегда, половина окружения - муляж, фикция (как не вспомнить Барнса): никакой "аллеи Керн" нет, подлинных вещей в музее тоже не сыщешь... Да и так ли они нужны? Все кругом - миф, странная игра, условия которой все принимают априори, тем и живут.

Ну и в завершение. Книгу стоит читать и перечитывать. Если не ради сюжета, то ради языка и стиля. Книга одновременно хороша и для "подумать", и для "отдохнуть". Легко расходится на яркие цитаты.
Почему-то напоминает Бродского, хотя никак нельзя сказать, что они похожи. "Извините меня за резвость".

P. S. И отдельный плюс, собственно, изданию: приятный шрифт, удобный формат, статьи и комментарии - все, как полагается.

Из того, что я уже прочитала у Довлатова этот сборник мне не очень понравился. Не знаю почему, просто наверно не попал под настроение, ведь если подумать, то почти все рассказы в принципе хорошие.
Рассказ "Куртка Фернана Леже", повествующий, как сам выразился автор, о принце и нищем я уже читала в сборнике "Чемодан".
"Лишний" показался каким-то никаким и от этого скучным. Я так и не поняла, к чему собственно это писалось.
"Встретились, поговорили" - оставляет горький привкус разочарония то ли от того, что герой не произвел того эффекта на свою бывшую жену, которого хотел, то ли от осознания того, что его бывшая Родина не дает дышать живущим в ней.
"Иная жизнь" - я, если честно, не очень поняла эту повесть.
"Жизнь коротка" - одной женщине не жаль потратить 6 лет жизни для того, что бы добиться встречи с человеком, а ему в свою очередь жалко потратить несколько часов своей жизни на писанину этой женщины, и не потому что он пафосен или очень занят, а потому что он не может тратить свое время на всех приходящих оценить их творчество, у него нет времени на это..... потому что жизнь коротка
"На улице и дома" -как бы ты не убегал и не прятался от того, что тебе неприятно, однажды все равно придется с этим встретиться.
"Третий поворот налево" - не надо ставить ярлыки - Вы можете выехать невредимым из самого бандитского района и быть задушенным на лучшей улице города.

Вот я и познакомилась с творчеством Довлатова благодаря этому небольшому сборнику рассказов разных лет. Впечатления смешанные. С одной стороны, заметно, что автор – человек умный, проницательный, наблюдательный, с юмором и талантом к писательству, местами звучит даже поэтически. С другой стороны, угнетает постоянная желчность, цинизм, непреходящее презрение к «совку», к людям вообще, а также постоянные уточнения, кто, где, когда, с кем, что и сколько пил. Общее настроение какой-то натужной удалости, типа автор молодец в белом пальто, а остальные – так себе, мягко говоря.
В общем, ставлю галочку, что прочитала, и в дальнейшем буду обходить книги Довлатова стороной, не мой автор.