– Учиться я люблю, любые знания ведут к совершенству разума, да и служить, пожалуй, соглашусь, но …. Я никому не позволю унижать себя и буду бороться за это до последнего дыхания. Во всём остальном я неприхотлив и готов терпеть любые неудобства.

Первым разорвал затянувшуюся паузу Торис:

– Это ж надо, как заковыристо сказанул пацан, а по нашим сведениям он полный неуч.

– Ну что же, на этом пока и остановимся. До территории баронства Бийза поедешь под запором вместе с остальными претендентами, но при статусе добровольца. Это даст тебе некоторые поблажки, но советую не выделяться и найти общий язык с … – барон замешкался с названием отловленных его людьми детей, а потом решил, что этой информации вполне достаточно и вышел из камеры.

За ним последовали тенями двое синеглазых ходоков, а Торис сделал жест рукой, явно показывая, что пропускает мальчика вперёд. Рэдий не стал себя уговаривать и твёрдой поступью двинулся к новой жизни. Его одежда выглядела сплошными лохмотьями, всё тело покрыто месячным слоем грязи, в животе пусто, во рту сухо, а на душе трубадуры играют победный марш. Двигались по пешеходной дорожке вдоль огромного здания и Рэд иногда бросал взгляд на окна. Он надеялся увидеть герцога и показать ему жест из своей прошлой жизни. Но вместо него, Рэдий заметил сильно удивлённое лицо младшей дочери и сжав правую кисть в кулак, он оттопырил средний палец и вытянул руку в направлении девчонки. Его лицо озарилось озорной улыбкой от собственной выходки, девочка продолжала неотрывно смотреть на него, а удивление в её глазах заменила печаль.

7

Большая одноэтажная казарма была предназначена для проживания пятидесяти человек, но вместе с Рэдием в ней расположились всего тридцать четыре подростка. Они были привезены сюда из трёх разных городов, поэтому сразу разделились на три обособленных группировки. Только Рэд держался отдельно от всех, но не потому, что плохо к ним относился, а скорее больше по привычке. За свою короткую жизнь он сблизился всего с двумя существами и обе они были пожилыми женщинами. Всё это было в прошлом, а сейчас незаметно присматривался к коллегам по учёбе. Этих мальчишек банально похитили, без всякого права на выбор и теперь будут целенаправленно дрессировать, как диких зверей. Все они были выходцами из черни, но номинально считались свободными людьми. Теперь же они находились в настоящем заточении под круглосуточной охраной, одномоментно лишившись даже тех малых прав, что имели раньше. Странно, но особого возмущения по этому поводу никто не проявлял. Один долговязый малый вчерашним вечером попытался поднять эту тему, но остался почему-то непонятым и дальше помалкивал в тряпочку. Рэдию это тем более было не нужно, его не принимал новый мир и превращал в безжалостного убийцу. Здесь же появилась возможность набрать необходимую физическую форму в отрезанном от внешнего мира заведении, а там уже будет видно, куда приложить свои руки и голову. В школе ходоков всех одевали, неплохо кормили, обучали математике и правописанию, но самое главное гоняли по специально построенному полигону с утра до вечера. Если в этом режимном заведении он сможет продержаться хотя бы пару лет, то в ближнем бою соперников для него не будет. Здесь умели хорошо фехтовать и рубиться на саблях, достаточно сносно стрелять из огнестрельного оружия, но биться голыми руками толком не могли, как впрочем, и на ножах. Вот уже месяц он находится в школе и пока его всё устраивает. Сегодня ожидается новый наставник, он отсутствовал в загородном имении барона, потому что нёс трёхмесячную службу в крепости на горном перевале. Более подробной информации добыть было негде, да ему и этой хватало на данный момент.

– Бегом строиться – раздался зычный голос.

В дверном проёме стоял крепко сбитый мужчина, примерно тридцати лет от роду и как-то не по-доброму зыркал на всех вокруг. «Вот же незадача, с этим типом будет трудно наладить нормальные отношения»: пророчески подумал Рэдий и выбежал на плац в середине толпы учеников. В отдалении стоял руководитель школы – лэрон Торис, в компании троих синеглазых ходоков. С неба ласково светило местное солнце, видимо из-за этого ученики немного расслабились и сбились в кучу.

– Я сказал строиться, безмозглые животные – загремел возмущённый голос нового наставника, а его синие глаза засветились от ярости.

Мальчишки опрометью кинулись к специально прочерченной полосе и замерли вдоль неё по стойке смирно. Один Рэдий остался чуть в стороне и расслабленно стоял с совершенно безмятежным видом.

– Я ваш наставник по укреплению тела и фехтованию. Звать меня будете учитель Бахадур. Кто ошибётся в произношении моего имени, тот очень сильно меня разозлит, а в гневе я бываю страшен. Советую не испытывать судьбу по этому поводу, как и медленно выполнять мои приказы – Бахадур обвёл грозным взглядом строй учеников и только сейчас заметил стоявшего в сторонке русоволосого мальчишку.

– Не понял, а ты почему не в строю? – искренне удивился Бахадур, видимо поэтому задал вопрос нормальным голосом.

Рэдий сделал серьёзное лицо и ответил с явным вызовом:

– Вы приказали строиться животным, да тем более ещё и безмозглым, а я человек. Поэтому терпеливо жду наставника, который будет обучать людей.

Шепоток возмущения раздался в рядах учеников, но больше всех возбудился наставник Бахадур:

– Ты что, уродец мелкий, будешь меня ещё учить, как мне называть это стадо тупых баранов?

– Если они бараны, тогда ты получается пастух. А знаешь, возможно, ты и прав, паси это стадо на здоровье, а я буду заниматься самостоятельно – Рэдий не собирался уступать этому деспоту, поэтому намеренно обострял ситуацию и перешёл на ты.

– Что ты сказал, сопляк. Да это бунт – взревел взбешённый наставник Бахадур и стремительно сократив расстояние, с разбега пнул ногой.

Но пнул он пустоту, Рэд резко отпрыгнул в сторону и торопливо начал думать, как остановить такого скоростного противника, тем более Бахадур был намного сильнее физически, да и весил втрое тяжелее. В голову ничего не лезло и третьим ударом, наставник всё же сбил Рэда с ног, а следующим пинком отправил его в полёт метра на три, не меньше. Он грохнулся на плотно утоптанный грунт и попытался вскочить на ноги. Левой бок пронзило острой болью и мальчик беспомощно замер, а в следующее мгновение отправился в очередной полёт. В этот раз, он даже не пытался подняться, всё его тело разрывалось болевыми импульсами. Рэд и так не смог бы дать отпор Бахадуру, а теперь и подавно. Зато дух не был сломлен и он ждал когда наставник приблизится к нему вновь, чтобы крикнуть в его ненавистное лицо, что это он безмозглое животное. Но вместо него, к Рэдию подошёл Торис и заботливо спросил:

– Ну как ты, боец?

– Да вот, воюю помаленьку – с заметной хрипотцой выдавил из себя Рэдий, потом кривовато улыбнулся и потерял сознание.

Когда он очнулся, то лежал уже раздетым в чистой комнате и это точно была не казарма. Рядом сидела женщина средних лет и пыталась напоить его какой-то отвратительно пахнущей жидкостью. Их взгляды встретились и она сказала приятным голосом:

– Выпей до дна, это очень хорошее лекарство. Пахнет, конечно, ужасно, зато поставит тебя на ноги за несколько дней.

Рэдий послушно проглотил густоватую жидкость и обессилено опустил голову на мягкую подушку. Он уже хотел задать вопрос, чтобы выяснить своё местонахождение, но тут внутри него начал разгораться огонь. Странно, но боли не было, а вот жжение распространилось по всему телу. На его лбу появились капельки пота, которые ловко вытер молодой мужчина с синими глазами.

– Не переживай, чем сильнее жжёт, тем быстрее поправишься. У тебя всего-то треснуло несколько рёбер, такие пустяки вытяжка из печени лагра (свирепый хищник изнанки, внешне похожий на льва) лечит на раз. Кстати, меня зовут Пирал – добродушно произнёс синеглазый ходок.

Рэдий тоже представился, а сам усиленно соображал, что же здесь происходит. Какого-то особого отношения раньше к себе не замечал, а тут с него едва пылинки не сдувают. «Сначала калечат, потом лечат»: Рэд мысленно усмехнулся и прислушался к своим внутренним ощущениям. Жжение стало едва чувствительным, но по-прежнему ощущалось во всём теле. Значит лекарство прижилось и сейчас работает по назначению, сам Рэд находится в безопасности и имеет в запасе несколько дней, перед тем, как вернуться в казарму. А вот дальше его перспективы на существование выглядели очень туманно.

– Меня лично барон к тебе приставил для охраны. Как поправишься, у тебя будет три дня для подготовки к дуэли, а там уж, как Ерек (бог войны) рассудит – снова попытался завести разговор Пирал.

– Интересно как, тогда зачем меня вообще лечить. Сразу бы добили и вся недолга – потрясённо ответил Рэдий.

Он реально растерялся от этой новости, оказалось, что впереди его всё же ждала смерть. А с другой стороны, чего он так встревожился, ведь его должны были казнить ещё месяц тому назад. Рэд и так живёт в долг с самого рождения, так что смерти уже не боится. Один раз он уже умирал, правда не помнит, как это произошло, но сам этот факт не требует доказательств. Осталось узнать правила дуэли и попытаться погибнуть более-менее достойно. Уже совершенно спокойным голосом, Рэдий обратился к своему личному охраннику, а скорее всего надзирателю:

– Послушай Пирал, а ты можешь мне рассказать дуэльные правила. Я и так мало знаю про ваши обычаи, а уж про дуэли вообще ни разу не слышал.

Пирал практически не умолкал следующие два часа. Или Рэдию попался очень словоохотливый ходок, или он просто добросовестно выполнял чьё-то распоряжение. Если учесть, что некоторая информация явно тянула на тайную, то Пирал был уверен в неминуемой смерти Рэда. Да что там ходок, Рэдий и сам в этом не сомневался. Именно в этот момент пришла довольно здравая мысль, хотя он совершенно не думал в этом направлении. А ведь решение лежало на поверхности, стоило только включить логику, как впереди забрезжила надежда на положительный исход дуэли. Ходоки мастерски владели арбалетом, дротиками, копьём и саблей, а вот огнестрельное оружие в изнанке не работало, поэтому и изучалось довольно поверхностно. Так, на уровне обычного солдата, а это давало Рэдию серьёзные шансы на удачу. Оружие выбирает вызываемая сторона, в данном случае это он сам, значит дуэль состоится на пистолетах. Временной отрезок в один час, боезапас три патрона и квадратная территория с пятидесятиметровой стороной. Всё, на этом дуэльные правила и заканчиваются. Если же патроны израсходованы, а время поединка ещё осталось, то можно биться всем, что под руку попадёт, хоть зубами грызи. Но когда поступит сигнал об окончании боя, схватка немедленно прекращается до следующей дуэли, или публичного извинения и выплаты штрафа в размере полновесного золотого лира. Нет денег, тогда иди и бейся, или застрелись самостоятельно. Жестокие правила, которые пришли из глубины веков, поменялись лишь в отношении самоубийства. Раньше предлагалось просто вспороть себе живот, а сейчас разрешалось умереть быстро и без мучений. Ходок уже заметно потерял интерес к разговору, видимо, и его природная болтливость всё же имеет какой-то предел, да и сам слушатель уже соскучился по тишине. Поэтому Рэдий решил ограничиться на сегодня двумя последними вопросами:

– Что-то я совсем утомился, давай ещё коротко ответишь на два вопроса и я буду спать. Первый; почему Бахадур не убил меня прямо на плацу? Второй; мне будут мстить, если я убью его?

Рэд едва не рассмеялся от сильно удивлённого вида Пирала, но при сломанных рёбрах, это очень болезненное мероприятие. Пока мальчик сдерживал позывы смеха, Пирал успел опомниться и стал отвечать:

– Ему помешал лэрон Торис, он почему-то к тебе хорошо относится. А за Бахадура мстить некому, у него даже напарника нет. Изнанка его терпеть не может, поэтому ни одна из его вылазок не обходилась без крови. Он и в школу напросился по этой причине, хоть и небольшие, но деньги здесь платят.

Рэдий с благодарностью кивнул синеглазому ходоку и сразу прикрыл веки, не будет же он болтать со спящим человеком. Пирал намёк понял и тут же куда-то ушёл, причём передвигался совершенно бесшумно. Рэд хотел ещё обдумать тактику предстоящего боя, но провалился в ласковые объятия лекарки Хельды и проспал до следующего утра. Его опять разбудил приятный женский голос:

– Здравствуй малыш. Меня приятно удивила регенерация твоего тела, ну это и к лучшему, меньше придётся пить лекарств из другой реальности. Твой организм может дать обратный результат, если перебрать с дозой. На столе стоит кружка с настоем из железы внутренней секреции каша (крупный хищный зверь изнанки, формой тела напоминает облысевшего медведя), её выпьешь после того, как сходишь в сортир и плотно поешь. Потом три часа нужно лежать неподвижно.

Она легко подняла свое крупное тело и тщательно оправив длинную юбку, снова заговорила:

– На этом прощаюсь с тобой, всё, что от меня зависело, я уже сделала. Я даже к барону ходила на поклон, но этих бесовых фанатиков разве переубедишь. В общем, не поминай меня лихом.

Сердобольная женщина вдруг заплакала и выбежала из комнаты, а Рэдий даже не успел сказать ей спасибо. «Ну что же, у меня появился дополнительный повод, чтобы выжить»: с оптимизмом подумал Рэдий и осторожно поднялся с кровати. Рёбра отозвались ноющей болью, но такой пустяк не помешает ему не наделать в штаны. Он осторожно вышел из комнаты и приветливо улыбнулся Пиралу.

Через четверо суток, Рэд уже приступил к тренировкам. В этом деле ему помогал всё тот же Пирал. За то время, что Рэд провалялся в больничке, они заметно сдружились. Двадцатичетырёхлетний парень, у которого больше трёх десятков ходок в изнанку и по сути маленький мальчик, быстро нашли общие темы для общения и почувствовали друг в друге родственную душу. Пирал искренне переживал за него и сыпал многочисленными советами. Сам он в дуэлях ещё не участвовал, но лично присутствовал на шести подобных поединках. Рэдий, как говорится, «мотал на ус» полезную информацию, а сам нарабатывал мышечную память для гипнограммы прицеливания. Все движения с пистолетом в руке, он повторял не менее ста раз. Сначала разнообразные варианты прицеливания в стоячем положении, а потом вскидывал оружие в сторону цели после кувырков. Перед самым обедом, он довёл до автоматизма двойной перекат кувырком в обе стороны и попросил первый патрон. Под неусыпным присмотром Пирала, они дошли до ближайшего леска от имения и выбрав первую попавшуюся полянку, Рэдий стал готовиться к предстоящему смертоубийству. К этому моменту, пистолет уже был продолжением руки, а программа прицеливания гарантировала пятьдесят процентов на точное попадание в движении. Рэд прикрепил к стволу широколистного дерева ростовую мишень и отсчитал двадцать шагов. Пирал стоял в стороне и с очень заинтересованным видом наблюдал за мальчиком. Если сначала ему казалось, что малыш просто мается дурью, как бы играясь с оружием, то уже сейчас готов был биться об заклад, что дуэль у Бахадура не получится «лёгкой прогулкой». Он мысленно прикинул сколько монет поставит на очень странного юношу и прозевал момент первого выстрела. Рэдий на мгновение замер, затем сделал обманное движение влево, а сам ушёл двойным перекатом вправо и зафиксировав тело в приседе, подвёл ствол пистолета к середине мишени. Потом повторил этот манёвр ещё три раза и лишь на четвёртом исполнении выстрелил. Грохнуло знатно, да и отдачей сильно дёрнуло детскую руку назад и вверх, но всё это ожидаемо, а вот результат неожиданно порадовал. Если бы вместо мишени стоял человек, то его сердце было бы пробито наверняка. «А что, неплохо»: радостно подумал Рэд, дунул в ствол пистолета и отсчитал ещё десять широких шагов. Веточкой с ближайшего дерева пометил линию огня и снова отошёл на двадцать шагов. С этой позиции он начнёт дуэль, но открывать огонь с пятидесяти метров не будет, а сократит дистанцию до тридцати и оттуда выстрелит из положения стоя. Потом, продолжая хаотично двигаться вперёд, сделает перезарядку оружия и после двойного переката должен поразить цель, или хотя бы серьёзно ранить. Третий патрон предназначался для «контрольного» выстрела в голову, оставлять Бахадура живым, он не собирался. Если эта дуэль не разродится трупом наставника, то на следующую выбирать оружие будет уже он, а вот тогда, это будет верная смерть, без вариантов и без шансов. Рэдий вскинул пистолет на вытянутых перед собой руках, взял мишень на прицел и побежал, резко вихляя в разные стороны. На помеченной веточкой линии огня произвёл выстрел и продолжил поступательное движение вперёд, одновременно перезаряжая оружие. Вышел на первую позицию и после двойного переката уверенно поразил мишень в район головы. Но расслабляться не стал и, вскочив на ноги, побежал по широкой дуге к месту расположения предполагаемого соперника. «Переломленный» ствол пистолета (подобная система перезарядки применяется на охотничьих двустволках) поглотил очередной патрон и вернулся в боевое состояние, потом упёрся в одну точку и не сдвинулся с неё, пока Рэд не сблизился с целью до пяти шагов. Но стрелять он больше не стал, на сегодня хватит, ему выделили всего десять патронов для подготовки и приходилось экономить боеприпасы. Удовлетворённо кивнув самому себе, он подошёл к мишени и оценил результаты своей первой тренировки. Два попадания пришлись в середину груди, а одно в район левого глаза. «Более чем солидный результат»: Рэдий мысленно себя похвалил и уже со спокойной душой прошёл мимо оторопевшего наставника. Тот тоже осмотрел мишень и последовал за мальчиком с непривычно задумчивой физиономией.

Рэдий успел вернуться в имении барона Досифея, как раз к обеду. В столовой ещё никого из учеников не было, но ему выдали пайку без лишних вопросов. Рэдий расположился за первым попавшимся столом, но таким образом, чтобы мимо него нельзя было пройти случайно. По недовольно гудящему строю учеников, которых он косвенно признал во всеуслышание животными, было понятно, что теперь стоит ожидать с их стороны любой пакости. Его это особо не беспокоило, уже проходил подобную ситуацию в прошлой жизни и знал, что со временем острые углы обтешутся, а самые тупые получат по мордам и угомонятся. Не успел он доесть первое блюдо, как столовая наполнилась гомоном учеников. На него бросали мимолётные взгляды и ни в одном не проскользнуло сочувствия. Их спектр разнился от презрения до искренней ненависти и был дружно негативным. «То ли ещё будет»: мысленно ухмыльнулся Рэдий, вспоминая свои многочисленные потасовки в военном училище, где он осваивал профессию космического абордажника. Напротив него сели трое парней с уверенным выражением на лицах и наглыми глазами. Скорее всего, это выходцы из уличной шпаны, которые до сих пор не поняли куда попали и продолжают жить по понятиям подворотен. Причём навязывают свои правила всем остальным, порою искренне веря, что только так и должны себя вести настоящие мужчины. Иногда из них получаются хорошие сержанты, но в своём большинстве, они идут в полное отрицалово власти, а за это обильно получают по упрямым головам. Рэдий тоже был из этой породы, но отрицал не саму власть, а только мерзавцев, которые смогли просочится во властные структуры и прикрываясь государством наслаждаются безнаказанностью. Хотя, монархия, как таковая, была противна его республиканскому мировоззрению, но он не собирался бороться с самой структурой власти, прекрасно понимая, что на данный момент времени это откровенная утопия. Современные люди не то что не готовы жить при демократии, но даже не слышали о подобном, да и не примут их тёмные души такого вольнодумства. За неторопливыми размышлениями, Рэдий расправился со вторым блюдом и потянулся за компотом, по-крайней мере в кружке плавали кусочки знакомых фруктов.