– Должен заметить, что у вас прекрасное жильё, так просторно и много воздуха в пространстве даже для меня, – мужчина расправил плечи и поставил перевязанную красной лентой коробку на обеденный стол.

– Могу вам предложить немного свежесваренного глинтвейна, чтобы согреться? Вечерами в октябре здесь бывает довольно зябко, – Роберт разглядывал незнакомца и пытался уловить его взгляд.

– Это было бы очень любезно с вашей стороны. Моя нога, как лучший синоптик, каждый раз ноет даже на смену направления ветра.

Острый профиль незнакомца никого не напомнил Саммерсу, у него определённо не было никого похожего из окружения. Прямая выправка и почти каменное, строго очерченное лицо выдавали в мужчине скорее бывшего военного либо частного охранника.

– Я жду гостей в ближайшее время. Видите ли, у меня сегодня день рождения, и здесь соберётся целая толпа, – Роберт торопливо взял с обеденного стола ближайший к себе хрустальный бокал.

– Не переживайте, я вас надолго не задержу и уйду раньше, чем все появятся, – мужчина бесцеремонно бросил мокрое пальто на спинку стула.

– Что же передали мои давние друзья мне в подарок? Надеюсь, они не забыли, какой сегодня день, и посылка связана именно с этим, – мистер Саммерс протянул мужчине наполненный вином бокал и пошёл по направлению к коробке.

От него не ушло вызывающее поведение пришлого гостя, и следующим делом он наметил выпроводить того за порог. Небольшая коробка, стоящая на столе, притягивала взгляд хозяина дома и вызывала трепетное ощущение сюрприза. Роберт не ожидал, что старые приятели умудрятся организовать ему какой-то подарок, и был в предвкушении.

– Как это понимать? Это что, какая-то шутка? – развязав красивый бант, перетягивающий коробку, он обнаружил на её дне лишь кусок серой ленты.

– Вам привет от Вэлмера и Винсента, или как они там себя теперь называют, – тон голоса незнакомца сменился с почтительного на агрессивный.

Саммерс даже не успел осознать, что ему сейчас было сказано, стоял в оцепенении и только таращился на пустышку вместо ожидаемого шикарного подарка. Мужчина резко двинулся в его сторону, схватил Роберта за шею, протащил через весь зал и опустил головой в огромную металлическую миску со всё ещё горячим глинтвейном. Тщетные попытки отбиться или хотя бы вдохнуть воздуха потерпели крах, ему удалось лишь разлить по полу часть волшебного напитка. Силы покидали Саммерса с каждой секундой, горло наполнялось смесью вина и корицы, а кожа на лице горела от того, что напиток не успел ещё остыть.

Долгих три минуты здоровяк держал старика в собственной настойке, хотя тому хватило бы и половины этого времени. Незнакомец отпустил бездыханное тело, от чего оно мешком упало на пол, надел чуть просохшее пальто и вышел из дома, сопровождаемый собачьим лаем до самой входной калитки.

*****

– Шеф, вы должны, вы просто обязаны это услышать! – Коннор прибавил громкость радиоприёмника почти на максимум, пытаясь доказать музыкальные преимущества новой композиции.

Барабаны, гитара и ломкий голос солиста Rolling Stones залили весь салон тёмно-синего “Бьюика” и уши напарников.

– Вот, вот этот момент особо меня цепляет! – Уильям перебирал невидимые струны на воображаемом инструменте. Долгая партия на соло-гитаре, вставленная между куплетами песни, была и правда неплохо исполнена.

Шефу больше нравился рок поспокойней, а также старый-добрый блюз. Раньше, буквально с десяток лет назад, они с Мэри довольно часто посещали ночной клуб в Торонто, где джазмены выдавали свои музыкальные пассажи каждые выходные.

– Почему от тебя так разит? Ты где провёл предыдущую ночь? – капитан убавил громкость приёмника до приятного уровня, почувствовав лёгкий флёр, исходящий от молодого напарника.

– Бэн, скажу честно, мне не спалось, и я пошёл в ближайший бар, где пропустил пару-тройку стаканчиков крепкого. В своё оправдание лишь замечу, что, вернувшись позже домашнее задание я выполнил, – Уильям редко позволял себе такие вылазки, предпочитая чтение классической литературы либо пробежку перед сном.

– Что интересного нашёл в личном деле Вэлмера Игнатовски? Есть какие-то связующие ниточки этого дела с Винсентом Декартом? – наставник не осуждал такое поведение Коннора, видя в нём некую отдушину для новичка-офицера.

– Игнатовски вёл довольно спокойный и затворнический образ жизни, почти ни с кем не общался и редко выходил из дома. Единственное место, которое он посещал регулярно, была как раз та самая злополучная сауна.

– Нашему мистеру Инкогнито от чего-то важно, чтобы жертвы находились в излюбленных местах, где они ощущают максимальный комфорт и некое мнимое ощущение безопасности, – капитан вновь был за рулём Бьюика, в котором кресло было так приятно промято в нужных местах.

Вот уже второй час они ехали в сторону Кингстона, откуда поступил новый запрос от центрального отдела полиции. Престарелый мужчина был обнаружен на полу собственного дома, снова никаких свидетелей или оставленных улик, кроме небольшого куска серой ткани, позволяющего объединить эти дела в одно.

– В этом есть какой-то особый цинизм. Это больной ублюдок, мы должны схватить его, иначе он сам не остановится, – Коннор сменил невидимую гитару на прозрачные наручники, изображая с каким удовольствием их накинет при поимке преступника.

– Зато я провёл прошлый вечер куда продуктивней и на трезвую голову. Вот, посмотри теперь в моей папке, седьмая и двенадцатая страница, – Бэн, не отвлекаясь от дороги, одной рукой нашарил на заднем сиденье нужные документы.

Уильям не страдал похмельем благодаря своей умеренности в употреблении и молодому возрасту, лишь небольшой туман от алкогольных паров мешал функционировать его мозгу на сто процентов. Найдя пометки на названных шефом страницах, он присвистнул.

– Ого, а вот это интересно. Получается, что первая и вторая жертва серийника были примерно одного возраста, занимались до выхода на пенсию интеллектуальным трудом, состояли в городском книжном клубе, и о них ничего не известно до 1955 года, – Коннору понадобилось около десяти минут на изучение информации и подведение неких итогов.

– Ты всё чётко подметил. Кроме одной детали – городской книжный клуб Монреаля и Оттавы – это лишь часть большой образовательной системы, в которую входят такие же, расположенные по всей стране. Они регулярно проводят собрания для своих членов, конференции для обмена опытом и впечатлениями от прочитанной литературы. Почти идеальное занятие для столь почтенного возраста.

– Вы думаете, что Декарт и Игнатовски могли быть знакомы? – Коннор освежал записи в блокноте, рисуя небольшую схему.

– Почти уверен. Как и в том, что третья жертва также состояла в своём городе в подобном клубе.

– Шеф, я думаю, что будет и четвёртое, и пятое, и Бог знает сколько ещё убийств, если мы не сменим тактику. Мистер Икс на три шага впереди нас, а мы не видим подсказок прямо под собственным носом.

– Ты абсолютно прав. Но нам не помешает плотная заправка и небольшой мозговой штурм. Не могу одновременно вести авто, бороться с нарастающим голодом и полноценно соображать, – старая школа, навсегда засевшая в капитане, подсказывала, что ни одному делу ещё не помешал хороший перерыв.

Во время службы во Вьетнаме эти простые житейские мудрости не раз и не два спасали ему жизнь. Рядовым, выходившим в ночную смену на дежурство вокруг лагеря, в то время был положен двойной сухпаёк. Бэн Бауэрс предпочитал быть полуголодным, зато всегда свежим и выспавшимся, отдавая своим совзводным часть своего провианта, когда договаривался о замене. Мерзкие вьетконговцы, казалось, вообще могли не спать и не есть, мечтая добраться холодным лезвием до горла прикорнувшего и сытого солдата…

Капитан притормозил у небольшого придорожного кафе со стандартным для этих мест названием – «Три клёна». Поручив Коннору заправить полный бак в свой ненаглядный новенький седан, он направился внутрь здания в поисках уборной. В кафе в то время было мало посетителей, почти все столики были свободны, не считая одной воркующей парочки в дальнем углу.

– Приветствую вас в нашем заведении. Меню за столик принести или вы знаете, чего хотите? – кассир, он же бармен, протирал стойку, за которой стоял, бросив любопытствующий взгляд на вошедшего.

– Добрый день. Мы с приятелем устроимся за тем большим столом с висячей над ним лампой. Пожалуй, изучим ваш ассортимент и потом позовём вас для заказа, – шеф был уверен, что бармен здесь был и официантом, и поваром, очень уж захолустного вида была забегаловка.

Напарники устроились на обеденный перерыв и полчаса молча наслаждались вполне сносной кухней местного многоликого хозяина. Поджаренная ветчина, картофельные снеки и добрый литр прохладного домашнего лимонада заполнили их страждущие желудки, должны были придать сил и энергии для мозговой деятельности.

– Уилл, сейчас самое время показать, что ты там рисовал в блокноте. Я заметил краем глаза, но толком не разобрал, – шеф первым нарушил молчание и прервал минуты простого мужского счастья от наслаждения калорийной едой.

– Шеф, это просто моя догадка, маленькое наблюдение… – такая неуверенность была не свойственна отличнику учебной подготовки, но иногда ему мешала на строевой, – Монреаль, Оттава, Кингстон – три города, где произошла цепочка убийств, они расположены строго с востока на запад. Как будто наш мистер Икс движется по определённому маршруту на автомобиле либо на общественном транспорте.

С этими словами Коннор достал свою записную книжку, открыл её на последней странице форзаца, где обычно печатали карту страны в очень крупном масштабе. Три жирные точки, отмеченные младшим лейтенантом, были расположены почти в одну линию, также совпадали с одним из железнодорожных маршрутов.

– Никогда больше впредь не стесняйся показаться глупым. Возможно, это именно та деталь, которая позволит нам спасти чью-то жизнь, – шеф одобрительно похлопал молодого напарника по плечу.

Старенький ламповый телевизор, стоявший на стойке бара, включился по желанию заскучавшего кассира. Время новостей – единственное развлечение, которое он себе позволяет каждый день, вне зависимости от наплыва или отсутствия клиентов.

– Прибавьте погромче! – Бэн почти крикнул местному владельцу, когда увидел на посветлевшем экране знакомое лицо капитана Пэрветта из отдела столичной полиции.

Капитан был в отлично отглаженной форме, с гладко выбритым лицом, и значок на фуражке светился в софитах и вспышках камер. Бармен не стал дожидаться повторной просьбы, хотя и был немного возмущён её повелительным тоном, но выкрутил рукоятку громкости на максимум.

– На сегодняшний день первым отделом полиции города Оттава ведётся расследование по данному убийству. У нас есть все основания полагать, что мы имеем дело с серийным маньяком. Лучшие специалисты и следователи целого округа занимаются этим делом круглосуточно, без сна и отдыха, поэтому считаю, что задержание преступника – всего лишь дело времени, – столичный пижон не упустил возможность засветиться на экране, хотя не имел ни малейшего шанса даже приблизиться к поимке мистера Икс.

– Говорят, что Жнец забрал себе новую жертву, – бармен-кассир-повар попытался завести разговор с новыми посетителями, когда приглушил телевизор по окончании интервью.

– Как ты его назвал? – Бэн Бауэрс заинтересовано посмотрел на молодого человека и переглянулся с Коннором.

– Это не я так назвал, а газетчики. Даже в утреннем выпуске была статья о том, что в нашей обычно спокойной и стабильной стране завёлся новый маньяк, – было видно, что парень был рад живой беседе даже на такую сомнительную тему.

– Жнец, значит… Так называют мифическое существо, которое приходит к умирающим перед самой кончиной и забирает их душу для перемещения в чистилище. Последний, с кем общается человек на Земле, – Коннор оценил мрачную иронию неизвестного журналиста, придумавшего такое прозвище.

– Ему подходит. Уважаемый, а не найдётся ли у вас здесь утреннего выпуска газеты? – Бэн обратился к бармену и буквально через минуту изучал, что же разнюхали и понаписали столичные журналисты о ходе их расследования.

Выпуск от 20 октября 1983 года. Несколько глупых предположений и необоснованных ничем догадок – вся статья пестрила желанием урвать свой кусочек славы для очередного писаки, но ни крупицы полезной или новой информации для напарников.

– Коннор, судя по твоей теории, какие города могут быть следующими на маршруте Жнеца? – шеф легко принял новое прозвище искомого убийцы, ему даже слегка импонировала эта история со звучными заголовками.

– Шеф, уверен почти на сто процентов, что следующее тело будет обнаружено в Торонто, если мы не поспешим поскорее в родную сторону, – самая простая и понятная любому геометрическая фигура – линия, упёрлась в название их собственного дома.

– Уилл, позвони к нам в участок из будки на улице, пусть срочно подготовят список всех членов городского книжного клуба, особо выделив мужчин почтенного возраста, всех старше семидесяти лет, – чутьё старой ищейки не мог перебить даже острый соус барбекю, поданный ранее к ветчине, – Мы едем домой.

*****

Новости о маньяке, колесившем по стране и занимающимся исключительно престарелыми мужчинами, не прошли мимо и Карлайла Хейрли. В отличие от своих собратьев по книжном клубу, он не собирался покидать этот мир без боя – решил основательно подготовиться и ждать незнакомца на своей территории, играя по собственным правилам.

В свои семьдесят лет он был самым молодым из их небольшой компании, сохранил достаточно сил и адекватности ума, чтобы твёрдо держать двуствольное ружьё и метко стрелять по бутылочкам с двадцати шагов. Про небольшой охотничий домик, расположенный в десяти милях от города, он только совсем недавно проболтался супруге, до этого умудряясь сохранять своё секретное убежище от серых дней на протяжении двадцати лет.

На веранде домика Карлайл подготовил своеобразный штаб – разложил на столе закуску, поставил стеклянный графин с односолодовым виски, притащил промятое кресло-качалку и пачку старого табака для самокруток. Прятаться в доме он не был намерен, желая сохранять видимость далеко вперёд вокруг себя и хоть какой-то контроль ситуации.

Удобно расположившись в кресле, Хейрли решил пропустить пару стаканчиков виски, однако огнестрельное оружие держал прямо под столом, заряженным и готовым к дуплету буквально за пару секунд. В его надёжности и работоспособности мужчина не сомневался, ведь всё оружие в домике он лично регулярно перебирал и чистил.

Место расположения его охотничьего надела было шикарным: всего в ста метрах западнее было расположено небольшое, но очень чистое озеро, вокруг участка рос лиственный и хвойный лес вперемешку, на десяток миль не было ни одного населённого пункта, всего пара въездов для автомобиля. Со своего пьедестала Карлайл прекрасно видел, что на территорию участка проникла неизвестная ему машина. Расстояние и подсевшее с годами зрение не позволяло разобрать ни марку, ни количество прибывших, поэтому Хейрли просто продолжил отпивать горячительное из стакана, при этом ещё раз проверив наличие ружья на месте возле коленей.

От подъехавшего автомобиля отделился единственный силуэт и двинулся в его сторону. Метров с пятидесяти Карлайл наконец разглядел, что к нему приближается высокий мужчина в длинном чёрном пальто. Незнакомец шёл неравномерно, немного волоча левую ногу, опираясь на толстую деревянную трость и вторую здоровую конечность.

С двадцати метров Хейрли рассмотрел гостя гораздо лучше – крепкого телосложения мужчина, моложе его лет на пятнадцать, с ярко выраженными скулами и длинным носом, шеей, сравнимой с бычьей, и с такой же животной яростью в глазах. Стрелять было ещё слишком рано, была большая вероятность промахнуться или попасть, но не наповал. Этого медведя брать нужно было наверняка – второго шанса для перезарядки он мог и не дать.

– Мистер Карлайл Хейрли? Ваша супруга рассказала, где вас можно найти, – незнакомец, похоже, даже не собирался разыгрывать какой-либо спектакль, понемногу сокращая расстояние, и почти попав в идеальный сектор для выстрела, по прикидке хозяина домика.

– Старая кошелка… Языком всегда работала лучше, чем мозгами, – Хейрли запустил внутренний метроном и приготовился дать залп через пять… четыре… три…

Потянулся руками под столом к вожделенному двуствольнику… и два… один…

Фьююююють…

Карлайл даже не сразу понял, почему не может дотянуться до ружья и что ему мешает. Пост-осознание, пришедшее чуть с опозданием, наконец обнаружило причину – небольшое, но очень острое копьё, пробившее ему гортань и пригвоздившее к креслу-качалке, досадно не давало двигаться. Последнее, о чём успел подумать Хейрли – то, что стрелять надо было на счёт три. Последнее, что успел увидеть Хейрли – как незнакомец из его горла возвращает себе часть трости и бросает на стол кусок серой ткани.

Жнец лишь на несколько секунд задержал взгляд на убитом им человеке. В глазах его не было и капли сожаления, но не было и намёка на наслаждение моментом. Лицо было неподвижным и не выражало почти никаких эмоций, словно у опытного хирурга после очередной операции, который просто выполнял свой служебный долг или привычную работу.

На этот раз всё пошло не по плану, и пришлось импровизировать, этот старикашка не хотел тихо и мирно издохнуть на пороге своего дома, пришлось тащиться за ним в глухой лес. Нога изнывала с каждым днём всё больше – сказывались долгие переезды, ночёвки где попало, да начинающиеся холода по вечерам. Решив, что нужно немного отдохнуть и набраться сил, мужчина присел за стол рядом с распластанным мистером Хейрли, налил себе полстаканчика виски и сделал один большой глоток.

Их небольшую молчаливую вечеринку кто-то прервал – ко второму подъезду участка стремительно приближался тёмный седан. Жнец спокойно и трезво оценил ситуацию – добежать до своего автомобиля он не успеет, да и с такой ногой это становилось нетривиальной задачей, поэтому будет, как ни в чём не бывало, ждать гостей прямо за столом. Единственное, что он успеет сделать до их прихода сюда – это убрать тело в охотничий домик и проверить, заряжено ли ружьё, на которое так рассчитывала его очередная жертва.

Тёмно-синий “Бьюик” новой модели въехал на небольшую площадку, заботливо очищенную хозяином от леса. Два мужских силуэта отделились от автомобиля и двинулись в его сторону. Чуть присмотревшись, Жнец разобрал, что один из приближающихся был помоложе и выше ростом, второй, более коренастый и крепкий, чуть подотстал от напарника, пытаясь прикурить сигарету и пряча зажигалку от ветра. С его месторасположения было прекрасно видно, что гости не ожидали засады, не прикрывали друг друга и вели себя недостаточно осмотрительно.

– Мистер Хейрли? Карлайл Хейрли? – молодой парень, идущий первым, крикнул хозяина по имени, – Мы из полиции. Меня зовут Уильям Коннор и, если вы разрешите подойти поближе, то я вам покажу свой значок и удостоверение.

Жнец разглядел Коннора и был удивлён, что такой юнец на вид занимался убойными делами. Голубые глаза Уильяма вопросительно смотрели прямо на него. В списке имён не было таких молодых людей, и он не хотел его ими пополнять.

– Добрый день! А кто этот второй джентльмен с вами? – раз его приняли за хозяина, то и нечего их переубеждать.

– Капитан Бэн Бауэрс, к вашим услугам, – шеф наконец-то догнал более ретивого коллегу и поравнялся с ним практически в одну линию.

Мысль, одна короткая и мимолётная мысль о том, что напарники сейчас очень удачно стоят в зоне поражения из двустволки. Один удачный залп, и он сможет уйти… Но Жнец решил поступить по-другому.

– Разрешите представиться тогда и мне. Майор Анри Наварр, Французский Иностранный Легион, – мужчина перевернул стол и навёл на напарников взведённое ружьё.

Уильям и Бэн дёрнулись было за пазуху пальто за спрятанными табельными стволами, но тут раздался первый выстрел со стороны их нового знакомца.

– Предупреждаю только один раз, следующий выстрел будет одному из вас в лоб. Поверьте, за тридцать лет службы я научился метко стрелять из любого типа огнестрельного оружия, – майор выпрямился во весь свой громадный рост, ещё больше впечатлив молодого лейтенанта.

– У вас остался только один патрон, второй вы зарядить просто не успеете. Эту партию вам не выиграть, – шеф сделал два шага вперёд и перекрыл Коннора своим телом.