Депрессия

Весенняя депрессия не шутка – вскрываются реки.

Мекки не спасут, коль ты не чуешь в себе человека.

Светятся небесные окурки – ликует вся зелень,

Только для кого-то это время для злых обострений.

Прения внутри, увы, снаружи подчас незаметны.

Весело недолго, потом грусть соберёт все проценты.

Скоро всё пройдёт, и новый круг годовой вступит в силу.

Так что улыбайся через боль, мир не любит плаксивых.

Стулья

Болеем на ногах, на работе, на кухне.

Лелеем детский страх  – выбыть,  рухнуть.

Пухнут, воспаляясь, швы от ран горьких будней,

Злости всегда много в человеческом улье.

Эх, не уйти бы в утиль раньше времени!

Пляски вокруг стульев – спорт незатейливый!

А стульев всегда мало, и занять их не всем дано.

Ладно, продолжаем, пока песнь не замедлили!

Скользкий мостик

Человек – скользкий мостик от зверя до Бога,

под ним простирается целое море.

Рискованный опыт Творца на вселенском заборе,

Ров так глубок, переполненный солью.

Симбиоз несовместимого – Танатоса, Эроса,

Желание мериться талантом и фаллосом.

Жажда катарсиса, цинизм и потерянность.

Мания гаранта в мире из пластика.

Люди не любят в других недосказанность.

Но часто врут отражению в глазах напротив.

Тонут внутри болота мысленных экзаменов,

И не терпят долгих фраз от себе подобных.

Люди – пандус между добром и злом, в итоге,

Мера всех вещей лишь в веществе под их твёрдой коробкой.

Горькая ирония – разумным быть в теле животного,

С утробы и до гроба так и не поняв : а кто мы…

Колесо

Вселенная всё шире, сансара всё крутится.

И мы, как белки в колесе обозрения, щуримся,

Но всё размыто при движении, кадры не грузятся,

Скажите, как остановить эту цепь из иллюзии нам?

И где стоп-кран в этом заблёванном мечтами поезде?

Где проводница, что нас бросила без чистой простыни?

Или вагоны – лишь обман? И рельсы нарисованы?

Я бы спросил это у ясеней, но они сорваны.

Мы все в ловушке белых стен и чёрных дыр системы,

Нас водят за нос полуправдами в зону истерик.

Не прав был, видимо, Коперник – Светила нет в центре,

Иль мы в спирали из огней, но так быстро ослепли…

Заедаем скуку

Мы заедаем скуку незнакомыми людьми

Без аппетита,

Прожигая лупой глаз календари.

По горло сыты,

Хоть и в брюхе безработица царит.

Костры зарыты,

Вместо них теперь бетонные столбы.

Всего полшага от счастливой жизни до пустой возни,

Одна минута может длиться бесконечно.

Вой внутри

Перекричать не в силах гогот пустоты.

Мы возвели столько кирпичных стен уютной красоты,

Ведь кроме них нельзя доверить никому свои мечты.

Всё на потом отложим, чтобы взять проценты прибыли.

Дни на погибель суете, она – любимый идол ведь.

А мы могли бы быть собой, и даже быть счастливыми,

Но, отойдя от своей сути, превратились в глину мы.

И обжигая спины под лучами звёзд, твердеем, стынем.

Осознавая: всё здесь мнимо, декораций мили.

И даже синие разводы наверху – картина.

И даже мы – всего лишь масса углеродной пыли.

Но нет. Не сгинет оптимизм, иллюзии нативны.

Пускай, наивен этот мир, хочу быть вместе с ними.

Уныние – лишь пауза в ярком непрямом эфире,

За ним приходит часто то, что расправляет крылья.

Всё на потом мы не отложим, проживём, как в фильме.

Дни на погибель не дадим, жизнь – это главный идол.

Провозгласим творцами мира мы себя отныне,

И вновь построим на костях иллюзии счастливых.

Круговорот жизни

Жизнь – это круговорот из нелепых событий, океан из невидимых нитей без дна,

Алгоритмы бытия подсовывают нам лишь то, что мы хотим видеть и слышать, жаль, что это просто иллюзия, обман.

Мы все просто мыши в норах убеждений,  веры в мудрость Всевышних,

Но догмы – лишь капкан с позолотой из смыслов.

Так что выбирай:

Либо самообман, побег от своей самости, туман сентенций в третий глаз, а два других оставь для старости.

Либо будь смелым и признайся себе, что мы всего лишь никчёмные винтики в хаосе ржавого механизма бытия,

носители генетического фарса далёких предков, и просто передаём эстафету вечного огня разума.

И неизвестно, кто его зажёг, и когда он погаснет, и кто будет последним участником этого забега.

И вот поэтому, гашу известь мысленных тирад рифмами, не жалея глаз, читаю книги с интересом спортивным.

Ведь каждый роман или повесть не длинная – это чей-то монолог, опыт, застывшие титры.

И как они, хочу оставить здесь свой маленький след на вселенском пюпитре, дело всей жизни, никогда не закончу, но так ведь и лучше.