Цитаты из книг автора «Селина Катрин»

Этот взгляд глаз, сровнявшихся с цветом предгрозового неба, и слова «ублажишь меня в подтверждение своих намерений стать моей женой» неожиданно открыли мне неприглядную истину: он хотел меня. И Нанона Валерн исполосовал своими клинками исключительно потому, что я дотрагивалась до донтрийца. Он как маньяк считает меня своей собственностью, а потому не даёт дотрагиваться до других мужчин и заниматься целительством, наглядно показывая, какое наказание за этим последует. Лечение Вивиэллы – единственное исключение, на которое готов пойти князь

Это замечательное предложение, но всё же этого мало. Очень мало. Его тёмно-синие глаза смотрели на меня с какой-то нечитаемой смесью чувств, зрачки были расширены, заполняя собой почти всю радужку. Я сглотнула сухим горлом

Я ещё раз передвинула руки от затылка ближе к мощной шее и услышала низкий полустон-полурык мужчины

Да я же хотела всего лишь навсего отвлечь его, вымыть голову, а он уже явно не на шутку возбудился. – Я уже в данный момент мою Ваши волосы, – произнесла почему-то шёпотом.

Я намылила голову Валерна и стала постепенно массировать её своими пальцами от макушки к вискам и обратно. Князь прикрыл глаза от получаемого удовольствия, он разве что не урчал, а я почувствовала, что делаю что-то крайне неприличное. Неудивительно, что донтрийцы разрешают дотрагиваться о своих волос лишь жёнам. – А что взамен получу я? – спросил князь.

Я чувственно облизала губы, не сводя взгляда с Валерна и томно произнесла: – Я хочу промыть Ваши волосы, мой князь. Это заявление явно настолько ошеломило мужчину, что он на мгновение замер, а затем улыбнулся, как кот, объевшийся сметаны, и крайне медленно откинулся на спину, позволяя своим волосам упасть за край бассейна

Ваше Сиятельство, лежите, не утруждайте себя, – произнесла я, таинственно улыбаясь и делая шаг по направлению к нему. «Он не должен заметить мой страх. Он не должен понять, что я презираю его методы кнута и пряника. Он не должен почувствовать, что отвратителен мне как мужчина

Он запрокинул голову на широкий бортик, а его влажные длинные волосы облепили шею и мерно вздымающуюся грудь. Я смотрела на князя, широко распахнув глаза, так как впервые увидев его настолько расслабленным. Сильные руки спокойно лежали на бортиках, ни одна мимическая морщина не портила прекрасное лицо донтрийца. Он выглядел будто холодная мраморная статуя, а не живой человек.

Что это вообще было? Вот ведь больной сукин сын!» – в сердцах подумала я, тут же схватила мешочек с травой экка и со всех ног ринулась к истекающим кровью донтрийцам

Донтрийские воины считаются непобедимыми, а тут князь заставил прилюдно не просто сдаться, а попросить пощады. Да, пускай у самого правителя Донтрия, но всё равно он его фактически унизил…»