Глава 8

Костры задорно потрескивали. Пламя облизывало солдат жарким светом, пытаясь отогреть их застывшие тяжелые лица. Араканцам не было дела до приставучего огня. С рассветом мы оставим лагерь, пересечем границу Красной долины и без промедления ринемся в бой. Вернутся не все, самое время подумать о том, кто именно, а лучше помолиться Отцу, чтобы это был не ты.

– Держи. – Алур протянул мне крохотный тюльпан, сложенный из обожженного пергамента. – Я закалил бумагу у церковника.

– Оберег? Спасибо!

Я выхватила из его ладони маленькую прелесть и стала тщательно рассматривать. Стебель, бутон, сердцевина – были точной копией настоящего цветка, за исключением отсутствия цвета.

– Не хочу, чтобы с вами что-то случилось.

Он всунул точно такую же фигурку сидящему у его бока Бриту.

– Теперь я обязан с тобой отужинать? – съязвил Третий Ворон, прикалывая тюльпан к мундиру серебряной тонкой брошью с сапфирами.

– Упаси меня, Отец, от такого счастья, – рассмеялся Алур.

Не отрывая взгляда от броши Брита, я заправила цветок за ухо и поправила шарф. Уж слишком много вокруг любопытных глаз, жаждущих увидеть лицо беса. И в том не было добрых намерений.

– Первый Ворон! Вас ожидает Его Величество!

Палатка Авриила находилась в центре лагеря и почти не отличалась от остальных: из такой же плотной темной парусины, разве что ее размеры позволяли стоять, не тыкаясь макушкой в потолок.

– Ваше Величество.

Авриил отметил мое присутствие глазами и вернулся к разговору с Первым главнокомандующим Птенцов.

Слушая их одним ухом, я осмотрела тесную палатку: стол в центре, не сумевший вместить и половину карт, и лежанка из шкур, занимающая всю дальнюю сторону. Расправившись со скудным убранством, перешла к изучению присутствующих. Командующий имел паракадские корни: невысокий, с сероватой кожей и жидкими волосами, через которые проглядывала сальная кожа головы. Одет мужчина был просто, как и все Птенцы: в мешковатый грязно-серый мундир, широкие штаны и грубые сапоги.

Когда взгляд дошел до Авриила, то дыхание на миг перехватило. Туника из черной легкой ткани, подпоясанная кожаным ремнем, подчеркивала его крепкую фигуру с узкой мужской талией. Просторные штаны, заправленные в тонкие сапоги, не могли скрыть его мощных мышц бедер. Но главным предметом моего внимания был длинный шарф-полотно. Он имел глубокий бордовый оттенок, укрывал одним концом его спину, образуя подобие плаща, висящего на плече, а второй конец оборачивался свободными кольцами вокруг шеи. Я не могу не заметить, что это уж очень сильно напоминает мою тряпку, что так неприглядна Его Величеству.

– Свободы.

Главнокомандующий поклонился и, громко игнорируя меня, вышел из палатки.

– Твои мыши готовы? – спросил Авриил, не отрываясь от карт.

– Полны боевого духа и сил.

Король сомнительно выгнул бровь.

– Готовы, Ваше Величество.

Какое-то время Авриил переставлял фигурки на карте, а после занялся заточкой мечей. Вроде бы обычные дела для похода – ничего удивительного, но я все еще была в палатке.

– У вас будут для меня поручения?

– Разве находиться рядом с королем не одна из твоих главных задач? – и опять он задал вопрос, не отвлекаясь от своего занятия.

– Так и есть.

После произошедшего две недели назад я всеми силами старалась быть идеальным Вороном: немногословным, исполнительным, ненавязчивым и хладнокровным. Последнее давалось мне очень тяжело. Не просто изображать непоколебимый кусок льда, когда от одного взгляда на Авриила во мне разгорается пламя воспоминаний. Поэтому я предпочитала приглядывать за Его Величеством чуть поодаль, из тени.

– Твой меч наточить?

– Не стоит. – Не хватало еще привлекать короля к обслуживанию моего клинка. – Я об этом уже позаботилась.

Авриил бросил взгляд на мои ножны, точно проверяя скрытое лезвие на остроту, и завалился спиной на лежанку, вытягивая ноги и закидывая руки за голову.

– Ты тоже отдохни, Арэт.

– В этом нет необходимости.

Я вытянулась по струнке и положила ладонь на эфес меча. Ворон готов охранять сон своего короля.

– Генералы на позициях и ждут восхода. Наши солдаты и Птенцы с планом боя ознакомлены, свои позиции знают. Все от нас зависящее мы сделали. Потрать последние часы спокойствия с пользой, отдохни, а лучше ляг и поспи.

В палатке не было ни спальника, ни пола. Единственное место, куда я могла лечь и поспать, – лежанка Его Величества.

– Я могу идти? – вывод напросился сам.

Авриил вздохнул, сокрушаясь над моей непонятливостью.

– Буду у вас за час до рассвета.

Чопорно поклонилась и вылетела из палатки, пока моя глупость не спровоцировала у короля очередной приступ разрежения и желание отчихвостить меня.

Тысячи солдат. Сотни Птенцов. Все выстроились на широком холме, залитом светом высокого солнца. В долине нас уже ждали харийцы. Их было сравнительно меньше, но даже издалека я видела, как горят бесовские глаза первых рядов.

– Ты доведешь меня до греха, Арэт, – тихо шикнул Авриил, придирчиво осматривая построение и прислушиваясь к крикам командиров. – Эта тряпка может стоить тебе жизни. Сними ее хотя бы сейчас.

Я заправила концы шарфа за пояс, но снимать не стала. Он уже давно стал частью меня и совершенно не мешал, а порой даже помогал.

– Сниму, если вы избавитесь от своей, – напомнила я о его бордовой тряпке.

Король дернул уголком губ: то ли это был нервный тик от моей наглости, то ли секундный спад напряжения, поселившегося во всех с восходом. Все то было неважно. Я думала лишь о том, какие мягкие и жадные эти губы.

– Старайся перехватывать сражения с бесами и освобождай Птенцам путь к дальним рядам харийцев.

– Поняла вас. Перехватывать и освобождать.

– Проклятых больше, чем мы ожидали. Придется хорошо постараться.

Король в который раз пересчитал взглядом бесов.

– Не беспокойся, Рил, твой зад вернется в Аракан не только в целости и сохранности, но и с клеймом победителя.

Я не удержалась от соблазна вновь увидеть эту ухмылку. Увидела. Покрылась горячими мурашками и обрела четкое знание: я не умру сегодня, мне предстоит лицезреть еще тысячи таких ухмылок.

Авриил вышел перед армией, оставляя меня чуть поодаль. Он вытянул одну руку в бок. Воздух зарябил. Земля пошла легкой дрожью. Из камней, красной глины, травы стали собираться десятки комков. Подобно фигуркам Алура они постепенно приобретали очертания: четыре когтистые лапы, мощное тело и голова с разинутой клыкастой пастью. Огромные волки доставали в холке королю до бедер, а мне так и вовсе почти до груди.

Удовлетворительно кивнув на рычащее пополнение своей армии, Его Величество выхватил два меча. Сталь вспыхнула, запылала, заискрила.

Авриил сорвался с места, ведя за собой воющую стаю свирепых волков и армию, что едва не стирала траву в пыль наполненными силой и уверенностью ногами. Араканцы следовали за своим королем, за тем, кто избавит их земли от харийских крыс. За тем, кто будет рвать зубами, но не позволит унижать и морить свой народ. За тем, кто идет бок о бок с бойцами, не страшась смерти, а несясь ей навстречу.

Авриил Вембрант не нуждался в защите, это другим нужна была защита от него. И все же его Ворон следовал за ним, не смея отставать и терять из виду. Тысячи бойцов. Сотни Птенцов. Но беспокоилась я только за одну жизнь и лучше лягу сама, чем позволю отобрать у меня мое проклятье.

Свистели стрелы. Звенела сталь. Над головой сновали гигантские каменные ястребы – излюбленный прием харийских бесов. Огромные птицы хватали араканцев, поднимали их к облакам, сбрасывали и вновь возвращались.

Две армии образовали в чаше долины копошащееся, вопящее месиво из людей. Отовсюду летели хрипы, чавканье, лязг и раскатистое рычание волков короля. Смерть ощущалась в воздухе, оседлала на языке металлическим привкусом. Бесовские глаза один за одним гасли перед моим взором. Харийцы хотели многое мне сказать, но я им этого не позволяла.

Нож, меч, быстрая смерть.

– Птенцы пробились к тылу!

Его Величество поймал слова Первого главнокомандующего и окинул стремительным взглядом сражение. У него на это было не больше секунды: харийцы обкладывали нас со всех сторон.

Среди темных мундиров Птенцов, невзрачной формы солдат цвета мокрого песка, светлых льняных тряпок харийцев – Авриил был как мишень. Бордовый шарф выделял короля из массы, и враги слетались на него, желая остановить сердце Аракана. Его Величество этого и добивался. Харийцы сами приходили к нему. Они жаждали его крови, но получали свою смерть.

Авриил. Я могла смотреть за его боем вечно. Жесткие, точные удары, не дающие шанса на их отражение. Черные глаза видели каждого. Лицо сосредоточенное – хладнокровное. Все движения продуманны, взмахи и выпады просчитаны. Сердце этого мужчины не остановится, и не найдет в нем хариец для себя жалости.

Три беса решили напасть на короля со спины. Они уже выставили клинки и готовились одновременно вонзить их в араканскую плоть. Этому было не суждено случиться. Незримая сила отшвырнула харийцев прямо ко мне в руки. Стальной блик. Меч отсек сразу две головы. Легкий прыжок. Нож вошел в глаз третьего беса.

– Прикрой меня!

Миг – я уже рядом с королем и встречаю верной сталью харийское железо. Мышцы гудели. Ноги подрагивали в слабости. Зуд на кончиках пальцев сменился едва заметной щекоткой. Несколько часов непрекращающихся схваток ощутимо меня вымотали, но силы для защиты Его Величества я всегда найду. Выцарапаю со дна нутра, но найду. Защищу.

Авриил лишил врагов черного взгляда, все его внимание поглотили выкрики командиров: бесы отрезали от сражения сотню солдат и лопали магией их сердца один за одним, как орешки.

Не теряя самообладания, король убрал меч в ножны, освобождая правую руку, и выставил расслабленную ладонь перед собой. Долину пронзил истошный вопль: зажавшие араканцев бесы рвали на себе льняные рубахи, падали на землю и пытались сорвать с себя кожу.

Крики стихли.

Освобожденные солдаты поспешили вернуться в сражение, ступая по телам харийцев, покрытых волдырями и кусками расплавившейся плоти.

– Срань!

Нож разрезал воздух и вонзился в черепушку лучника, что уже был готов пустить стрелу в Авриила. Тут же подскочила желтоглазая проклятая, готовая спустить на короля рой парящих в воздухе клинков. Рывок. Мой меч отбил сталь, следом сам лег на ветер и устремился к желтым глазам.

Я лишь на секунду отвлеклась – сделала шаг, чтобы вернуть себе оружие, а на Его Величество шли с новой атакой. Три каменных ястреба выставили когти и были готовы порвать араканского короля.

Авриил махом одной руки поднял мощный порыв ветра, снесший двух птиц, но третья летела со спины, беззвучно и опасно близко.

Он не видел.

– Рил!

Он не слышал.

У меня не было в руках оружия, запас магии исчерпан, поэтому я сделала первое, что пришло мне в голову, – ударом влетела в двухметровую тушу короля. Он не упал, лишь от неожиданности сделал несколько непроизвольных шагов вперед, а когда обернулся, то там не было того наглеца, что посмел толкнуть короля.

Плечо жгла боль: острые когти-сабли вонзились в него и крепко держали. Я пыталась призвать силу, пыталась отодрать от себя лапу, пока земля еще была близко. Тщетно. Ястреб нес мое тельце к облакам, и он обязательно выполнит мое желание – отпустит, но только я уже не буду этому рада.

– Держись, Гарэт! – донесся через шум ветра запыхавшийся голос Авриила. – Не отпускай!

Посмотрела вниз и сразу пожалела об этом. Поле боя стремительно удалялось. Сердце запрыгало в горле. Пальцы рук и ног онемели в ужасе.

Заледеневшей щеки коснулась теплая волна магии. Ястреб дернулся, но легко скинул незримые путы Авриила. Я ухватилась слезящимся взглядом за бордовый шарф, что рассекал сражение, следуя за ястребом.

Король хотел меня спасти. Моя смерть его огорчит.

– Огненный Отец, помоги.

Я отпустила лапу и повисла. Боли в плече уже не было – оно онемело. Быстро сорвала с себя шарф. Магия не отзывалась. Мне нужно было совсем чуть-чуть – крошку. Легкие уже давило. Слишком высоко. Скоро отпустит. Страх всколыхнул сердце, и оно выдавило из себя крупицу силы. Шарф впитал ее и стянулся петлей на каменной шее птицы. Как только оба его конца оказались в моих руках, когти выпустили плечо: от падения меня отделяла секунда.

Веса моего тела было недостаточно, чтобы потянуть ястреба к земле. Он меня даже не заметил. Магическое создание, хвала Отцу, было не особо сообразительным.

Земля приближалась. Ястреб уже разглядел новую добычу, как начал осыпаться: один камень, два, а потом вовсе превратился в груду камней, дождем летящих в головы бойцов. Дождем из камней и одной харийки, что от ужаса не могла даже кричать.

Макушки людей все ближе. Надежда на спасение все дальше. Я могу только надеяться, что упаду на головы врагов, напоследок забрав их с собой в подземное пекло. Почти у самой земли меня подхватили невидимые воздушные простыни. Совсем избежать падения не получилось, но оно было не таким, как ожидалось – не смертельным. Даже кости уцелели.

– Ты как? – Суетливые руки стали ощупывать мое дрожащее тело, выискивая повреждения. Голос был мне не знаком. Я попыталась рассмотреть спасителя, но перед глазами стояла пульсирующая пелена. – Ястреб тебя спутал с араканцем. Зачем так разоделась?

Зрение моментально вернулось. Передо мной сидел молодой белобрысый мужчина с рыжеватой бородой и уже заканчивал перевязывать мое плечо. На нем была светлая форма харийской армии, а темно-зеленые радужки поросли алыми ветками – бес, причем весьма глупый. Моя одежда отличалась от большинства араканской – она была черная, но чтобы спутать меня с частью харийской армии – нужно было очень постараться.

– Ты врачеватель? – тихо спросила я, выискивая поблизости бесхозное оружие. Его было полно, но все оно было под ногами царившей вокруг бойни.

– Врачеватель. Ты меня раньше не встречала? – удивился мужчина. Сомнения прокрались в его черепушку, но тут же покинули. Он рывком поднял меня на ноги и широко улыбнулся, показывая щербатые зубы. – Конечно же, мы не встречались. Ты бы меня непременно запомнила. Нарзан, – он пожал мою безвольную ладонь и, быстро нырнув под свой мундир, вложил в нее кинжал. – Потом вернешь. Как твое имя?

Я еще не оправилась от смертельного полета, как меня накрыло новое потрясение. Этот бес был полным идиотом.

– Гарэт, – ровно ответила я, перехватила рукоять клинка и ударила им снизу, прижимаясь к сухому телу харийца. Пальцы окутал жар вязкой жизни. – Первый Ворон Авриила Вембранта.

Бесовские глаза резко округлились. Нарзан окаменел и, не моргая, смотрел на меня. В его взгляде ярко вспыхнуло осознание своей тупости.

– Мы квиты, Нарзан.

Я вырвала клинок из булькающей груди и отступила на шаг. Рядом с одеревенелым бесом упал араканец. Мужчина хотел поднять голову и посмотреть мне в глаза, но издал последний хрип и остался лежать, сверкая сальной кожей головы, что просвечивала через его редкие волосы.

Нарзан несмело опустил взгляд и отметил меч в руке араканца.

– Уходи. Еще раз увижу – убью.

Бес оказался на удивление понятливым. Он стрелой юркнул между схваток, оставив меня стоять у тела Первого главнокомандующего.

Осмотрелась. Свидетелей моего предательства не было. Я сделала шаг с мыслью поскорее найти моего короля, как наткнулась на пристальные черные глаза.

Сердце замело. Затылок стянули колючие мурашки.

Авриил стоял в нескольких метрах от меня, недвижно. Его лицо не выражало ничего – обжигающий льдом камень. В нем что-то щелкнуло. Он моргнул, торопливо повертел головой и, еще раз обдав меня мертвым взглядом, бросился в бой. Король продолжил резать харийских крыс, только уже не хладнокровно, а с сотрясающей воздух яростью и скручивающей желудок ненавистью. Несложно догадаться, кого он представлял на их месте.