В момент, когда Виктор проходил мимо одного из таких заведений, его дверь распахнулась, и на улицу вывалилась толпа выпивших молодых людей: три парня и две девушки. Они, как намертво спутавшиеся хвостами грызуны, называемые в среде ученых-этологов «крысиным королем», тянули в разные стороны, но не могли отпустить друг друга, иначе рисковали просто потерять равновесие и свалиться в лужу. Все это происходило под женский хохот и визг, под мычание выпивших парней. Один из них — упитанный, с черными кучерявыми волосами и маленькими ушками — подошел к небрежно припаркованному напротив входа в заведение черному внедорожнику «Сатисфактору». Водитель тут же выскочил и открыл заднюю дверь.

— Миша, а теперь в баню. Едем купать девочек! — прохрипел толстый парень под одобрительное мычание товарищей и смех девчат.

— Да, господин. Прошу, садитесь! На улице ветрено, застудитесь, — молниеносно отозвался водитель Миша.

— Так, девки, пролезаем по одной и занимаем места согласно купленным билетам! — Толстяк прохрипел бородатую шутку, а его спутницы, хохоча и сверкая коленями, как антилопы, поспешили скрыться от ветра и дождя в салоне огромного черного внедорожника.

Когда девушки набились в машину, толстяк сел спереди и махнул оставшимся парням:

— Свободны на сегодня.

Миша хлопнул массивной дверью, оббежал огромный, как нос бегемота, капот и сел на водительское место. Черный «Сатисфактор» с тонкой позолоченной полосой вдоль всего кузова и хромированными дисками плавно, но быстро сорвался с места и укатил в сторону пригорода, подальше от центральной улицы, оставив глубокий замысловатый след от протектора на пыльной выцветшей лужайке перед заведением. Двое оставшихся парней — видимо, охранники того толстяка, — вернулись в ресторан над входными дверями которого красовалось название «Снежный барс».

«Да уж!» — подумал Виктор и еще быстрее зашагал в сторону своего кластера.

Кластерами называли жилищные комплексы для малоимущих граждан. Они представляли собой группы серых и угрюмых высотных домов по двадцать пять — тридцать этажей. В кластере было по пять, а иногда и по десять таких башен. Численность одного кластера достигала двух-трех тысяч человек. Здесь была минимальная инфраструктура: на первых этажах располагались магазины, аптеки, цирюльни, рюмочные, в подвалах иногда были мастерские, а крайне редко — бордели.

Бордели в последнее время можно было найти только в центре — у народа уже не осталось денег, чтобы их посещать, — но те, что все-таки сохранились, пользовались популярностью. Еще их красиво называли домами терпимости. Входной билет был по карману только состоятельным гражданам, а такие находились всегда: и в мирное время, и тем более в военное.

В борделях можно было познакомиться, поскольку они были и мужскими, и женскими. Сюда ходили представители обоих полов — обычно на шоу-кабаре или стриптиз. Также там оказывали интим-услуги — существовали комнаты для свиданий, где можно было провести время в тишине и пообщаться не только с персоналом, но и с понравившимся посетителем или посетительницей. Ведущий мероприятия и танцоры с танцовщицами курсировали по залам и помогали народу раскрепоститься, подталкивая к знакомству и дальнейшему общению.

Все это было организовано в рамках правительственной демографической программы по росту рождаемости в стране. Война уносила десятки тысяч жизней ежемесячно. У населения было множество бытовых проблем, из-за которых распадались семьи, не заключались браки. Непрерывная работа отнимала все свободное время... После отключения глобального интернета, а вслед за ним — и локальных сетей люди начали по старинке собираться в клубах, которые затем превратились в бордели во всех смыслах этого слова…

Тем временем Виктор дошел до своего кластера. Прежде чем войти в подъезд, он на минуту нырнул в соседнюю дверь, за которой располагался неизменный магазин, существующий вне времени, — «Продукты 24» — и купил там бутылку яблочного сидра. Затем поднялся на пятый этаж в свою теплую квартиру-студию.

Она была небольшой — двадцать пять квадратных метров. В одном углу единственной комнаты располагался небольшой кухонный гарнитур, в другом — диван-кровать, а между ними — круглый стол и два стула. Небольшой коридор вел в ванную, совмещенную с туалетом, и все это можно было разглядеть, не разуваясь, стоя на коврике в прихожей. Такая квартира в кластере считалась типичной для среднестатистического горожанина, и различались они разве что цветом стен — от светло-серого до хаки, так как других красок в Северной Стороне особо и не выпускали.

На стене в прихожей висело зеркало, и Виктор, наконец вошедший в свое жилище, поглядел на собственное отражение. Перед ним был мужчина лет тридцати пяти, худощавый, черноволосый, в очках и с карими глазами. Густые волосы были растрепаны из-за только что снятой беретки, глаза выражали многодневную усталость от бесконечной работы над проектом, а бледная кожа из-за скудного питания казалась старше самого ее обладателя. Изрытые морщинами впалые щеки и подбородок покрывала черная трехдневная щетина с проседью. Выпирающий далеко вперед нос казался перепачканным машинной смазкой, и Виктор поспешил тут же стереть ее длинными в ссадинах и царапинах пальцами. Типичный ученый-инженер, из которого выжимают все соки в конструкторском бюро.

Виктор скинул ботинки и пальто, сделал несколько шагов и плюхнулся на диван-кровать, случайно прижав ногой валявшийся на полу пульт. Он задел кнопку включения, отчего в темноте загорелся экран визиофона, стоявшего напротив.

Это устройство чем-то напоминало телевизоры из недавнего прошлого. Здесь была встроенная программа для общения на расстоянии, однако в ста процентах случаев собеседником оказывался государственный служащий, связывающийся с гражданином в заранее запланированное время по какому-нибудь вопросу: чаще всего по поводу штрафов, выяснения обстоятельств различных событий, неуплаты налогов или для заполнения анкет и заявлений. По визиофону также крутили развлекательные программы. Тут было чуть больше свободы выбора — еще оставалось несколько частных каналов, до которых пока не добралась рука государственной цензуры, вроде юмористического под названием «Смешлен» или канала «Путешественник» о Родине и ее интересных местах. В основном же смотрели государственные каналы наподобие «Новостного портала» — круглосуточных новостей — или «Армады» — рупора военных достижений и побед на фронте.

Виктор листал каналы, приговаривая:

— Да что ж это такое! Одно и тоже! Смотреть совершенно нечего…

Но вот на экране появилась заставка с двумя большими буквами «П».

— О, это же «Последний приют»! Посмотрим, как дела у пенсионеров. — Оживившись, он открыл бутылку сидра и прибавил громкость, остановив свой выбор именно на «ПП».

Тем временем заставка исчезла, и на экране появился загорелый ведущий с лучезарной белозубой улыбкой и в черном смокинге. Его сверкающие блестящие глаза смотрели прямо на Виктора, а изо рта лилась быстрая отрепетированная речь:

— Добрый вечер всем вновь подключившимся зрителям! Вот и завершилась короткая рекламная пауза, и мы вновь в нашей студии. В эфире программа «Райская жизнь» на канале «Последний приют». Всем нашим зрителям я хотел бы напомнить, что мы не просто канал, а целая инфраструктура, находящаяся на севере страны, спонсором которой является наш заботливый Пенсионный фонд. Это целый город-остров, куда отправляют пожилых людей, когда они достигают определенного возраста. Обратите внимание, что после недавнего повышения порога этот возраст стал равняться семидесяти годам. Каждый человек по достижении этого этапа в своей жизни обязан передать все муниципальное имущество — например, студию в кластере — государству и переехать к нам, на наш чудесный остров!

Последний приют — рай на Земле. Это я могу сказать вам совершенно уверенно, даю слово ведущего! Все, что у нас здесь есть, доступно пожилым гражданам абсолютно бесплатно: медицина, бунгало для проживания, пляж, кафе и столовые, несколько театров и игровых комнат для любителей шахмат и лото. Также есть пара библиотек, а еще трамвай, курсирующий с севера острова на юг и обратно. Все это удовольствие оплачивается за счет Пенсионного фонда страны. Мы ждем вас, дорогие зрители! Присоединяйтесь к нам, когда придет ваше время! — Глаза ведущего как-то по-особому, немного зловеще сверкнули, и Виктор поежился на своем диване.

Согласно новой, недавно введенной системе, каждый гражданин обязан работать после института. Государство предоставляет шесть месяцев для поиска работы, а если человек не устраивается вовремя, его отправляют в колонию-поселение, где он трудится, но уже бесплатно — можно сказать «за еду», пока не найдет нормальную работу. Каждый человек, все-таки нашедший работу, отчисляет тридцать процентов зарплаты в Пенсионный фонд, а деньги оттуда идут на поддержание жизнедеятельности острова.

Канал «ПП» транслирует новости о жизни пожилого поколения, их счастливой беззаботной старости, запечатлевая их с улыбками на лицах, передавая чувство покоя и безопасности, царящих в их сердцах, особенно заметных зрителям, страдающим от повседневной рутины. На этом контрасте улыбающиеся с экрана пенсионеры вселяли веру в то, что эта ежедневная страда когда-нибудь закончится и зритель на старости лет наконец обретет счастье и покой на острове. Передачи канала собирают миллионы просмотров. Зрители верят в правдивость ток-шоу, созданного каналом, и каждый мечтает, усердно работая, дожить до семидесяти, чтобы наконец оставить тесную квартирку в кластере и переехать в бунгало у моря, играть в лото и шахматы со сверстниками и голосовать за власть, которая предоставила все это, каждые шесть лет до самого конца жизни. А затем, после смерти, быть сожженным и развеянным над морем.

Да, вы не ослышались: быть сожженным. Из-за нехватки земли для посевов правительство упразднило все кладбища и запустило безальтернативную программу по кремации. У человека нет выбора — быть закопанным или сожженным. Каждый понимает, что его ждет крематорий, но никто и не расстраивается: все уже свыклись с этой мыслью, тем более что религию в государстве также отменили. Теперь во главе угла наука и армия!

Кремация служит и другой очень важной цели — выработке тепла. После климатических изменений, произошедших в результате ядерной войны, жить на экваторе нашей планеты стало совсем невмоготу: температура там поднялась до семидесяти градусов Цельсия, незначительно снижаясь ночью, и последние южные земли превратились в пустыню. Раскаленный песок стал нагревать воздух. Люди начали мигрировать с юга на север. Благодаря численному преимуществу они оттеснили северян еще глубже к Северному Ледовитому океану, но воздушные массы и теплые течения тоже устремились к Северному полюсу, растопив многолетние ледники и обнажив землю под ними. На одном из таких участков суши правительство Северной Стороны и создало Последний приют.

Среднегодовая температура на территориях северян не превышает двадцати градусов. Зимы здесь очень холодны, и в основном не из-за снега — он уже давно не выпадает в больших количествах, — а из-за сильного ветра и ледяных дождей. Температура зимой доходит до отметки в минус сорок градусов, поэтому в этих краях очень ценится тепло. Чтобы согреться, люди создали особые крематории с подключенной к ним системой отопления домов. Выделяющееся при сжигании трупов тепло нагревает специальную теплоемкую жидкость — смесь воды с какими-то химикатами, которые позволяют сохранить тепло, пока вода под давлением разносится по трубам и магистралям в дома горожан. Древесина здесь в дефиците, поэтому «трупное» топливо стало эффективным решением проблемы.

Самый крупный крематорий, конечно же, располагается на острове Последний приют… Его не показывали по каналу «ПП», но люди знали о нем. Существовали зарисовки и фотографии, сделанные издалека. На них виднелся огромный черный от копоти куб из кирпича — без окон, с огромными воротами в центре одной из стен, куда вела небольшая железная дорога. По рельсам двигались вагонетки, доверху наполненные телами стариков с острова, солдат с поля боя и простых людей, не доживших до «рая на Земле»…

Тем временем Виктор прибавил громкость, и ведущий передачи «Райская жизнь» радостно заголосил:

— В сегодняшнем вечернем розыгрыше лото три участника выиграют возможность пожить в центре острова в особом бунгало для победителей. Вас ждет горный воздух, лечебные ванны, травяные ингаляции в сауне и чай с горными ягодами! Итак, начинаем! Первый номер — двенадцать. Внимательно смотрите на свои билеты! Номер двадцать восемь. Бабушки, поспешите выиграть приз! Номер шесть, номер тридцать, шесть тридцать, шесть тридцать, номер семь, семь сорок, семь сорок!..

Будильник верещал: 7:40! Виктор подскочил, опрокинув недопитую бутылку сидра. Визиофон уже давно выключилс