Толпа ... в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал и мерзок — не так, как вы — иначе.
Мария Склодовская-Кюри самая, пожалуй, известная женщина в Науке: единственная за всю историю премии, дважды награжденная Нобелем по физике и по химии, открывшая радий, полоний (который книжная я считала данью уважения Шекспиру, тогда как на деле элемент Мари назвала в честь своей угнетенной родины); и радиоактивность как явление. Удивительно, но при таком всеобъемлющем присутствии в информационном пространстве - ведь, согласитесь, трудно найти человека, ни разу не слышавшего ее имени - мы так мало знаем о ее личной жизни. Да, была замужем за Пьером Кюри, в соавторстве с которым совершила свои эпохальные открытия. И все. И все?
Итальянская писательница, биолог и популяризатор науки Сара Роттаро в книге с амбициозным названием "Я- Мари Кюри" делает попытку приподнять завесу молчания, рассказав не только о Кюри в ипостаси ученой, но и о ней - женщине. Повествование ведется от первого лица, как если бы героиня сама рассказывала историю своей жизни. Детство с умными и прогрессивно мыслящими родителями в обществе сестер и брата, ранняя смерть мамы от туберкулеза, на всю жизнь оставившая в ней боль священной раны; работа гувернанткой ради возможности скопить денег на поездку в Париж и обучение в Сорбонне, влюбленность в старшего сына работодателей и тайная помолвка с ним, которая закончилась изгнанием девушки из богатого дома; встреча во Франции с Полем, ставшим ей идеальным мужем, совместная работа с ним, открытие радиоактивности и первая Нобелевская премия.
Однако был в жизни этой великой женщины эпизод, который мы сегодня воспримем как извинительную, хотя и не делающую чести слабость, но в начале прошлого века это стало причиной грандиозного скандала, едва не стоившего ей второго Нобеля и погубившего репутацию в глазах не только обывателей, но и Французской Академии, отказавшей ей в членстве. Спустя четыре года вдовства, Мари Кюри сблизилась с учеником и соратником мужа, который сотрудничал в ее лаборатории и принимал деятельное участие в работе (все же понимают, что эпохальные открытия не делаются талантливыми одиночками, за всем стоит командный труд).
Поль Ланжевен не только был женат, но и успел стать отцом четверых детей, его жена Жанна, в отличие от "паршивой польки" была француженкой и в придачу к мстительному нраву имела сестру, замужнюю за издателем бульварной газетенки. Этот листок, специализирующийся на скандалах-интригах-расследованиях опубликовал выкраденную переписку Мари и Поля, до небес взметнув тиражи и уничтожив репутацию мадам Кюри, в глазах французов, сделав ее "опорочившей память мужа". На самом деле, нормальные люди были далеки от мысли осуждать, но известно, что громче всегда бренчит пустая посуда. Отрадно, что в разгар скандала героиню очень поддержал Альберт Эйнштейн
Роттаро делает этот эпизод жизни Марии центральным, выстраивает вокруг него основную интригу. отдает описанию едва ли не половину объема книги, оставляя за ее пределами следующие 23 года, за которые успела сделать немыслимо много: от создания передвижных рентген-установок до Радиевых институтов, открытых при ее участии и под ее патронажем в Париже и Варшаве (аналогичные после открылись в Лондоне, Ленинграде, Вене). Создается впечатление, что единственным побудительным мотивом к написанию книги стал скандальный эпизод биографии Кюри, удобный для подверстывания к агрессивной фем-риторике: "вот если бы то же самое сделал мужчина, никто не стал бы его осуждать..." Ну, вы понимаете, жестокий мужской мир, историческая вина мужчин, и вот это вот все.
Могу ошибаться, но кажется, выстраивать рассказ о великой женщине вокруг скабрезности - не самый правильный способ рассказать о ней миру. Мария Склодовская-Кюри заслуживает большего внимания и более бережного отношения к себе, особенно от биографа, дерзнувшего так озаглавить книгу.
