– Почему совсем, – поставив бутылку, произнес Петрович, – В рабочее время только. А вечером и по выходным, пожалуйста. Но в меру, конечно.

– И что, – продолжил удивляться Сидор.

– Меня заметило начальство. Стали двигать. Вот уже пять лет как председатель профкома. Освобожденный, – Петрович вернулся к столу и сел напротив Сидора. – И ты сможешь. Я в тебя верю.

– Я попробую, – посмотрел на него доверчиво Сидор.

– Вот и молодец, – и Петрович под удивленный взгляд Сидора отхлебнул из бутылки, которой он поливал цветы и убрал ее под стол.

В это время дверь распахнулась и в кабинет шумно вошла женщина, в синем комбинезоне, которую Сидор видел с утра у раскопанной ямы с трубами.

– А вот и Антонина, – еще шире растянулся в улыбке Петрович, – А я тебе нового работника в бригаду нашел. Знакомьтесь, Сидор, Антонина, – вставая, развел руками Петрович.

– На хер он мне сдался! Ты бы лучше мне насос гидропривода нашел, – отмахнулась Анастасия, – Снова стрелу у крана заклинило. Чем я трубы вытаскивать буду?

– Это тебе к механику надо на склад, – заморгал глазами Петрович.

– Нет на складе у него. Надо в трест ехать, – и она положила на стол лист бумаги, – Вот подпиши заявку. Там твоя подпись тоже требуется.

Петрович взял бумагу, одел очки, прочитав написанное и тяжело вздохнул, поставил свою подпись.

– Вроде все подписи собрала, – пряча заявку в нагрудный карман комбинезона, сказала Антонина и развернулась к выходу.

– Подожди, – протянул в ее сторону руку Петрович, – Ты Сидора забери с собой.

– Догоняй, – не оборачиваясь, бросила Антонина и вышла за дверь.

– Давай, давай, давай, – подбежал к нему Петрович махая рукой, – Я вечером к тебе зайду. Обмоем начала работы, – и он, приподняв Сидора со стула, вытолкнул его за дверь.

Сидор оглянулся по сторонам и, увидев уже выбегающую на улицу Антонину, побежал за ней. На улице, перед управлением, стоял зеленый военный внедорожник с открытым верхом. Антонина, запрыгнула на водительское сидение и крикнула Сидору, – Давай, прыгай.

Сидор только успел заскочить на пассажирское сидение, как Антонина, заведя машину, с визгом выехала на дорогу.

– Пьешь, – переключая скорость, спросила Антонина.

– Только после работы. С друзьями на лавочке. Культурно отдыхая, – вспомнив фразу Петровича, ответил Сидор.

– Ага. Знаю я ваше культурно отдохнуть, – усмехнулась Антонина, притормаживая у разрытого котлована, рядом с которым стоял кран-экскаватор с поднятой стрелой, на ковше которого, слегка покачивался привязанный к тросу кусок трубы. Чуть в стороне, под кроной большого ясеня, на другом куске трубы, сидели четверо рабочих, держа на коленях развернутые газеты с лежащей на них едой.

– Чего сидим, – строго спросила Антонина, и посмотрев на часы

– А чего делать, кран не работает все равно, – ответил один из рабочих и громко откусил огурец.

– Чего делать, чего делать, – передразнила Антонина, открывая ключом дверь небольшого железного сарайчика, – Вот еще одного дали в помощь. Чтобы ничего не делал. – У тебя спецодежда есть, – оглянулась она на Сидора.

– Нет, – помотал головой Сидор, – Мне не сказали.

– Не сказали ему, – пробурчала Антонина и зайдя в сарайчик, через некоторое время вышла, держа в руках бумажный сверток и резиновые сапоги. – Вот переоденешься в это. «Других размеров все равно нет», —она протянула Сидору вещи. – Так, пообедаете и начинайте резать трубу дальше. Я в трест за насосом. – Она, счистив палкой грязь с сапога, снова залезла в машину и поехала, оставляя в воздухе резкий запах бензина.

– Сидор, – представился Сидор и сделал легкий поклон головой, – Направлен к вам на работу в качестве землекопа. Временно. А вообще- то я студент. Подработать решил на каникулах.

– Садись студент, – ответил один из рабочих, отодвигаясь в сторону, – Обед у нас.

– Спасибо, – улыбнулся Сидор и сел рядом.

– Ты чего, без еды пришел, – посмотрел на него хмуро другой работяга.

– Мне не сказали. «Но я не голоден», —не принужденно произнес Сидор.

– На вот, поешь, – протянул работяга, кусок черного хлеба и стрелку зеленого лука.

– Спасибо, – ответил Сидор и с удовольствием откусил хлеб.

– Передай ему еще котлету, – сказал кто-то другой.

– И яйцо, – сказал третий.

Сидор с удовольствием принялся за еду. Рабочие ели молча, не спеша. Поев, они дружно закурили. Потом один из них встал, зашел в вагончик-бытовку и вернулся с чайником в руке. Он отпил через носик и протянул чайник Сидору: Кружек нет. У нас все пьют так.

– Я не пью, – отодвинулся испуганно в сторону Сидор. Все работяги внимательно посмотрели на него.

– В смысле. Пью, но после работы. Культурно на лавочке, – добавил он.

– Это вода, – покачал чайником мужик.

– Нет спасибо. Я вообще не пью. – Сидор встал, взял вещи и спросил, – А где можно переодеться.

– В бытовке, – указал с чайником в сторону вагончика мужик.

Когда Сидор, переодевшись в одинаковый как у всех синий комбинезон и резиновые сапоги, вышел из вагончика, рабочие уже стояли вокруг котлована и молча, смотрели вниз. Подойдя к ним и заглянув, он увидел сидящего на дне работягу, держащего в руке искрящийся наконечник горелки над куском трубы, торчащим из земли.

– Что он делает, – спросил Сидор и посмотрел на работяг.

– Трубу газом режет, – ответил кто-то.

–Это часа на три теперь, – добавил другой.

– Если кислород не закончится, – усмехнулся третий.

– Трубы то хорошие. Из танковой стали сделаны, – вздохнул первый.

–Да, при Сатрапове умели делать и не экономили, – закуривая, сказал второй.

–А смотри, какие привезли на замену. Они тонкие как из бумаги сделаны. Их ножовкой разрезать можно, – усмехнулся третий и добавил, – А эти бы еще лет сто пролежали.

В это время у того, кто резал трубу вдруг исчезло пламя в горелки. Он снял с головы защитную маску и, подняв голову, крикнул: «Кажись газ закончился. Подключай новый баллон». Двое работяг не спеша подошли к стальному сарайчику, вытащили оттуда металлический баллон и подтащив его к котловану, прикрутили к нему резиновый шланги, тянущиеся снизу. «Зажигай», – крикнул один из них и они, закурив стали снова смотреть вниз на сварщика, резавшего трубу. Так прошло часа два. Работяги еще раз поменяли баллон, но трубу разрезать, никак не удавалось.

– Похоже, Антонина сегодня не приедет, – сказал задумчиво один работяга.

– Час до конца работы остался. Конечно, уже не приедет, – добавил второй.

– Чего, может, в магазин слетаем, – покрутил по сторонам головой третий, и они дружно стали лазить по карманам, вытаскивая монетную мелочь и смятые грязные бумажки денег. Собрав все деньги в каске одного, они долго их пересчитывали и в конце концов досчитались, что не хватает тридцать семь копеек.

– Студент, добавь сорок копеек, – протянул каску к Сидору один из работяг.

– У меня нет ничего, – расстроено пожал плечами Сидор.

– Я добавлю, – вылезая по лестнице из котлована, крикнул сварщик.

Через полчаса работяга, ушедший в магазин, вернулся, неся что-то завернутое в газету. В газете оказалась бутылка с белой жидкостью, точно такая же, как и у Петровича в кабинете с надписью «Водка» из которой он поливал фикус.

– Будешь с нами пить, Студент, – спросил сварщик, прижимая нежно бутылку к груди.

– Я пью только после работы. Культурно на скамейке, в парке, – привычно ответил Сидор.

– Так мы тебе и предлагаем культурно. Через пятнадцать минут рабочее время заканчивается, – ответил сварщик и все работяги пошли радостно переодеваться в вагончик. Сидор постоял немного в раздумье и тоже пошел переодеваться.

Ровно в пять часов вся бригада сидела в сквере на лавочке. Сварщик, держал в руке бутылку, снова завернутую в газету, и наливал из нее по пол стакана жидкости и передавал его работягам. Сидор сидел с краю и ему стакан передали последним, когда все уже выпили и закурили. От жидкости исходил резкий, немного неприятный запах.

– Что это, – спросил он, принюхиваясь к стакану.

– Пей. Нормальная водка. Чего ты ее нюхаешь, – сплюнул недовольно на землю, сидящий рядом работяга, – Одним глотком. Понял?

– Понял, – кивнул Сидор, и закрыв глаза махом выпил стакан. – Что это было, – часто выдыхая и вытирая слезы, простонал Сидор.

– Первый раз, похоже, выпил студент, – смеясь и кашляя, произнес сварщик, и все работяги дружно засмеялись, весело поглядывая на Сидора.

Сидор пришел в себя минут через десять. Ожог внутри уже прошел, зато в голове поднялся какой-то шум, и вдруг стало так хорошо на душе. Работяги, продолжали курить и говорить об чем-то своем и дружно смеялись. Сидор, не понимал, о чем они говорят, но тоже громко смеялся вместе со всеми.

– Ну, чего может, добавим. Погода хорошая сегодня, – встал со скамейки, сказал сварщик и стал шарить по карманам. Все вслед за ним, тоже стали выворачивать карманы и собрав пригоршню мелочи, отправили одного работягу в магазин. Тот вернулся через полчаса, неся в двух руках по бутылке. Но теперь они были не белыми, а красными. Сварщик налил стакан и протянул Сидору: «На водку денег не хватило. Будем пить бормотуху». Бормотуха была сладкая и понравилась Сидору больше чем водка. Он закрыл глаза и откинулся на спинку скамейки. Ему начинало нравиться жить на планете Ру, и он даже завел внутренний спор с профессором Матрицей, доказывая ей, что планета Ру ни такая уж и отсталая и находится значительно выше шестого уровня развития. В какой-то момент Матрица было уже согласилась, но тут Сидора сильно стали трясти и открыв глаза он увидел перед собой работягу, протягивающего ему стакан, на этот раз с золотистой жидкостью.

– Что это, – еле ворочая языком, спросил Сидор.

– Пиво. Надо отлакировать. Пей, – ответил работяга.

Сидор улыбнулся в ответ, взял стакан, выпил, но уже не почувствовав никакого вкуса и запаха, тут же уснул, крепко сжимая обеими руками стакан.

Сколько времени спал, он не помнил, но проснулся, от того, что его кто-то стал сильно трясти за плечо. Он открыл глаза. Перед ним стояли два милиционера, те самые, которые арестовали его в трамвае.

– Распиваем. «В общественном месте», – сказал Сержант, увидев, что Сидор проснулся.

– Я же культурно. После работы. С мужиками, – он оглянулся по сторонам, скамейка была пуста. – А где мужики?

– Что с ним делать будем, – спросил второй милиционер.

– Отвезем в участок. Сдадим для плана, – подумав, решил Сержант. – Вставай, поехали, – он приподнял Сидора за плечи. И они, подхватив его под руки, повели к мотоциклу с коляской, стоящему на дороге. Сидор, еще не отойдя ото сна, молча, шел, продолжая сжимать обеими руками стакан.

***

– Вот, алкаша в сквере задержали, – вталкивая Сидора в кабинет дежурного, доложил Сержант.

– Петя, сколько можно тебе говорить, у нас по алкашам план выполнен на двести процентов, – зевая, ответил дежурный и посмотрел на Сидора уставшими глазами, – Подожди, ты же его утром как тунеядца уже задерживал, – и он посветил настольной лампой в лицо Сидора.

– Точно он, – повернув к себе Сидора, удивился сержант, – Кто ты на самом деле, а ну отвечай, – и он с силой потряс Сидора за грудки.

– Я землекоп, – немного запинаясь, ответил Сидор, – Из МУ 5. – Мы трубы перекладывали. А потом культурно посидели в сквере.

– Чего с ним делать, – чуть отворачиваясь от пахнущего перегаром Сидора, спросил сержант.

– Из СМУ 5, -переспросил офицер, – Сейчас Петровичу позвоню. Пусть приезжает и забирает его на поруки. – Он подтянул к себе огромный черный телефон, снял трубку и набрал номер, – Петрович, привет. Капитан Кар пуха. Слушай, тут снова твоего задержали. Ну, не трезвого же. Приезжай, забирай или мы их скоро расстреливать начнем. Жду. Бутылка с тебя, – и он, тяжело вздохнув, положил трубку. – Отведите пока его в обезьянник.

Сержант с напарником, вывели Сидора из кабинета, и впихнули в маленькую комнатку с решетчатой дверью:

– Ты чего в стакан вцепился, – попытался забрать стакан из его рук напарник.

– Это не мой. Мне его надо вернуть, – отводя руки, недовольно ответил Сидор.

– Да оставь ты его, – пробурчал сержант и они, с напарником заперев дверь на замок ушли.

Сидор внимательно оглядел комнату, слабо освещенную плафоном на потолке, закрытым решеткой. У стены стояли деревянные нары, а в углу оцинкованное ведро и лежала кипа газет.

«Странно, они везде используют газеты, – подумал Сидор, – А вот портрета лысого, здесь, почему-то нет». Он, осторожно поставив стакан на пол, и с удовольствием растянулся на нарах. «Интересно у них тут устроено, на планете Ру, – еще успел подумать он и тут же уснул.

И ему приснился сквер рядом с котлованом. Он сидел один на скамейке, держа в руке стакан, а внизу на земле стояла открытая бутылка той самой водки. «Где же мужики», – подумал он и стал вглядываться в глубину сквера, где по дорожке к нему кто-то шел, в шляпе-канопе и свободном светлом костюме. Человек подошел ближе, снял шляпу, и Сидор с некоторым испугом узнал в нем лысого с портрета. Лысый хитро посмотрел на Сидора, погрозил пальцем и произнес: «Пьешь».

– Я только с друзьями, после работы, – простонал в ответ Сидор.

– Зря, – веско ответил лысый и сел рядом на скамейку. Он порылся в кармане и достал немного увядший початок кукурузы. «Лучше бы кукурузу ел», – протянул ему лысый початок: «Попробуй».