Цитаты из книг автора «Салли Руни»

Он снова гладит ее ладонь и говорит совсем тихо: а, ну да. Я как тебя увижу, они всегда такими делаются. Она смеется, качает головой. Ты точно пьян, раз решил со мной заигрывать, говорит она. Джейми, между прочим, здесь. Коннелл вдыхает через нос, потом смотрит через плечо. Тогда я лучше пойду, чтобы мне еще разок дали в морду, говорит он. Это не так больно.

Какой-то тип набросился и потребовал кошелек, говорит он. А я зачем-то сказал ему, обойдешься, тогда он ударил меня по лицу. Сглупил, нужно было просто отдать ему деньги. Прости, что позвонил, но твой номер – единственный, который я помню наизусть.

В ответ Дениза хлопнула ладонью по столешнице. Марианна скривилась, но глаз не подняла, конверта не выпустила. Считаешь, что ты не такая, как все? – сказала Дениза. Марианна опустила веки. Нет, сказала она. Не считаю.

Невольно – поскольку эта мысль действительно показалась ей очень смешной – она расхохоталась. Алан вышел из себя, схватил ее за плечо, оттащил от раковины и, как бы не сдержавшись, плюнул в нее. А потом отпустил. На юбке явственно виднелся плевок. Ого, сказала она, мерзость какая. Алан повернулся и вышел, а Марианна продолжила мыть посуду. Ставя четвертую чашку на сушилку, она заметила, что правая рука несильно, но явственно дрожит.

Но ощущение у меня пакостное. Марианна услышала собственный голос – твердый как лед: хочется перерезать ей глотку. Коннелл поднял глаза и рассмеялся – прежде всего потому, что страшно опешил.

В сентябре он рассказал Марианне, что произошло между ним и Полой Нири, и у Марианны возникло какое-то непередаваемое чувство, ее охватила доселе неведомая ей ярость.

Пегги считает, что все мужики – мерзкие твари, не способные себя контролировать, и рассчитывать на их эмоциональную поддержку женщинам просто глупо. Марианна далеко не сразу сообразила, что, прикрываясь маской критического отношения ко всем мужчинам, Пегги всякий раз выгораживает Джейми, когда Марианна начинает его осуждать.

Когда такое происходит, мозг ее отключается и становится как комната, в которой погасили свет, и она с содроганием кончает, не испытывая при этом ощутимой радости. Потом все начинается снова. Если ей приходит в голову мысль порвать с Джейми – а она приходит довольно часто, – то прежде всего она думает не о том, что скажет он, а о том, что скажет Пегги.

Марианне даже приятно, что Джейми для нее – открытая книга.

Она у себя в квартире, с друзьями. Только что завершились экзамены на стипендию, в понедельник начинается новый семестр. Она вымоталась до предела и чувствует себя судном, заваленным на борт. Курит четвертую сигарету за вечер, в груди нарастает какое-то странное жжение, а кроме того, она не ужинала. На обед – мандарин и ломтик поджаренного хлеба без масла.