Нет смысла разглагольствовать о голоде, или отцовских кулаках, или о веревках и том, как я кричал – не столько от боли, сколько от того, что любил его и хотел, чтобы наша жизнь была другой.
Возможно, нам всем отведено определенное количество любви, которого хватает только для первой встречи – счастливо-случайное несовершенство. Дальше начинаются трудности, потому что мы сталкиваемся со своей человеческой натурой, со своим прошлым, с самими собой.