Являясь большой поклонницей Моне и импрессионизма в целом, я, к своему стыду, не прочитала ни одной книги о нем, о его творчестве. Общее представление об импрессионизме получила на уроках истории искусства в художественной школе. И все! Но тут в новинках я увидела эту книгу и поняла, что пора заполнять пробелы.
Книга подробно рассказывает историю создания серий работ посвященных водяным лилиям или как еще ее называют « Grande Décoration”. Серию включает в себя около 250 работ.
Дальше...
Изначально Моне хотел расписать овальный интерьер, но таких заказов не было, что привело его к идее создать серию работ, которые выставлялись бы полукругом, создавая непрерывное полотно.
«Он надеялся, что, несмотря ни на что, художник доведет до конца свой замысел, посвященный лилиям: «Вот бы Вы придумали для меня столовую, окруженную водой, с лилиями, плавающими на стенах, на уровне глаз». Это полностью совпадало с желанием Моне, который еще в 1909 году хотел устроить «цветочный аквариум» в каком-нибудь домашнем интерьере, создать тихий оазис.»
Удивляет, что многие полотна он написал с катарактой. Да, были попытки ее лечения, потом операция, после которой он долго восстанавливался. В общей сложности он провел в больнице больше месяца, и должен был лежать в темной повязке без подушки как можно более неподвижно. Для такого жизнелюбивого человека это было просто каторгой. Да и после операции художник стал видеть цвета иначе, ярче. Не раз пытался переписать предыдущие работы, сокрушался о своей никчемности.
Grande Décoration художник видел неделимой. Многие коллекционеры пытались купить некоторые работы из серии, но мастер отвергал все предложения. Моне хотел подарить коллекцию Франции и заключил договор с правительством, согласно которому художник передает в дар картины (начиналось все с 12 работ, но в конечном итоге было передано 22 работы), а правительство стоит для этих целей отдельное здание для экспозиции, которое будет полностью удовлетворять требования Моне. Оно должно быть обязательно овальным и иметь определенную высоту и освещенность. Переговоры шли долго и трудно. Моне, как человек очень упрямый во всем, никак не соглашался на предложения архитектора, упорно предлагающего круглое здание в целях экономии средств. Шла война, и многие недоумевали о целесообразности подобных средств. Его постоянные придирки к помещению многие историки объясняют тем, что он просто не хотел и не был готов расставаться со своим творением.
«…и как Моне отказывался до самой смерти расстаться с Grande Décoration , потому что считал, что лишь тогда сможет примириться с ее несовершенством.».
В итоге архитектор был сменен, но и новые идеи не нравились Моне. Он даже отказывался от своего договора и продал некоторые работы. Но все же, в конечном итоге для серии был выбран Оранжереи, музей Оранжери, Le Musée de l’Orangerie, куда после смерти художника были перевезены полотна. Выставка открылась в мае 1927. На открытии присутствовал его сын Мишель, Бланш – его опора, его падчерица и одновременно сноха, и его давний друг – Клемансо.
Интересные факты:
-Моне любил вкусно поесть, был гурманом и эпикурейцем
- был фанатом садоводства, то становится очевидно, лишь взглянув на его сад
- был любителем Японии, как и его близкий друг Клемансо.
«…Вдовец Кошлен занимал квартиру на острове Сен-Луи с видом на Сену, где хранились японские эстампы, арабская керамика, китайский фарфор, а также современная живопись: Делакруа, Ренуар, Ван Гог, Гоген и, разумеется, Моне, которого хозяин дома называл «таким же обожателем Японии», как и он сам.»
- не думала, что он был упрямым, а на фотографиях он выглядит как добрый дедушка-великан.
- одна из картин серии не дописана до конца.
«...что нижний правый угол «Заходящего солнца» так и остался незаписанным, если не считать нескольких завитков и закорючек, – он как бы подчеркивает, что гигантское полотно не закончено и, как и остальные композиции, дожидается очередного мазка мастера.»
- интересно, что большинство золотых периодов мастера приходились на времена после утраты близких.
« Судя по всему, смерть близких часто толкала Моне к мольберту, похоже, он верил, что лихорадочна работа над картинами способна удержать на расстоянии его собственную смерть.»
- многие считают, что глаз импрессионистов отличается от глаз обычных людей.
«В 1892 году немецкий писатель Макс Нордау опубликовал монографию под названием «Вырождение», в которой указал на французские «безумные моды в искусстве и литературе» как на признак того, что нация безнадежно дегенеративна. Стиль импрессионистов (или «маляров», как он их презрительно именовал) можно, по его словам, понять в свете исследований зрительных расстройств, возникающих при безумии и истерии, когда оптический нерв ослаблен или поврежден, а зрачок подрагивает. «Художники, которые убеждают нас в своей искренности и в том, что они воспроизводят натуру именно такой, какой видят, говорят правду, – утверждал Нордау. – Художник-дегенерат, страдающий нистагмом, или непроизвольным колебанием глазного яблока, действительно видит все природные явления дрожащими, неустойчивыми, лишенными четкого контура». Ж. К. Гюисманс воспользовался теми же исследованиями (которые проводил на истероидных пациентах невролог Жан-Мартен Шарко в лечебнице Питье-Сальпетриер в Париже) как доказательством того, что импрессионисты страдали от деградации оптического нерва и «заболевания сетчатки». С его точки зрения, Моне был ярким тому свидетельством, « человеком не в своем уме, который запускает руку в глаз по локоть».
Бесспорно, Моне - титан импрессионизма. И с его гениальностья трудно спорить!
Японский мостик. 1899
Кувшинки. 1906
Кувшинки/Nymphéas/. 1908