Мне хватило одного взгляда на лицо Яра, чтобы все понять.
По правилам стражи должны убить дезертирующего ловца, и никто, кроме Змея и Талины, не знал, что меня причислили к рядам асигнаторов. А долг никто не отменял.
Медленно, очень медленно лицо Вэла вытянулось. Взгляд потемнел. Губы сошлись в тонкую линию. А кулаки сжались, дрогнув от напряжения. Он должен был отдать приказ о казни, но…
– Нет, – выдохнул капитан стражей и запустил пальцы в волосы. – Истин все пожри, Яр! Нет!
Пять пар глаз уставились на меня, и только в одних читалось сожаление. Гребаное сожаление, которое никому не нужно.
Я вяло пошевелилась, словно полудохлая рыба, выброшенная на берег. Попыталась приподняться, но тело напомнило затвердевший кусок металла: не гнулось, не слушалось и было холодным. Раненая нога онемела, совершенно утратив чувствительность. Руки тряслись от усталости и слабости, а голова кружилась, пуская мир в безумную пляску. Я хрипло вдохнула, желая все объяснить. Только кашель ободрал горло и вытолкнул весь воздух из легких, лишив меня возможности говорить.
Даже когда спазмы прекратились, я не произнесла ни слова: не было гарантий, что стражи поверят словам ловца, покинувшего поле боя. И поискала взглядом Змея, но он исчез, а возле начала тоннеля раздался плеск.
Да чтоб его! Змей уплыл! И Талины, как назло, не видать.
– Рей, – брови Вэла сошлись на переносице, а губы сжались еще сильнее.
Они меня бросили? Когда я так уязвима?
– Вэл, – стиснул плечо капитана светловолосый мужчина, отчего тот вздрогнул и прошептал, а я прочла по его губам:
– Я не смогу.
– Знаю, – понимающе кивнул страж. – Уходи. Мы сами…
– Сами вы можете только свой зад лопухом подтереть, – появилась запыхавшаяся Талина, расталкивая стражей и устремляясь ко мне. – Тронете Рей хоть пальцем – и я вам головы поотрываю. Она теперь одна из нас.
Стражи пораженно замерли, наблюдая за тем, как напарница Змея помогает мне подняться.
– Найдите лучше врача и побыстрее, – распорядилась она, придерживая меня за плечи. – Рей серьезно ранена.
– Так точно! – встрепенулся Яр, пока остальные стражи находились в ступоре, и бросился в глубь поселения за новым медиком, которого назначили вместо Данис.
Талина осуждающе цокнула:
– Стоило на шаг отойти… – и всмотрелась мне в лицо: – Ты как?
Но вместо меня ответил Змей:
– Жить будет.
Тяжело дыша, он выбрался на берег и с громким звоном бросил мне в ноги истинский меч, а я дар речи потеряла. Змей возвращался за ним?
– Нашел у берега, – коротко рассказал Змей. – Повезло, что не унесло течением.
Ловко потянувшись, он выбрался из воды и завалился на спину. Его обнаженная грудь часто вздымалась, длинные пепельные волосы разметались по белому камню, а губы изогнула кривая улыбка.
– Больше не теряй, – встретился он со мной взглядом.
А я только и смогла, что кивнуть.
– Поставьте охрану вдоль канала, – посерьезнел Змей, отдавая приказ стражам, и провел ладонью по лицу, стирая мелкие капельки воды. – Разрушители могли заметить, как мы пробрались в поселение.
– Есть! – отдал честь Вэл и начал руководить охраной, а Талина прошипела:
– Ты почему ушел? Рей чуть не казнили!
– Но ведь не казнили.
Асигнатор сел и запахнул рубаху.
– К тому же я рассчитывал, что ты нас встретишь.
– Встретила, правда, чуть не опоздала… – на мгновение растерялась она, но тут же нашлась и ткнула в него пальцем: – Но раз это ты ее наставник, значит, спасать девчонку – твоя забота!
– Остынь, – осадил ее Змей. – Не моя вина, что идиоты… Точнее, стражи не догадались: почему же это ловец пришел вместе с асигнаторами? – произнес он мерзким голосом и пробурчал: – Будто я без них не мог прикончить Рей.
Очень воодушевляюще и по-асигнаторски. Я закатила глаза, а Змей поднялся на ноги и окинул меня долгим, пристальным взглядом.
– Лучше отведи Рей к медику. Я не для того ее спасал, чтобы она померла от потери крови.
– Я тебе не прислуга, – сквозь зубы процедила Талина, но пререкаться не стала и, вздернув меня на ноги, поволокла в сторону домов.
Жители поселения всю дорогу провожали нас испуганными взглядами, то и дело тыча пальцем в кровавый след, тянущийся за мной по дороге. Талина недовольно ворчала себе под нос. Я же оставалась бесстрастной. Откровенно говоря, мне было плевать на охи и ахи прохожих. В мыслях крепко засело только одно: скорее бы добраться до постели и забыться, пока меня будут лечить. А уже потом я надеялась встретиться с Эльмой.
– Не спи, – тряхнула меня Талина.
– Не сплю я. Не сплю…
– То-то ноги перестала переставлять, – фыркнула она. – Потерпи, мы почти пришли. Видишь?
Я оторвала взгляд от земли и увидела размытые очертания хижины-лазарета. И чем больше я в нее всматривалась, тем больше она казалась из-за потери крови неказистым чудовищем, поросшим черными пятнами, а дверной проем – входом в бездну. Тошнота мгновенно подкатила к горлу, и я зажмурилась, когда меня затаскивали внутрь.
– Клади ее на стол, – распорядился хриплый мужской голос.
Еще одна пара рук ухватила меня за ноги и помогла Талине уложить на твердую поверхность. Послышался треск рвущейся ткани, а потом резкий болезненный укол в районе бедра. Я сдавленно застонала и попыталась уползти от нарастающей боли.
– Подержи ее. Тут повязка прилипла к ране, – вновь заговорил мужчина.
Талина послушно надавила на мои плечи, стараясь не задеть еще одну рану, – я почувствовала себя так, будто на меня положили гору.
– Хм, – пророкотал мужчина. – Придется зашивать.
Зашивать? Я не ослышалась? Он действительно сказал «зашивать»?
Мое сердце пропустило удар, чтобы тут же сорваться и броситься галопом. Может, с моей стороны могло показаться малодушием, но штопанья ран я боялась больше всего. Помнила, как это больно.
– Дай ей макового молока. Оно притупит боль.
Мужчина передал Талине чашу, которую она приложила к моим губам, и я послушно сделала глоток. Медик немного выждал, прежде чем вновь попытался снять повязку с ноги, но, когда он до нее дотронулся, я все равно тихо зарычала.
– Спокойно, – произнесла нависшая надо мной Талина.
Я открыла глаза и удивленно на нее взглянула. Мне показалось, будто шея Талины удлинилась, а голова то и дело забавно покачивалась из стороны в сторону.
– Ты чего смеешься? – нахмурилась плавающая в воздухе голова.
– Ничего, – пролепетала я. – Видится всякое…
А ведь я даже не заметила, как мои губы растянулись в бессмысленной улыбке.
– У нее галлюцинации. Потом пройдут, – пояснил медик откуда-то снизу.
Или сзади… Или сбоку? Да демон его знает, где он там находился на самом деле… У моих ног!
– У моих ног, – произнесла я вслух и глупо хихикнула.
Отчего-то эта фраза показалась невероятно забавной, поэтому для закрепления хорошего настроения я ее повторила:
– Он у моих ног!
– Кто у твоих ног? – летающая голова вдруг озадачилась, а я честно ответила:
– Не знаю.
И правда. Я понятия не имела, кто сейчас занимался лечением вместо Данис. А подняться и посмотреть не позволяли сильные руки Талины, которые были… такими кривыми! И почему я раньше этого не замечала? А пальцы! Пальцы тоже смотрели в разные стороны! Как же она умудрялась ими держать молот?
Нет-нет… Стоп!
С ними точно все было в порядке. Это просто я начала сходить с ума.
Да. Точно. У меня же с головой не все в порядке. И я предупреждала Змея, что не стоит…
«Змей», – мысленно произнесла я и ощутила, как внутри все перевернулось, а счастливая улыбка на моем лице стала кривой и безумной. Как только этот негодяй посмел меня коснуться? Пусть он вернул меч, спас мне жизнь, но это не значит, что ему все дозволено! Щеки вспыхнули, и я чуть не захлебнулась от резко подпрыгнувшего возмущения, когда вспомнила прикосновение губ асигнатора.
– Гадюка! – изрекла я и замотала головой. – Уж вонючий! Червяк бесстыжий!
– Кто? Я? – удивилось зигзагообразное чудовище голосом Талины.
– Змей!
– О-о-о, – протянула она с восторгом. – Не знаю, за что ты так его, но спорить не буду.
– Да он!.. – начала я, но, к счастью, хриплый мужской голос сбил меня с мысли, и я мгновенно забыла, что хотела сказать и почему совсем недавно злилась.
– Почти зашил. Осталось немного.
– Плечо тоже повреждено, – предупредила Талина.
– Хорошо, только закончу с ногой.
Я почувствовала, как оттянулась кожа на бедре, а тупая ноющая боль превратилась в резкую и жгучую. Но она резко отступила на второй план, когда мир перед глазами окончательно исказился. С одной стороны, я была за это благодарна: мне стало легче. Но с другой… От непрестанного движения стен и качающегося стола под спиной к горлу подкатила тошнота. Я громко сглотнула и прикрыла веки, не желая больше видеть беснования собственного разума.
– Эй! – воскликнула Талина. – Она побледнела и глаза закрыла!
«Со мной все в порядке», – попыталась произнести я, но даже простонать не получилось.
Тело медленно сковывал холод, начиная с ног и поднимаясь выше к голове. Он казался тяжелым, давил на грудь и мешал дышать.
– Сколько крови она потеряла? – поинтересовался мужчина надо мной.
Его голос плавал, становясь то громче, то тише, словно кто-то закрывал мне ладонями уши. Это напрягало и мешало.
– Много, – будто издалека ответила Талина.
– Дыхание очень слабое, – засуетился лекарь. – Пульс…
Тут я уже не смогла расслышать его слов. На мгновение все звуки резко оборвались.
– …Поднимаем ноги и руки! – вдруг прозвучало резко и громко. Даже виски резануло.
Уже практически на грани забвения я почувствовала, как запястья подвязали наверх и мне под колени сунули что-то высокое. Сердце ухнуло в груди и забилось ровнее. Только слабость отказалась уходить. Постепенно мое сознание затмило сплошное черное пятно, а в пустеющий разум ворвался последний крик Талины:
– Не смей умирать, Рей! Живи!
Придя в себя, я поняла, что лежала на чем-то мягком. Открыть глаза боялась и в глубине души надеялась, что я просто заболела, а асигнаторы и нападение разрушителей – это всего лишь бред от сильной лихорадки. Казалось, что на самом деле Вайя с Эльмой ушли в патруль, а Эрма сейчас возьмет меня за руку и начнет просить Древнего короля об исцелении. Только как бы я ни надеялась услышать ее голос, в комнате стояла тишина, и за руку меня никто не брал.
Я приподняла веки и тяжело сглотнула: горло пересохло, виски простреливало от малейшего движения глаз, тело казалось тяжелым, а потолок покачивался. Я неуверенно пошевелилась, и боль не заставила себя долго ждать, только на этот раз она была не сильной, а скорее робкой, нерешительной и остаточной. Зато слабость оплетала тело, как стальными канатами.
Стоило приподняться на локтях, как перед глазами заплясали черные пятна. Полутемная комната резко крутанулась, и я тут же рухнула обратно на постель. Меня нещадно затрясло, словно в сильной горячке. Даже кулаки сжать не получалось.
– Ох… – выдохнула я, когда в висках снова стрельнуло.
– Проснулась?
Я испуганно подскочила на кровати, но меня быстро уложили обратно.
– Лежать, – тихо скомандовал Змей.
– Как же больно, – вымученно простонала я, успокаиваясь: это всего лишь Змей.
– Ничего удивительного. Тебя били, а не перышками щекотали.
И то верно… Я тихо выдохнула.
– Пить хочешь? – навис надо мной Змей.
Я снова сделала сухой глоток, представив, как приятная и прохладная влага наполняет рот, и хрипло ответила:
– Да.
– Сожалею. Воды нет.
В груди вспыхнула злость.
– Тогда зачем предложил?
– Из вежливости, – пожал плечами Змей, а его губы тронула еле заметная улыбка.
– К демону твою вежливость…
– Ладно-ладно.
Он выпрямился и отошел к большому столу у стены.
– Сейчас принесу.
Змей взял глиняный кувшин со сколотым горлышком и понюхал его содержимое:
– Ты, главное, с кровати не вставай, – хмыкнул он. – Пусть благодаря силе Древних мы исцеляемся чуть быстрее обычных людей, но ранам все равно нужен покой.
Язык прилип к небу, поэтому я лишь согласно кивнула. Помню, что-то подобное говорила Данис, будто ловцов лечить немного проще, а если Змей сказал «мы», значит, асигнаторы тоже быстро выздоравливали. Теперь понятно, почему синяк Талины так скоро побледнел.
– Зер! – окликнула я Змея, когда он подошел к двери.
Асигнатор остановился, а я смутилась, когда он посмотрел на меня пристальным взглядом цвета стали, но все-таки произнесла:
– Спасибо, что спас.
Змей усмехнулся:
– Дважды, – и ушел, оставив меня одну, где я в полной тишине повторила:
– Дважды…
И призадумалась: интересно, сколько времени я пробыла без сознания? Судя по лучу солнца, льющегося на деревянный пол из щели зашторенного окна, сейчас был день. Но какой? Первый или второй после того, как мы добрались до поселения?
А разрушители? Они все еще продолжали осаждать Черный Камень?
Наверное, да.
Пока Змей отсутствовал, у меня было достаточно времени, чтобы подумать над многими вопросами.
Почему разрушители напали именно сейчас? Наверняка они давно изучили, как ловцы патрулировали границу, а стражи защищали постовое поселение. Мы с сестрами уже как минимум неделю назад начали замечать, что одержимые стали попадаться чаще. Однако они не спешили, будто чего-то ждали. А еще – почему от нас скрывали их разумность?
Этот вопрос был самым волнующим. Ведь все ловцы и жители Сарема верили, что разрушители больше не могут мыслить. Я и сама много раз убеждала себя в их зверином естестве. На самом же деле одержимые оказались такими же, как и мы, созидатели, вот только с одной особенностью.
А их красные глаза? Что это? Кровь или какое-то наследие павшей королевы Вельнара? Все-таки она была дочерью Древнего короля и могла обладать похожей силой.
Даже среди населения Сарема давно ходили слухи, будто именно Рейнара породила Мор. Люди верили, что сила Рейнары несла тьму, а ее брата и первого правителя Сарема – свет. Поэтому разрушители погрязли в безумии, а созидатели продолжали процветать.
Но если дети Древнего короля столь могущественны и опасны, что способны уничтожить половину мира, тогда кто он сам? Все мы знали легенду о Древнем короле. С детства нам прививали к нему чувства верности, восхищения и безграничной любви за то, что он когда-то спас наши земли. Вот только каким был Древний король? О чем думал? Желал и мечтал? Никто и никогда об этом не говорил. Словно он был выгодной выдумкой, а не реальным существом.
– Так какова же история на самом деле? – промямлила я, глядя в потолок, и перевернулась набок.
Наверняка асигнаторы знали гораздо больше, чем обычные люди. И раз я согласилась к ним присоединиться, значит ли это, что я тоже получу ответы на все вопросы? В том числе и на тот, кто именно ждал моего прибытия и вынудил Змея так упорно уговаривать меня стать его ученицей. Надо будет его расспросить. А если вдруг он попытается о чем-то умолчать или увильнуть, – я знала его настоящее имя, которое он скрывал, раз даже Талина пребывала в неведении. Спасибо Тогриану, что тот проболтался и дал мне рычаг давления.
Я криво улыбнулась и тут же зажмурилась.
«Древние, Рей, – мысленно упрекнула себя и с трудом перевернулась на другой бок, чтобы видеть вход в дом. – Неужели ты опустишься до шантажа?»
Нет, конечно. Асигнатор слишком умен и хитер. Он не поддастся никаким угрозам, а только исказит правду так, что я ничего не пойму. Тем более мне совесть не позволит его шантажировать: все-таки он меня спас.
Дважды…
Я уткнулась лицом в подушку и вымученно застонала, как вдруг:
– Тебя настолько жажда замучила или раны беспокоят?
Змей вошел в хижину и поставил на стол кувшин с водой.
– Я в порядке!
– Вижу. Даже покраснела от стараний выглядеть здоровой.
– Ничего я не покраснела! – возразила я и пощупала щеку, на которой не было раны. Она была горячей.
Я фыркнула, запихивая куда подальше воспоминания о втором спасении. Ну, том самом… Где Змей под водой…
«Древние! Змей всего лишь поделился воздухом! Уймись, Рей! – мысленно зарычала я на саму себя. – С чего вообще такая реакция?»
– Краснеешь – значит, кровь восполняется, – произнес асигнатор и начал наполнять кружку из кувшина. – Хороший знак.
Я прислушалась, как зажурчала вода. Сухость во рту стала ощутимее, а желание пить – нестерпимее. И стоило Змею поднести воду к моим губам, как я тут же сделала жадный глоток, чуть не захлебнувшись.
– Тише-тише, – похлопал меня по плечу асигнатор, пока я заливалась кашлем. – Не торопись. Отбирать не собираюсь.
– Я сама… – выдавила я и потянулась за кружкой, но он ее отодвинул и насмешливо заметил:
– У тебя руки трясутся. Расплескаешь – больше не принесу. Будешь ждать, пока Талина не сжалится.
– Твое нынешнее имя тебе больше подходит, – съязвила я, утирая воду с подбородка, и добавила: – Зер.
– Старался, выбирал, – растянул он губы в ядовитой ухмылке и настолько резко пихнул мне кружку с водой, что я стукнулась зубами о глиняный обод. – А теперь помалкивай и пей.
И мне ничего не оставалось делать, кроме как пить. Асигнатор попросту не оставил выбора. Вливал в меня воду так быстро, что я не успевала ее глотать и не могла вдохнуть. Она текла по подбородку. Холодными ручейками забиралась за шиворот, пропитывая светлую льняную рубаху, которую на меня надели вместо моих лохмотьев.
– Вот умница, – отставил кружку Змей, когда я резко отвернулась и хрипло вдохнула. – Ты попила, тебе хорошо – пришло время нам поговорить.
Он придвинул к моей кровати табурет и сел, пока я старалась отдышаться. Сейчас ощущения у меня были такими, будто я снова проплыла по каналу за стены поселения. Только на этот раз Змей не пытался меня спасти, а собственноручно топил.
Я потрясла мокрой рубахой, которая мерзко прилипла к груди. А когда заметила, что она немного просвечивает, подняла повыше одеяло.
– Мы здесь уже три дня, – проигнорировал мое смущение Змей. – Недостаточно, чтобы ты восстановилась, но и оставаться слишком долго нельзя. Скоро из столицы прибудет подкрепление, и начнется новая битва. Мы должны исчезнуть к этому времени.
– Почему?! – удивилась я. – Разве мы не должны остаться и помочь стражам?
– Ты слишком слаба, а Талина без оружия.
– Она может взять что-нибудь другое вместо молота.
– Тогда наша Мышка не сможет драться в полную силу и станет обузой, – терпеливо разъяснил Змей.
– Но…
– Не обсуждается – мы уйдем при первой же возможности. Защищать поселение – работа стражей, а не наша. К тому же… – дернулось его лицо. – Я должен о тебе позаботиться.
– Как это мило, – едко произнесла я. – Ты один стоишь по силе сотни стражей и собираешься тактично свалить, прикрываясь мной?
– Я собираюсь спасти тебя, – ни капли не обиделся асигнатор. – В третий раз, между прочим.
– Тогда спаси заодно мою сестру и еще парочку сотен людей!
– Увы и ах! – всплеснул он руками. – Моя благодать распространяется исключительно на тебя. Потому что отныне, Рей, ты моя единственная и неповторимая ученица.
Он произнес это так, будто сам не набивался мне в учителя, уговаривая присоединиться к асигнаторам. Придвинувшись ко мне ближе, Змей зловеще продолжил:
– Тог тебе не рассказывал, почему это так? Почему я никогда не заводил себе учеников? – ощупал он меня взглядом, отчего я плотнее прижала к себе одеяло.
– Н-нет…
– А хочешь узнать причину? – придвинулся он еще ближе.
– Хочу.
На мгновение в комнате повисла тишина, а потом Змей изрек:
– Потому что я не был идиотом.
– Эм…
Я ожидала любой ответ, кроме этого.
– Правильно ли я поняла, что сейчас ты идиот?
– Буду им, если позволю тебе погибнуть в этой дыре, – вполне серьезно ответил асигнатор. – Поверь мне, Рей. К новой битве ты не готова.
– А бежать готова? За день или два мои раны не заживут.
– Нет, конечно. Но сбежать проще, чем сражаться. И в этом нет ничего постыдного. Особенно если бежишь, чтобы стать сильнее.
– Я не могу так просто оставить жителей Черного Камня. Они могут погибнуть!
О проекте
О подписке
Другие проекты