- Дальше долги поставщикам, «Снежуголь», например, - это уже тысяч за триста, а то и больше. Так сказать, фактор риска, товарищ Кумасов… Тут, и мы можем оказаться бессильны… Однако, как знать? Можем договориться, и с этим справиться совместными усилиями…

- Звучит туманно. Ну, что ж, - он снял очки, платком вытер лоб и нажал на кнопку, дверь приоткрылась:

- Дашенька, принеси нам чайку пожалуйста… И нарезку…

- Хорошо, Антон Михайлович, - отозвалась заглянувшая секретарша.

- Ну что Вы, Антон Михайлович? Мы всего на пару минут… - возразил было Крылов.

- Нет уж, товарищи, прошу, сидите… - подобрев, директор грузно приподнялся и направился к шкафу, звякнул посудой, принёс рюмки, откупорил тёмную бутылку:

- Настоящий семилетний. Друзья привезли из Еревана…

Вошла Дарья с серебристым разносом. На столе очутились две большие тарелки: порезанная красиво ветчина, чёрный хлеб овальными кусочками сложен ступеньками, на блюдце – лимон ровными ломтиками. Белый фарфоровый чайник, горячий, и три небольших из того же сервиза чашечки.

- Спасибо Дашенька, – прошамкал директор, глядя ей вслед.

Крылов наблюдал за Самойловым, у того снова порозовели скулы.

- Давно она у Вас работает? – поинтересовался администратор.

Директор взял рюмку, сидя вполоборота к Крылову. Пахнуло вспотевшей сорочкой и немного одеколоном «Шипр».

- С полгодика.

- После института?

- Да какого? Окончила педучилище в районе, училась правду сказать хорошо. Но не пошла дальше. А, я отца знаю, вместе росли…

- Разве нет школы в посёлке?

- Есть восьмилетка, ставки отсутствуют... Мало детей. Народ разъезжается.

- Ясно. Вы уж Дарью Сергеевну не обижайте, мы ведь сами ворвались…

- Да, ладно. Ну? Ваше здоровье, товарищи…

- Спасибо…! Ваше здоровье…

Чокнулись. Прекрасный коньяк был крепок, душист, а ветчина из оленины – свежая.

Крылов выждал чуток, пока захорошеет:

- Так вот, Антон Михайлович, нарушения техники безопасности… Это тоже в расчёт не берём, в общем то не криминал…

- Да с этим разобрались, ещё в том году, у Вас старая информация, - жуя отвечал Кумасов.

- У Вас кража была… – зачем-то влез Самойлов, видимо подействовал коньяк.

Директор глянул на лейтенанта затем на Крылова:

- Ну, была…

- И? – наступал опер.

- Что?

- Где двигатель?

- Не знаю… Так и не нашли. Хм… - пожал плечами Кумасов.

- Это ясно… - прервал Крылов, - Но мы тут по другому поводу… – взглядом дал понять сосунку: «Молчи, сиди…!».

Директор успокоился, потянулся к бутылке и вновь осторожно наполнил рюмки.

- И что Вы хотите? – спросил он, опершись на спинку.

- Так вот… О чём я? Ах да… Что касается долгов «Снежуглю». К сожалению, не могу Вас порадовать, пристав готов хоть сейчас наведаться и описать всю технику, какая есть, на все триста тысяч, а то и на большую сумму…

Повисла пауза… Кумасов потянул воздух, выдохнул с изумлением:

- Как всю технику…? Полностью?!

- Такое уже бывало. Арестуют машины, часть перегонят, остальное заберут весной. Что-то уйдёт на запчасти... Долги висят больше года, к сожалению, это факт…

- И что же делать? - произнёс директор, с пониманием, что на него давят, с пока неизвестной ему целью.

- Это ещё полбеды, обязательно штраф выпишут. Но и это бы ладно. Под уголовку можно загреметь, вот в чём мерзость вопроса…

У Кумасова заблестел морщинистый лоб, он почесал сплюснутый нос, и вдруг неприятно осознал, будучи наслышен, что «движенцами» такие фокусы действительно исполняются на раз-два.

- Да Вы не бойтесь, Антон Михайлович… Я же сказал, что есть окно возможностей…

- Какое?

- Так вот… Кстати, можно чаю, пожалуйста?

- Конечно… - директор потянулся к столу, и аккуратно наполнил чашку.

- Спасибо.

- Я Вас слушаю.

- Мне нужна солярка. Много…

В тишине скрипнул стул. Под директором. Всё что угодно, деньги, уголь в любом количестве, но, похоже, этого он не ожидал. Кумасов потянулся к армянскому. Обстановка с дизельным топливом в последнее время, как и с бензином, стала хуже некуда, на местах, зачастую - тяжёлая. Дефицит его словно зараза распространялся по стране с невиданным размахом. Огромные очереди на АЗС стали привычными. Неразбериха со снабжением, срывы сроков и поставок - повсеместно…

«Да, солярка, что поделаешь?» – настойчиво мыслил Крылов.

Мало кто догадывался, но запасы её на «Полярной звезде» истощались с приличной скоростью. То, что было выдано Оренбургом давно сгорело, а то, что залито в Снежнореченске стремительно превращалось чёрный дым, валивший ежесекундно в атмосферу. Доставок по воздуху не обещалось, ответом на просьбы и требования было молчание, либо невнятный лепет мол «Да, проблему знаем, и возможно скоро…». Пока имелся свой вертолёт, подтаскивали по пять тонн и бед не знали. Но в начале зимы случилась катастрофа - машина была потеряна вместе с пилотом и штурманом – предположительно вертушка рухнула в реку, пакостная погода застала мужиков на обратном пути с авиабазы, откуда тащили «бочку». Их так и не нашли. Интересно вообще искали? Крылов понимал, что через несколько суток, выберутся они отсюда или нет, есть шанс оказаться примерно в той же ситуации, что Слепухин с «Северной далью». Думалось: «Вспомнить бы, позвонить, как они там, тогда ему не соврал, действительно горючее обещали, но только на словах, а от правды всё равно толку никакого…». Самое паскудное – это всё его ответственность, да престарелого больного капитана, которого последние пару недель волновали только собственные ноги, постепенно отказывающиеся ходить.

Соответственно, вполне логично, что капитанский мостик скоро окажется прежним хозяином не востребованным. Стало быть, дорога туда только Крылову. Упускать такой шанс было бы глупо. Всё-таки карьера, как ни крути, не на последнем месте. А значит перебоев случиться не должно. Недопустимо. Как часы должна работать «Полярка»: доставлять, греть и кормить людей ответственных и неравнодушных к своему призванию. С соляркой куда ни плюнь проблема, даже если денег девать некуда. Звонить в управление Программы бесполезно, никто её не доставит и дорожку на заправку не вычертит. Давно намекнули – крутись как хочешь, дорогой товарищ. Жаловаться силовикам – куча подводных камушков. Среди них есть стукачи, и особист не дремлет. Раздражает безразличие и их вера в незыблемость системы. Тридцать процентов, присутствующих на борту понятия не имеют как станция работает и за счёт чего движется. Некоторые всерьёз считали, что внутри модуля расположен атомный реактор и опасались радиации. Представители закона предпочитали не касаться материально-хозяйственной части, прикрываясь лозунгами о независимости правосудия от воздействия чего бы то ни было. То есть, получается и замёрзнуть готовы к чертям...

Аплодисменты, конечно. Но в эту чушь Крылов не верил. Точнее верил «на словах». Обращался, и не однажды, выходило по-разному, часто себе дороже, в последний такой визит едва разубедил, что вообще не это имел в виду… Общение с начальниками наедине находило понимание, но не более того, все надеялись на самого Крылова, между строк намекая ему на тайную протекцию. Вот он и ринулся в очередную попавшуюся нору, под названием «Теплоцентраль», рассчитывая на последующую солидарность… Отнимать имущество в наглую никто не собирался, речь не об этом. Заложат обязательно. Службы поместили как пауков в банку не просто так, людей подбирали разнонаправленных, психологически протестированных, многие коллеги ранее работали бок о бок «на земле» и очень «любили» друг друга. Досье каждого изучалось. Так, чтобы и намека не возникало на соблазн заниматься схемами, хищениями, вымогательствами или самоуправством. Однако, жизнь как всегда упорно диктовала свои условия…

- И сколько надо?

- Максимально возможное количество. Но не меньше ста.

- Ста тонн?! – маслянистые глаза Кумасова округлились, - Хах…

- Да.

- Хым…

- Найдите…

- Скажите ещё и бесплатно?

- Желательно. К примеру, в дар Программе...

«Где я тебе денег возьму, хомяк? Ни собрать, ни перевести, да и любая оплата идёт через банковские счета Программы… Ближайший банк? Какая-то тысяча километров…

- И мне за это…?

- А Вам за это ничего не будет. Пристава я беру на себя. Выиграете приличное время. Очень даже приличное, несколько месяцев. А там и... Пока «Снежуголь» раскачается, много воды утечёт, если вообще что-то предпримет… К тому времени Вы, я уверен, рассчитаетесь с долгами.

- Это вряд ли.

- Вопрос несколько другой.

- Надо подумать.

- Думайте быстрее. Пристав ждать не будет.

- А Вы здесь надолго?

- Не знаю, - он конечно врал, - Бывает пару дней, бывает на неделю можем застрять, зависит от количества населения и числа происшествий, - Крылов усмехнулся, - Заявлений немало. Пока мы коньяком угощаемся, кстати отличным, наряды вовсю шерстят местных. Но я Вам этого не говорил.

- Разумеется. Я понимаю.

- Поэтому, товарищ Кумасов… Думайте, решайте.

- Хм… Даже не знаю. Где я Вам сто тонн возьму, и в сжатые сроки…

- Пару дней – это максимум, что я могу для Вас сделать. Вот номер телефона, - он протянул директору свёрнутую бумажку, - Как будете готовы, звоните, я отвечу, если меня не будет на месте, мне передадут сообщение, и я перезвоню.

- Это несколько цистерн? Пять, наверное?

- Четыре, техника у меня есть. Подъедет куда угодно. И по тундре. Желательно не далеко конечно…

- На несколько километров зайдёт? По зимнику?

- «Камаз» - вездеход, заводские доработки, спец. резина. Думаю, трудностей не возникнет. Даже по снегу. Помотаться придётся, но, что поделать…

- Ладно. Буду думать, прикину... Только Вы там, товарищ, как Вас?

- Крылов. Аркадий Иванович.

- Товарищ Крылов разберитесь, чтобы никаких на меня нападок! Вообще никаких!

- Даю слово офицера…

Когда вышли, Самойлов заскал на лестничной площадке около кактусов:

- Это ведь он двигатель от «ЗИЛа» стащил! Товарищ Крылов!

- Тише лейтенант… Слушай, - тормознул его администратор, - Зачем тебе? Забудь про этот металлолом, никому он на хрен не сдался…

- Как это забудь?

- Мы без этого щекастого отсюда не выберемся, понял? Ты домой хочешь? К маме? Или сгинуть в голой тундре планируешь? А?

- Хочу… В смысле домой.

- Вот и слушай сюда… Этот факт погоды не сделает, Давыдов и без того всех на уши поставил, тут им порядка на пятилетку хватит. Так что не глупи, Женёк... Успеешь ещё звёзд на погоны словить.

- Понял, Аркадий Иванович…

Они не спеша спускались к первому этажу.

- А я смотрю тебе девка приглянулась? Пока одевались не оттащить было, я уж хотел за воротник тебя одёрнуть…

Евгений порозовел, усмехнулся:

- Ну… Да. Симпатичная.

- Телефон её взял?

- Да, как-то…

- Вот, балда. Перехватят наши же… Беги. Я в цехе, покурю…

- Да, я быстро… Сейчас…! - Самойлов рванул обратно вверх по лестнице…

В одиннадцать ноль-ноль на «Полярной звезде» стартовало селекторное совещание. Каждый ответственный товарищ находился либо на рабочем месте в своём кабинете, либо, те кто болен или отсыпался после дежурства подключались из спальных боксов. Председатель суда по совместительству исполнял обязанности руководителя Программы на станции, поэтому именно он вёл подобные конференции:

- Что ж товарищи, всем доброго утра… Хорошо меня слышно…? Ну, коли, нет покряхтываний, жалоб и прочего, значит нормально... Так вот, хотелось бы начать с нелицеприятного… Аркадий Иваныч, уважаемый, Вы здесь? К Вам имеется вопрос, - в голосе шефа слышался отзвук лёгкого металла.

- Да, слушаю Анатолий Петрович! - бодро отозвался Крылов из рубки, сидя в кресле капитана со стаканчиком кофе в наушниках и с микрофоном.

- Что же это у нас? Танцы, музыка с самого утра… Я конечно мог ошибиться, но, по-моему, видел из окна алкогольные напитки… Насколько это соответствует специфике проекта, хотелось бы узнать? - тут он выдержал паузу… - Неужто наши дамы так шумно праздновали прибытие в славный посёлок Увентурли?

- Никак нет, товарищ председатель… - начал будто бы оправдываться Крылов, оглядывая сверху посёлок, - Устали безвылазно в пути. Да что там, сами знаете… Шли медленно, в пургу, встать не имелось возможности, вот и вышли… Размяться…

- Размяться значит? Сегодня же представьте мне список лиц, кто понесёт персональную ответственность. Всё понятно…?

- Так точно. Однако, позвольте товарищ председатель…

- Что ещё?

- Всё-таки праздник…

- Какой…? – имеющий необычайную склонность к театральным представлениям Копытин, был в своём репертуаре… Теперь он вовлёк в очередное действо и Крылова. Многие коллеги, слушая, уже понимали, что к чему и ждали скорейшей развязки…

- Ну как же, Анатолий Петрович? Восьмое марта на дворе, женский день…

- Что ты говори-ишь…? Хэ-эх… Ошибочка… Кхе, кхэ, – строгий тон вдруг растворился в нежности, - Товарищи женщины, девушки, дорогие коллеги…! Пользуясь случаем спешу всех Вас от имени Программы и от себя лично поздравить с прекрасным весенним праздником! Пусть счастье наполняет ваши сердца, и во всём сопутствует удача…! Здоровья, успехов и благополучия…! Спасибо, что Вы есть…! Ну, что же, я надеюсь все поняли, что это был розыгрыш…? Хэх… То-то я наблюдал и думал, а может тоже выйти, размяться…? А…? Хэх-х…!

В селекторе прокатился «дружный» смех.

- Так вышли бы…! – поддержал Крылов.

- Да-а, а жена…? Потом порадует сковородой! ... Хотя, пожалуй, да после селектора пройдусь... Ладно, впрочем… Спасибо всем... Товарищи, от шуток и поздравлений переходим непосредственно к главным вопросам... Слово начальнику милиции и группы быстрого реагирования подполковнику милиции Давыдову. Товарищ Давыдов… Порадуйте, если есть чем? Какие результаты у подразделения на данную минуту?