Кнопку включения света в салоне искали долго. Никто раньше не сталкивался с управлением автобусами. Тыкали пальцами наугад, пару раз отключив какие-то датчики и вынудив машину материться на немецком языке, но в итоге нашли. Антон предложил убавить обогрев. Затем он же озвучил и другую дельную мысль: прежде чем вызывать «скорую» и спасателей, нужно определить местоположение автобуса. Снова долго искали нужную кнопку – на этот раз открывания двери.
Водитель оставался безучастным. Наталья с трудом переборола желание прикрыть ему глаза.
Все четверо вышли на воздух, протиснувшись в узкий проем двери, прижатой снежным сугробом. Вокруг возвышался реликтовый сосновый лес.
– Холодновато стало, – поежилась Наташа, запахивая тонкую куртку.
– Это просто на контрасте, – ответил Стас. – Так, ну чего тут?
Отошли к корме, огляделись.
– Вот вам и причина, ребята, – сказал Антон. Метрах в тридцати от машины прямо поперек дороги лежало толстое дерево с мохнатыми ветками.
– А вот и следствие, – отозвался Сергей, пнув ногой по заднему колесу. Оно было спущено. – Кстати, с передним то же самое.
Стасик беззвучно выругался, Антон полез в карман за сигаретами.
– Кто-нибудь узнает местность?
– Я точно здесь не была.
Они стояли на узкой дороге, которой, по ощущениям, редко пользовались. При этом, как ни странно, она была тщательно очищена от снега – по краям высились снежные терриконы. В один из них и уткнулся краем носа «Мерседес».
– Метель только в городе? – удивился Стасик. – Тут небо совсем чистое. Луна вон какая…
– Я часто езжу по нашему маршруту, – сказал Антон, прикуривая. – Но сейчас мне кажется, что мы где-то свернули.
– А вы не из полиции случайно? – как бы между прочим поинтересовалась Наталья.
– Почему вы так решили?
– Глаз у меня наметанный, профессиональный.
Антон шмыгнул носом.
– Почти угадали. Боец невидимого фронта.
– Извините за любопытство.
– Ерунда. Охранно-детективное агентство «Данилов» знаете? В свою честь назвал.
– Да ладно! Вы же у нас рекламу покупаете! Я главред «Радара», Ростовцева Наталья… Надо же, давно сотрудничаем, а встретились впервые, да еще и в таких обстоятельствах. Вы, похоже, с дочерью здесь? Уж не Томка ли? *
– Она. В гости едем. Вон в окне маячит. – Он махнул рукой девочке, прилипшей носом к стеклу. – Тамар, посиди пока, не выходи!
Наташа с улыбкой поприветствовала подростка растопыренной ладонью.
– Я читала ваши рассказы в интернете. Они веселые. Угостите зажигалкой, Антон.
Круглов и Гисыч не проявили интереса к этому странному диалогу. Они изучали упавшее на дорогу бревно. Сергей толкнул его ногой. Тяжелое.
– Как зубами вырвали, – кивнул Стасик в сторону обочины, где в снегу чернел обгрызенный сосновый пенек.
– Да, чудеса. Сейчас из леса людоеды на ужин выскочат. Надо бы оттащить эту дуру к обочине…
Лес потрескивал кронами высоченных деревьев, откуда-то издалека едва различимым фоном доносился шум цивилизации. Если автобус и свернул с привычного маршрута, то удалился от него на довольно приличное расстояние.
– Я не местный и без понятия, где мы, – сказал Круглов.
– Похоже, никто тут не проедет в ближайшие двести лет, – добавила Наталья. – Навигатор нужен.
Антон вытащил телефон, разбудил экран.
– Дохляк. Проверьте свои.
Все остальные тоже полезли в смартфоны.
– У меня оператор пропал, – доложил Стасик.
– Ясно. – Сергей Круглов сунул свой гаджет в куртку. – Если учесть, что операторы у нас разные, то становится еще веселее.
– У водилы есть ГЛОНАСС. Пойду гляну.
Стасик направился обратно к автобусу, но по дороге его чуть не сшибла всклокоченная тетушка в шубе.
– Э, мадам, аккуратнее!
Она его даже не заметила.
– Что происходит, мужчины? Ни у кого в автобусе телефон не работает! Вообще ни у кого! Мы где?! Мы потерялись? Меня ждут! Что будем делать?!
Круглов и Данилов молча переглянулись. Стоявшая между ними Наташа озвучила мысль, которая наверняка крутилась у мужчин в голове:
– Парни, предлагаю по рюмашке. Глядишь, идеи толковые придут. Стасик, захвати сумку!
Народная примета гласит: если у тебя под рукой есть бутылка хорошего коньяка (впрочем, обычная бюджетная водка тоже подойдет), то рано или поздно найдется причина ее вскрыть. Кому-то, конечно, удается спокойно держать дома целый бар, время от времени наслаждаясь тонким букетом пятилетнего армянского или изысканной терпкостью «Джека Дэниэлса», но большинство из пьющих людей, проходя мимо волшебного сосуда, зададут себе вопрос: «А какого черта он стоит просто так?!» И уж тем более у хорошего коньяка нет шансов уцелеть, если вы тридцать первого декабря застряли вместе с рейсовым автобусом посреди глухого леса и в голове нет ни одной здравой идеи насчет спасения.
В сумке Стасика помимо выпивки оказались: три упаковки отменной мясной нарезки, литровая банка домашних соленых огурцов, два нарезанных батона, дубинка копченой колбасы, контейнер с маринованным мясом для шашлыка и мешок вкусовых добавок – кетчуп, майонез, какая-то острая присыпка для курицы и еще что-то. Со всем этим богатством четверка активистов уединилась по другую сторону автобуса, почти у кабины – так, чтобы не попадать под струю выхлопного газа и не маячить перед тетушкой в шубе и остальными пассажирами, высыпавшими на свежий воздух.
– Считайте, что они уже выбрали себе вожаков, – предположил Антон. – Сейчас всё на нас повесят.
– Логично, – согласился Стасик, – но мы сами вылезли вперед.
– Вот поэтому и надо хлопнуть для начала.
Хлопнули первую. В качестве закуски в расход пошла мясная нарезка с батоном. Стасик пытался озябшими руками открыть банку с солениями, но его уговорили оставить ее на потом. Когда наступит это «потом» и каким оно будет, никто, разумеется, не знал. Девственно чистое небо, позволившее луне освещать лесную глухомань, наводило на мысль, что к ночи может случиться крепкий мороз.
Но пока было терпимо. Да и коньяк подогрел.
– Выпить на природе – это, конечно, хорошо, – сказал Стасик, – но чего делать-то будем?
Сергей, жуя бутерброд, посмотрел попеременно в один конец лесного коридора и в другой. Узкая и извилистая двухполосная дорога, казалось, вела из ниоткуда в никуда.
– Пешком? – предположил Гисыч. – Я в детстве, помню, с отцом заблудился в лесу недалеко от Кыштыма. Вышли на трассу, а в какую сторону топать – непонятно. Определились по солнцу, доковыляли до автовокзала.
– Мы тоже наверняка куда-нибудь выйдем, – сказал Сергей. – Может, даже к людям. Но мы не знаем, сколько придется идти. Холодно.
– У меня ребенок, – добавил Антон.
– И у всех тяжелые сумки, – добавила Наталья, внимательно глядя на Сергея.
Тот перехватил ее взгляд.
Несмотря на обстоятельства, Ростовцева оставалась журналисткой и помнила, что рядом с ней находится человек, которого страна давно похоронила. Стоит тут живой и здоровый, коньяк жрет. И еще она видела, что он понимает причину ее интереса. Однако время разговора еще не пришло, оба ждали подходящего момента.
– Давайте еще по одной, – предложила Наташа, – пока народ не сбежался.
Стасик разлил остатки коньяка.
– Ну, за знакомство, что ли, – сказал Антон.
Пластиковые стаканчики беззвучно сомкнулись…
…и все четверо, стоящие посреди дороги возле рокочущего автобуса, ощутили себя одной компанией. Стало ли причиной совместное распитие, или их объединили активные действия сразу после аварии – не суть важно. Иногда достаточно нескольких минут, чтобы почувствовать друг друга.
Из-за угла появилась тетушка в шубе.
– Мужчины!
Стасик шумно выдохнул.
– Не откажите в просьбе, мужчины! Полчаса уже терплю! Покиньте, так сказать…
– Ладно, парни, пойдем, – сказал Антон, – меня дочь потеряет.
– Парни? – хмыкнула Наташа. – Можно подумать, я хочу остаться и наблюдать.
– Поменьше веселья, ребята, – мрачно изрек Сергей, закуривая. – Не забывайте, у нас в машине труп.
О проекте
О подписке
Другие проекты