Написанный в 1967, кроха-роман "Принцесса Ангина" стал одним из манифестов "бунтующего поколения" 68-го, хотя ничего политического в абсурдистской сказочке нет. А что есть? Немыслимое обаяние. сюр, сочетание несочетаемого, как если бы кто смешал в одном флаконе "Лолиту" и "Над пропастью во ржи", кэрроловскую Алису с Пиноккио. Кумир Гильермо дель Торо, в чьих фильмах отразилась его мрачновато абсурдистская эстетика, а в женских героинях угадывается сочетание ранимости с цинизмом, инфантилизма с не по годам взрослостью принцессы Ангины.
Ролан Топор, сын польских евреев, рожденный в 1938 и до десяти, включая годы оккупации, живший в Париже, переплавлял в творчество фоновый страх детства, повседневную опасность хождения по лезвию с риском сорваться. Зыбкий мир, где твердая поверхность в любую секунду может оказаться зыбучим песком - оттуда,как и название движа, который создал с Фернандо Аррамбалем и Алехандро Ходоровски, "Паника". Культовая фигура французских артистических кругов ХХ века: писатель, поэт, актер, художник, сценарист, режиссер, создатель телешоу, мультипликатор - везде отметился и всюду имел успех.
Сюжет: Джонатан, высокий молодой блондин с чувственным ртом, не осознающий своей привлекательности и оттого больше притягательный; без определенных занятий и места жительства, то и другое наверняка временно и семейные связи обеспечивают надежный тыл для перехода в надлежащий срок из хиппи в яппи. Путешествует автостопом и совсем не ожидает, что его собьет ярко-красный фургон в форме слона с рекламой консервированного тунца на боку. Впрочем, особых повреждений он не получил, болит и распухла лишь сильно ударенная при падении лодыжка, и естественно в таких обстоятельствах воспользоваться виновниками для продолжения пути.
Герой присоединяется к пассажирам: рыжей нимфетке, которая выглядит как маленькая беспризорница (одежда хорошая, но грязная, мятая, истрепанная) и называет себя принцессой Ангиной со спутником, коренастым пожилым пьянчугой, представившимся ее канцлером маркизом Витамином. В фургоне, помимо двух постелей, на одну из которых укладывают раненного, куча хлама: от зеркального шкафа под парчовой накидкой до множества рекламных продуктов всех сортов ("Миф- Свежесть белья - заслуга моя", "Сникерс - съел и порядок", "Спрайт - не дай себе засохнуть", "Чистота - чисто Тайд").
Канцлер называет все это казной и приданным принцессы, и отсвет эльфийского гламура, словно бы, впрямь исходит от помеси склада с блошиным рынком, составляющих содержимое "слона". Девочка тотчас принимается терзать Джонатана разной степени абсурдизма тестами, с серьезностью Мальвины, экзаменующей Буратино, хотя по возрасту годится ему в племянницы, в крайнем случае - младшие сестры. Хозяева, похоже, со всей серьезностью относятся к дикой истории о бегстве венценосной сироты из некоего королевства, где власть захватили заговорщики. Кто они: аферисты, сумасшедшие или впрямь пришельцы из иной реальности, шекспировские Титания с Паком - предстоит разобраться герою и читателю.
Боюсь. не получится. Но это так круто, исполнено упоительной непростоты, безнадежно неформатно и не похоже на засорившие книжное пространство сеансы черной магии с разоблачением, что если вы цените настоящее - не пропустите. Перевод виртуозен, аудиоверсия дивно хороша.
