Цитаты из книг автора «Робин Слоун»

главнейший вопрос? Кэт, совсем без голоса: – Как жить вечно?

Но я не оставлял попыток найти работу. Запросы мои таяли на глазах. Сначала я был уверен, что буду работать только в компании, миссию которой разделяю. Потом подумал, что неплохо было бы хотя бы иметь возможность узнать что-то новое. После этого решил, что лишь бы не какая-нибудь гадость

просто бактерии. Они не могут думать или строить планы. Они просто… существуют. – Просто существуют? Да они делают то, о чем мы можем только мечтать. Они плодовитые и могущественные, они могут общаться между собой при помощи света, они могут объединяться в группы – да еще какие! Миллионы бактерий работают идеально слаженно. Если бы мы умели так сотрудничать, да если бы мы хотя бы подобрались поближе, мы бы решили все наши проблемы. Они могут жить на дне океана, в жерле вулкана. Они могут жить вечно.

– Это лимон Мейера, – сказал Гораций. – Назван в честь Фрэнка Николаса Мейера, голландца, который был агентом США. До Первой мировой он работал в Департаменте сельского хозяйства США. Когда Джайна Митра рассказывала о своих исследованиях, я вспомнил о нем. Он и его коллеги играли по-крупному. Они ездили по миру и собирали образцы, которые, с их точки зрения, могли послужить для подъема американской экономики. Мейер работал в Китае, он завез в Америку сою. И хурму! Вся хурма, которая растет сейчас в Америке, происходит от той. Ну и, собственно, эти лимоны, названные в его честь. Он умер в Китае, его столкнули с корабля, и он утонул в Янцзы.

В Сан-Франциско развитие предприятий, связанных с едой, идет по определенной траектории. Твой маленький бизнес – допустим, он называется «Гринлайт Кофе» – начинается с потрепанной тележки в самом дальнем углу какого-нибудь непопулярного фермерского рынка. Например, в Колме: это рынок мертвых. Через год или два, когда ты продемонстрируешь свою преданность делу, тебя приглашают на рынок в Ферри-билдинг. Вот он, твой шанс! Нужный человек замечает тебя (нужный человек, само собой, тут как тут, ходит и осматривает лотки) – и это трамплин: тебе выделяют отдельную лавку в стремительно моднеющем районе. Если дела в лавке идут хорошо – если заведение способствует великому делу джентрификации, если оно засвечивается в изданиях, посвященных еде или лайфстайлу, в идеале, в «Нью-Йорк Таймс» (местные газеты тебе тут не помогут), – тогда тебе разрешают открыть точку побольше с дизайном поярче в каком-нибудь Супер-Проходном Месте. Через несколько лет ты можешь открыть еще несколько точек, в том числе застолбить за собой постоянное место на Ферри-билдинг, и твое кафе будет купаться здесь в лучах полуденного солнца. Ты станешь местным любимцем, минисетью. А потом возьмешь и продашь свой бизнес «Старбаксу» за девятнадцать миллионов

Печь была готова, и я отступила, чтобы полюбоваться ею. Она выглядела как куча мусора. Это был успех

– Я не ем хлеба, – напомнил он. Это прозвучало как заклинание против злых сил.

Величайшие из нас – те, кто может назвать другом совершенно незнакомого человека, причем так, чтобы это прозвучало не как пустой звук, а тепло и искренне. Так, чтобы ты им поверила.

Я нашел старое знание, то самое СЗ, которого мы доискивались, но Кэт не нравится его смысл. Кэт Потенте будет искать дальше.

«Гурманский грот» – это фудкорт, вероятно, лучший в мире: салаты из местного шпината, тако со свиной грудинкой и суши без ртути.