Цитаты из книг автора «Робин Хобб»

В самом деле, как жить, если сбился с курса и потерял цель, если сам не знаешь – ради чего?

Я так устал, так устал… Устал обижать людей, которых любил.

окоил свой дух, в полном соответствии со жреческой наукой очистив его от обиды и гнева. Не то чтобы эти чувства рассматривались как недостойные; просто испытывать их по отношению к Торку было пустой тратой сил. Уинтроу старательно убирал из своего внутреннего состояния все, что относилось к эпизоду

понять, что, будучи жрецами, мы не смеем судить, ибо не обладаем совершенным милосердием и совершенной справедливостью. Быть может, нам следует лишь утешать и прощать…

– Мальчик мой, – ласково упрекнул он послушника, – не допускай беспокойства в душу свою. Беспокоясь о чем-то, ты заимствуешь из будущего печали, которые, может статься, наяву еще тебя обойдут, и тем самым пренебрегаешь настоящим, которым следует наслаждаться. Тот, кто попусту страдает о завтрашнем дне, теряет день сегодняшний, да и будущее свое отравляет, загодя ожидая скверного. – Голос Бирандола сделался строже. – Ты, мальчик мой, слишком часто позволяешь себе тревожиться и переживать о том, что еще не случилось. Ес

Простое доверие Верити неожиданно стало для меня более значимым, чем все это, вместе взятое. Любовь, которую я всегда испытывал к нему, неожиданно стала совершенно безоглядной.

Фитц Чивэл Видящий! Я остановился, застыв от этих слов, потом медленно повернулся. – Это твое имя, мальчик. Я собственноручно записал его в военном регистрационном журнале в тот день, когда тебя привели ко мне. Еще одна вещь, о которой, как я думал, ты знаешь. Прекрати думать о себе как о бастарде, Фитц Чивэл Видящий. И будь любезен повидать сегодня Шрюда.

– Если бы несбыточные мечты были конями, нищие бы разъезжали верхом

Востронос был мертв. Я верю, что он по собственной воле отдал жизнь в память о тех счастливых днях, когда оба мы были щенками. Люди не могут тосковать так сильно, как собаки. Но мы тоскуем много лет.

– А если сейчас я попрошу тебя продолжить? Пойти наверх, на башню, и попытаться еще раз? – Почему ты больше не отговариваешь меня? – Потому что то, что я пытался предотвратить, теперь позади. И ты выдержал. Так что теперь я пытаюсь… – он оборвал себя. – Как ты сказал, зачем вообще говорить, если не можешь говорить прямо? – Прости, если я так сказал. С друзьями так не говорят. Я не помню этого. Шут слабо улыбнулся. – Если ты этого не помнишь, то я тем более не должен. – Он взял мои руки в свои. Его прикосновение было странно холодным. Дрожь охватила меня. – Ты будешь продолжать, если я попрошу тебя? Как друг?