Цитаты из книг автора «Роберт Кийосаки»

заемщики, «плохие» объекты недвижимости и даже не чрезмерно рискованные субстандартные кредиты. Главной проблемой стали деривативы, известные как кредитные дефолтные свопы и обеспеченные долговые обязательства (ОДО). Уоррен Баффет по этому поводу сказал: Деривативы несут в себе опасность, которая пока остается латентной, но потенциально является смертельной. Когда взорвалась бомба субстандартного кредитования, уровень опасности деривативов подскочил с латентного до смертельного. Деривативы стали для финансовых рынков невидимой «черной смертью». В результате этой эпидемии рухнули такие банковские гиганты, как Lehman Brothers и Bear Sterns, а миллионы людей лишились работы, своих домов и будущего. В:-Так что же это такое — деривативы? О:-Выражаясь самым простым языком, деривативы — это страховые полисы, подобные полисам на дом или машину. Когда субстандартные заемщики прекратили выплачивать ипотеку на дома, бомбы замедленного действия начали взрываться. Сила этих взрывов была сопоставима с силой ураганов «Катрина» и «Сэнди». Разница лишь в том, что деятельность страховых компаний регулируется и у них есть ресурсы, чтобы оплачивать требования. Рынок деривативов, самый крупный финансовый рынок в мире, по большей части не регулируется, и его обеспечение практически равно нулю. Поэтому если деривативы падают в цене, то платить за это приходится налогоплательщикам

вопрос сенатора Пола Сарбанеса и ответ на него будущего главы Федерального резерва. Сенатор Пол Сарбанес: Уоррен Баффет предупреждал нас, что деривативы — это бомбы замедленного действия как для сторон, которые ими занимаются, так и для экономической системы. По мнению Financial Times, взрыв пока еще не произошел, но риски этого стремительно растущего рынка остаются реальными. Как вы отреагируете на эти беспокойства? Бен Бернанке: Моя позиция по отношению к деривативам более оптимистична, чем вы только что сказали. Я считаю, что в целом это очень ценный инструмент. Они предоставляют методы, посредством которых рис­ки можно разделять, нарезать ломтиками, кубиками и раздавать тем, кто больше всего готов их нести. На мой взгляд, они повышают гибкость финансовой сис­темы множеством разных способов. Что касается их безопасности, то торговлей деривативами занимаются в основном искушенные финансовые институты и физические лица, у которых есть достаточно сильные стимулы, чтобы хорошо в них разбираться и правильно использовать. Федеральному резерву остается лишь позаботиться о том, чтобы у институтов, чью деятельность он регулирует, были хорошие системы и процедуры, гарантирующие, что их портфели деривативов будут управляться надлежащим образом и не станут создавать для этих институтов чрезмерных рисков. Быстрая перемотка на 2007 год… Когда в 2007 году на рынках ценных бумаг и недвижимости начался коллапс, в результате которого миллионы семей потеряли свои рабочие места, дома и пенсионные сбережения, истинной причиной его стали не «субстандартные»

Уоррен Баффет, самый богатый инвестор в мире: «Деривативы — это финансовое оружие массового уничтожения». Джордж Сорос, один из самых успешных инвесторов в мире, избегает использовать финансовые контракты, именуемые деривативами, «потому, что мы не вполне понимаем, как они работают». Феликс Рохатин, инвестиционный банкир, который спас Нью-Йорк от финансовой катастрофы в 1970-е годы, называет деривативы «финансовой водородной бомбой». Другая сторона монеты Неудивительно, что некоторым людям деривативы нравятся. Бывший председатель Федеральной резервной системы Алан Гринспен, легендарный Маэстро, который служил четырем президентам (Рейгану, Бушу-старшему, Клинтону и Бушу-младшему), отзывался о финансовых деривативах только положительно: Концентрации рисков легче идентифицировать. Когда они превышают степени, приемлемые для посредников, то для передачи рисков другим субъектам применяются деривативы и прочие инструменты управления кредитными и процентными рисками. В результате не только отдельные финансовые институты стали менее уязвимыми к шоку, возникающему из-за действия базовых факторов риска, но и финансовая система в целом стала более устойчивой. В 2005 году во время слушаний перед утверждением Бена Бернанке на пост председателя ФРС был задокументирован

ситуации легко запутаться. Рынок деривативов Прежде всего важно отметить, что рынок деривативов является самым крупным в мире. По сравнению с ним все остальные рынки выглядят карликами. Это монстр, о котором знает совсем немного людей. Еще меньше людей понимают, как он работает, и могут его видеть. В:-Насколько он велик? О:-До кризиса 2007 года объем рынка деривативов оценивался в 700 триллионов долларов. В:-Почему это важно? О:-Потому, что на самом деле крах 2007 года не был крахом рынка недвижимости или акций. Это был крах рынка деривативов. В:-А что такое дериватив? О:-Прежде чем ответить на это вопрос, я процитирую ком­ментарии нескольких весьма уважаемых экспертов по деривативам.

Невидимые гиганты Вот некоторые из самых крупных рынков в мире: Рынок деривативов. Рынок валюты. Рынок облигаций. Рынок акций. Рынок товаров. Рынок недвижимости. Тремя самыми крупными рынками являются рынки деривативов, валюты и облигаций — именно в таком порядке. По поводу того, какие места с точки зрения размеров занимают остальные рынки — акций, товаров и недвижимости, — единого мнения нет. Лично меня вполне удовлетворяет осознание того факта, что все они являются гигантскими рынками, перекрывающими друг друга. Кстати, именно по этой причине истинные размеры рынков с трудом поддаются определению. Например, многие люди делают инвестиции в недвижимость через инвестиционные трасты недвижимости, то есть формально инвестируют в акции. То же самое часто происходит на рынках товаров, акций и облигаций. В такой

индустриального века с полным пакетом льгот. К сожалению, большинство школ и учителей оперируют идеями бизнеса и занятости, унаследованными от индустриальной эпохи. Большинство преподавателей требуют повышения зарплаты и уменьшения количества учеников в классах. Такая идея противоречит обобщенному принципу эфемерализации. Вместо этого люди должны искать способы, позволяющие им делать больше (служить большему количеству детей, улучшить методы преподавания, повысить результаты…) с помощью меньшего. В:-Некоторые учителя используют интернет, чтобы обу­чать больше учеников за меньшую плату, не так ли? О:-Да. Отдельные учителя зарабатывают на этом миллионы — и это совершенно закономерно. Эти преподаватели применяют принцип эфемерализации. Они делают больше с помощью меньшего. В:-Что ждет учителей и людей других специальностей, которые не используют принцип эфемерализации? О:-Я предоставляю вам право самим ответить на свой вопрос. Лично я убежден в том, что дни тех, кто желает больше зарабатывать и меньше делать, практически сочтены. Многие из безработных или частично занятых людей по-прежнему позволяют этой идее индустриальной эпохи управлять их мозгом, что мешает их разуму видеть существующие возможности. В:-И у наших лидеров такая же проблема? Они не могут видеть изменения? О:-Да, поэтому масштабы следующего кризиса будут измеряться квадриллионами долларов.

То есть одни считают «баронов-разбойников» жадными, а другие — щедрыми? О:-Да. Но, опять же, у каждой монеты три стороны. Интеллект — это способность стоять на ребре монеты — идеи или проблемы — и видеть обе стороны. В:-Новыми «баронами-разбойниками» считают таких предпринимателей, как Стив Джобс, Марк Цукерберг и Дэвид Карп, не так ли? Они тоже воспользовались обобщенным принципом эфемерализации? О:-Да. Всегда помните, что лошадь была заменена безлошадным экипажем. В информационную эпоху людей заменяют технологии, которых мы не можем видеть. Сегодня розничные торговцы кибернедвижимостью, такие как Amazon и Alibaba, уничтожают традиционную недвижимость — магазины розничной торговли, такие как Sears и JCPenney. Поэтому в городах всего мира миллионы людей теряют свои рабочие места. В:-Так вот почему расширяется пропасть между богатыми, бедными и средним классом? О:-Это одна из причин. В:-Вы хотите сказать, что одни люди продолжают руководствоваться идеями индустриальной эпохи, в то время как другие применяют идеи информационной эпохи?

готовность учиться, действовать, совершать ошибки, учиться на этих ошибках и постоянно двигаться вперед. Я доказал, что плохо успевающий в школе мальчишка способен добиться успеха, несмотря ни на что, и знаю, что вы тоже на это способны. У вас непременно появится второй шанс, если вы поверите в себя и будете готовы претворить полученные вами знания в практические действия. Обобщенный принцип богатых Обобщенный принцип, который используют богатые, называется принципом эфемерализации и заключается в том, чтобы делать больше с помощью меньшего. Короли аграрной эпохи стали богатыми, делая больше с помощью меньшего. Вместо того чтобы переходить с места на место в поисках пищи, они перестали кочевать и начали производить еду. Заботливо возделывая почву, они стали получать от земли намного больше продуктов питания и кормить все больше и больше людей. Американские «бароны-разбойники» индустриальной эпохи использовали тот же самый принцип эфемерализации. Они делали больше с помощью меньшего. Вспомните слова Джона Стоссела (см. с. 157) о том, почему «бароны-разбойники» были щедрыми людьми. По сути, это его описание обобщенного принципа эфемерализации.

Хотя наш мозг не получил нужных ответов, но разум смог ощутить возможность существования мира, который видел Фуллер. Мы с Энди покинули Монреаль с ощущением веры в огромные возможности, в будущий мир, который станет благоприятным для всех, где не будет победителей и побежденных, где не нужно выбирать «либо ты, либо я», где не придется убивать и красть, чтобы выжить, где победителями будут ты и я. Как знают многие из вас, я считаю, что взять под контроль свое финансовое будущее может каждый — если проявит

когда изменения невидимы, люди винят в своих бедах других людей. Люди сжигают на кострах ведьм, отсекают головы на гильотинах и нападают друг на друга (вспомните республиканцев и демократов), вместо того чтобы решать проблемы, которых они не могут увидеть.