Цитаты из книг автора «Роберт Хайнлайн»

Марсианская раса познакомилась с существами, населявшими пятую планету, грокнула их во всей полноте и предприняла необходимые действия. Из осколков разрушенной планеты образовался астероидный пояс, а марсиане тысячелетие за тысячелетием продолжали любовно восхвалять ими же уничтоженный народ.

Все марсианские нимфы – существа женского пола, а взрослые особи – мужского

женщина, не умеющая готовить, не стоит даже того, чтобы ее выпороли.

Говорят, язык развивается, чтобы описывать жизненный опыт народа, который на нем говорит. Опыт первичен, язык вторичен.

«немного перенервничал» звучит значительно приличнее, чем «напился в стельку», а по смыслу – почти одно и то же.

– Не обиделись на меня?– Ничуть. Правда, я собирался выпить на днях здесь со своим конем. Теперь не приду.

Но мне редко удается донести эту мысль до людей. Очень немногие – только те, кто сейчас здесь, с нами, – сумели понять меня, приняли как сладкое, так и горькое, испили его до дна, грокнули. Другие – сотни и тысячи других – либо упорно воспринимали безжалостную истину, что Они суть Бог, как некий приз без соревнования, «обращение», либо столь же упорно ее игнорировали. Что бы я ни говорил, эти последние продолжали считать Бога чем-то внеположным себе. Кем-то таким, кто страстно мечтает прижать к своей груди каждого ленивого тупицу, дать ему покой и блаженство. Они не хотели, а может, и не могли уяснить себе, что никто ничего за них не сделает, что им придется самим прилагать усилия – и что все их беды и невзгоды суть дело их собственных рук.

Только ее бесконечное терпение (вещь на этой планете крайне редкая) провело нас через сложный период, когда я учился быть человеком, а она овладевала моими знаниями… Но одной добродетели мало, катастрофически мало. Чтобы добродетель могла делать добро, ей необходима поддержка ясной, холодной мудрости. Добродетель без мудрости неизбежно творит зло. – Он лучезарно улыбнулся. – И вот поэтому, – добавил он уже более спокойным голосом, – сейчас я особенно в тебе нуждаюсь. Я люблю тебя, Отец, и мне нужна вся твоя мудрость, вся твоя сила. Я должен перед тобой исповедаться.

– А зачем тогда сбор пожертвований? – Что? Понимаешь, Джубал, с них непременно нужно брать деньги. Лохи не ценят то, что достается им бесплатно. – Да, я только не знал, знаешь ли это ты. – Еще как знаю, я ведь грокаю лохов. Сперва я проповедовал бесплатно, раздавал всем деньги, но от этого было мало толку. Мы, люди, не умеем принимать и ценить бескорыстный дар, и научимся еще не скоро. Так что теперь я работаю бесплатно только начиная с Шестого Круга, к этому времени они научаются брать. Брать куда труднее, чем отдавать.

Ну что ж, – кивнул Джубал, – Иисус наворотил больших дел, имея какую-то дюжину апостолов. – Еврейский парень, – улыбнулся Сэм. – Спасибо, что ты о нем вспомнил. Он добился самого сенсационного успеха в истории моего народа, и мы все это знаем – даже те, кто не любит о нем говорить. Этот еврейский парнишка сказочно преуспел в жизни, и я им горжусь. И заметь, пожалуйста, что Иисус не стремился сделать все к следующей среде, он был терпелив и основал серьезную, способную к самостоятельному развитию организацию. Майк тоже терпелив. Терпение настолько плотно вплетено в учение, что перестает, по сути, и быть терпением, становится автоматическим. Ничего через силу, ничего впопыхах.