Цитаты из книг автора «Роберт Хайнлайн»

– Аполлонический культ, так это называется. – Чего? – В отличие от культов дионисийских. Очень распространено ошибочное представление, что «аполлонический» – это, попросту говоря, «умеренный», «холодный», «спокойный». Однако в

я попытался вспомнить, как жил при хозяине. – Не дрожи, – сказала она. – Тебе нездоровится? – Нет, все в порядке, – ответил я.

Я без сил откинулся на спину. Заплакал, уткнувшись в подушку, и вскоре уснул.

– Солипсизм и пантеизм, – кисло поморщился Джубал. – Этим джентльменским набором можно объяснить . Затушевать любые не устраивающие тебя обстоятельства, примирить между собой любые самые противоречивые теории, включить в сферу рассмотрения любые факты – как истинные, так и иллюзорные. Только это же вроде сахарной ваты: вкус вроде бы и есть, а питательности нуль. Это все равно что разрешить загадки сюжета концовкой: «Но тут он упал с кровати и проснулся».

наша государственная система – смесь диктатуры с анархией, без малейшей примеси демократии, как и во всякой приличной семье. Например: каждый занимается чем захочет, пока не получит моего приказа, каковые приказы обсуждению не подлежат.

Чаще всего за этой непонятностью скрывается самая обычная некомпетентность. Скажи, Бен, а вот меня – – Чего? В общем-то, ты пишешь довольно ловко. – Спасибо. Я избегаю слова «художник

Но художник должен говорить мал-мала понятным языком, это его прямая обязанность, а не прятать смысл в странных шифрах, как Пипс в своих дневниках. Современные же фокусники пользоваться языком, которому могли бы обучиться и мы с тобой. Им приятнее насмехаться над дураками, «не способными» понять глубину их творческих замыслов. Если там

Ничего не имею против абстрактных орнаментов – когда они на обоях или линолеуме, но должно вызывать сострадание или ужас. Все эти теперешние мудрствования – псевдоинтеллектуальный онанизм, в то время как настоящее творчество подобно любви, художник оплодотворяет зрителей своими чувствами. Ребятки, которые не желают – или не могут – удовлетворить свою аудиторию, быстро теряют ее симпатии. Нормальный человек ни в жизнь не купит «произведения искусства», оставляющие его равнодушным. И все равно ему приходится платить за

Отдай ей честь и пошли смотреть «Русалочку». Бен воспринял приглашение в самом буквальном смысле; Джубал от комментариев воздержался. – А вот «Русалочка», – гордо сказал

Прекрасной Оружейницы, затем нежно потрогал пустую, усохшую грудь. – Я понимаю, каково тебе сейчас, но ты уж потерпи, осталось совсем немного. А ты, Бен… – Галантный рыцарь повернулся к Какстону. – Придется, пож