3
История Сергея

Открыв глаза, я понял, что лежу на земле. Через густые ветки деревьев тускло светило солнце, тучи исчезли. Встав на ноги, я обнаружил себя на том же месте, где меня покинуло сознание. Меня также окружал лес, протоптанная тропа вела вперёд. Мой взгляд резко перевелся на кусты. На них были змеи. Их было много, они были на каждом кусте. Ползучие белые твари вились на них, создавая из своих тел шар. Наверху они также были, ползали среди густой непонятной зелени, ловко извиваясь вокруг толстых веток. Их шипение разносилось по всей округе, атмосфера сильно напрягала. Казалось, что сейчас змеи с веток упадут на меня, ужалив куда-нибудь.

Впереди меня встречало зелёное поле. Никакого столба со стрелками не было. Я пошёл к нему. У меня была надежда, что это выход из леса. Подходя к неизведанному полю, я слушал страшное шипение змей. Приближаясь всё ближе и ближе, мои ощущения начали меняться. Было такое чувство, что иду не просто к полю, а к чему-то магическому. Словно поле — это другой мир, тайно затаившийся в диком лесу, который дозволен не всем людям. Тропа резко обрывалась на зелёной траве, словно линия границы. Само поле было широким, по бокам продолжался лес. Переступив границу, сойдя с тропы на ярко-зелёную траву, я стал чувствовать, как внутреннее состояние плавно перешло в спокойствие и умиротворение. Тревожность и страх словно испарились, и вместо них стали чувства счастья и блаженства от окружающей меня природы. Подобную лёгкость внутреннего состояния мне никогда не приходилось ощущать. Помимо этого, появилось некое спокойствие, которое толкало меня идти дальше и не отчаиваться.

Впереди, за два километра от меня, стояла какая-то постройка, которую я не мог разглядеть. Выхода, кроме того, чтобы пойти вперёд у меня не было. Хоть в воздухе и витало нечто радужное, но мне, в первую очередь, хотелось вернуться домой. Проходя по полю, стал замечать, что пространство вокруг не меняется. Поле и лес по бокам никак не менялись, словно плёнка заела на одном моменте. Единственное, что становилось отчетливее, это постройка вдали, к которой я и направлялся.

Я был уже близко к неизвестному строению, и стал замечать, что рядом с постройкой лежали какие-то обломки. Добравшись, я увидел оставшийся бетонный угол дома. На земле лежали: огромные куски бетона, сгнившие доски и огромная алюминиевая пластина, которая уже покрылась ржавчиной — эта пластина, судя по всему, являлась крышей этого домика. Я не мог поверить, что здесь, в отдалённом от человеческой цивилизации месте, мог быть подобный дом. Причём он был построен из тяжелых материалов, которые, в условиях выживания, не добудешь.

Мои глаза обнаружили какую-то книжку, лежавшую под гниющим деревянным материалом. Перешагивая обломки, я взял её. Она была очень старой, обложка была сделана из кожи, а страницы пожелтели. Открыв её, на первой странице обнаружил какие-то записи на непонятных символах. Они напоминали арабский язык. Пролистав страницы, в середине наткнулся на одну, на которой были записи на современном русском языке. Вглядываясь в текст, мне удалось разобрать то, что там написано:

«Уже четвёртый год наслаждаюсь здешней атмосферой. Как же прекрасен этот мир. До этого, я был в наружной части дивного мира, которая была мрачной. Неизвестные существа, оборотни, большое количество змей...но здесь... Здесь совершенно иное измерение. До посещения этого места, я хотел повеситься в этом лесу. На тот момент для меня жизнь казалось лишь мрачной и бессмысленной, а люди — разумными тварями, почти что не отличающимися от животных. Придя в лес, на меня напали паукообразные люди, и инстинкт приказал бежать. Хотя в глубине души, мне хотелось, чтобы эти твари лишили меня жизни. Забежав в чащу, я вышел на тропу. В тот момент, там находились оборотни. Они все обернулись ко мне, обнажив свои клыки. Но буквально через несколько секунд, они, заскулив, разбежались по разным сторонам, почуяв человеческого паука. Я побежал вперёд, и вдали увидел солнце, которое не загораживали деревья. Тем временем, боковым зрением я заметил, что на кустах вились змеи, их было очень много. Добежав к концу тропы, моему взору предстало это поле, и не думая, мои ноги помчались прямо, лишь бы убежать от твари. Как только я ступил на эту землю, мои ощущения поменялись. Мне стало как-то резко спокойно. Паукообразная тварь уже не гналась за мной. Осматривая то место, куда я пришёл, ко мне пришло умиротворение. Мысли о самоубийстве ушли, пришёл покой и некая радость. Я словно оказался в другом мире, что по факту так и есть. Я пошёл дальше, и дошёл до этого домика. Внутри он уже был обустроен, и не постеснявшись исследовать вещи, мне удалось найти этот дневник. Тут много мыслей на непонятном языке, но я нашёл пустые страницы, где и буду оставлять записи. Сейчас планирую идти дальше, и постараться познать этот язык, и всё-таки выяснить, что написал автор».

Пролистав до конца, я наткнулся на ещё одну страницу с родным языком:

«Пошёл шестой месяц с тех пор, как я оказался в этом мире. Всё это время жил в домике, особо никуда не выбираясь. Ведь мне и тут хорошо. Посижу у камина, дерево в котором не сжигается, полежу, смотря в потолок и прочие вещи в реальной жизни считающиеся прожиганием времени. Периодами выходил на поле, подходил к краю, с которого начинался лес, но так в него и не зашёл. Но однажды, я решился пройти по полю дальше своего дома. Мне удалось найти небольшую семью. Они также пришли с нашего мира, и от них я услышал, что за пять километров есть ещё одна группа людей, которые веруют в бога Перуна, и являются представителями древних славянских народов. Семья не смогла установить с ними нормальный контакт. Славяне были агрессивно настроены против них, и им пришлось идти обратной дорогой. Они расположились неподалёку от меня, в палатках, поэтому мы договорились, что будем помогать друг другу. Так мы жили примерно месяц-два, коммуницируя между собой. Я предлагал семье поселиться у меня, но они отказались, сославшись на то, что им тут удобнее. Возможно, они мне не сильно доверяли. Но вот недавно, посетив их палатки, я не обнаружил их на своих местах, а палатки были разрушены. Я начинаю беспокоиться за них. Скоро планирую пойти на их поиски».

Прочитав всё это, я стал думать, что случилось с этим парнем. Неужели на него, как и на эту семью, напали злобные славяне? Записи мало давали ясности того, что здесь происходит. В голове крутились куча разных вопросов.

Задерживаться возле обломков я не стал. Погода не менялась: солнце ярко светило и не собиралось заходить за линию горизонта — это значит, что у меня всё ещё было время наткнуться здесь на что-то ещё или возможно встретить кого-нибудь из людей. Положив дневник во внутренний карман жилетки, я пошёл дальше.

Пройдя немного, мне удалось обнаружить палатки семьи. От них действительно осталась только основа; весь их небольшой лагерь был разгромлен. У меня возникали мысли свернуть лес, посмотреть там обстановку. Смотря с поля, была видна лишь кромешная темнота. Она напомнила мне те секунды, когда меня, на тропе, окутал неизвестный мрак. Было удивительно то, что солнце никак не освещало лес внутри. Идея зайти в лес показалось мне не самой лучшей, поэтому я пошёл по полю.

Пока шёл вперед, в голове крутились предположения насчёт того, что будет впереди. Из записей можно понять, что здесь не только находятся люди из настоящего времени, но и из прошлого. Мне было интересно, сколько всего людей обитает в лесу. И также, в голове у меня крутился ещё один тайный вопрос: кто и как построил здесь дом, состоящий из бетона и железной крыши?

Погрузившись в свои мысли, мне послышалась перезарядка ружья. Я замер, медленно повернул голову налево. Из темноты леса вышел мужчина, направив на меня охотничье ружьё.

—Стой смирно, пацан! Без резких движений!