Цитаты из книг автора «Ринат Валиуллин»

Знаешь, зачем люди ходят в гости?

«Первый признак осени – вас обнимает только пальто». Вчера вечером ей было особенно одиноко, настолько одиноко, что даже захотелось выйти замуж. Возможно, причиной тому была осень, она, словно величественная дама, сквозь яркий макияж которой читалась необъяснимая грусть по молодости лета. У женщины очень тонкое чувство времени, особенно после тридцати. Оно становится тоньше стекла: хрупким, прозрачным, сенсорным, где всякое прикосновение вызывает надежду, а всякое переохлаждение – разочарование. У осени был свой запах: дождя, воспоминаний и холодных батарей. Надушишься им и пытаешься улыбнуться, а вместо улыбки гримаса.

Черт, знал бы ты, как я тебя ненавижу днем, как жду

Что в какой-нибудь замечательный день ты забудешь меня поцеловать, и я умру от нехватки тебя.

Но, видимо, большое сердце было не единственным его достоинством.

Услышав звук, она открывала не глядя дверь, пускала его, она открывала не ему, а звонку. Как часто мы отвечаем не абоненту, а звонку, будто из уважения к телефону, он же звонит, как можно не ответить. Хуже некуда, когда отношения становятся условным рефлексом, будто входил не он, а звонок. Нас целуют, мы в ответ, нас обнимают, мы расправляем свои руки-крылья. Не то чтобы взлететь, так, не забывать, что они у нас есть. Объятия.

на пороге стояла она, грустная и сутулая. Осень снова постучалась в самую душу. Она барабанила то дождём, то пыталась проникнуть в тепло порывами ветра, то скреблась высушенными листьями, словно это были письма, написанные ещё весной прекрасной незнакомке до востребования, но до сих пор непрочитанные.

Осенью хорошо быть семейным: ты крутишь фарш, она лепит пельмени. Идиллия. Совсем другое дело одиноким: она крутит хвостом, ты лепишь горбатого

Янь: Застегну, как только приедешь. У нас тут уже похолодало. А в моей постели вообще дубак. Инь: Я рада, что тебе тоже не с кем спать. Янь: Теперь я знаю, чем тебя можно взбадривать. Инь: Видишь, какая я сложная. Янь: С другими всегда было проще, чем с тобой. Инь: Чем проще? Янь: Я их не любил.

Немного их объединяло в тот момент, кроме её серого пальто и его однотонного плаща, разве что застёгнутая в них внутренняя свобода, ведь между ними всё ещё было пять метров дистанции: она была свободна и он, свободы было так много, что им захотелось поделиться ею друг с другом. Но каждый остался в итоге со своей.