Цитаты из книг автора «Ринат Валиуллин»

Инь: Ну, мне пора. Спишемся. Янь: Девушка, вы куда? Инь: Замуж. Янь: А что там? Инь: Не знаю. Янь: Расскажете после. Инь: Слишком интимная тема. Янь: Вам придётся там с кем-то переспать? Инь: Спать. Разумеется. Янь: Я думал, жить. Инь: Безусловно, постоянно переживать. Янь: Как вам жених? Инь: Нежно. Янь: Вам как будто тревожно. Инь: Конечно, эта мысль не даёт мне покоя. Жду не дождусь этого дня. Янь: Не волнуйся, скоро распишемся. Инь: Буду волноваться, как это море любви, что плещется под ногами. Янь: Ты где сейчас, в метро? Инь: Нет, я же говорю сижу у моря. Одна. Янь: Неужели не смогла ни с кем познакомиться? Чем ты там занимаешься?

теплых губ – шею грудь бедра поцелуями накормите досыта

Вечер. 23.10. Захотелось ужасно, а ее нет, и стихами тут не отмахаться. Достали они, пернатые. Я взял лист бумаги, не стал будить серую мышь, которая спокойно спала на столе, только нежно погладил. На листке аккуратно вывел три буквы «х…» потом добавил еще три «вам», обращаясь к стихам. Лучше ей позвоню. Позвонил, она не ответила. Я зачеркнул первые три, осталось названием стиха «вам». Выдавил из себя еще немного:

С добрым утром. – Много ли в нем добра? Когда я не высплюсь, «доброе утро» звучит для меня как ругательство. – Ты только представь: утро приходит. А тебя еще нет. Оно долго сидит в одиночестве, ждет. Открывает окно, как буфет. Достает солнечный мед. Варит чай. Ест и пьет, наблюдая фарфоровый хоровод облаков. Поглядывает на часы, молча думает. Тебя все еще нет. Наконец, не дождавшись, уходит, оставляя записку коротенькую на столе: «Буду завтра. Чай еще свеж. И хватит сопеть, поднимайся, иначе скоро наступит день и придавит заботами. Твое доброе утро»

Воскресенье. +15 на улице, +36 и 6 в душе. Для тела это нормально, для души – жара, нужно срочно найти того, кто спрячет в тени объятий.

На самом деле, я слишком бесчувственна, я даже знаю, откуда это, я слишком пресыщена красотой Питера

По сути своей слова – это прямая, это правда, нарезанная на буквы, на кусочки, изящно загнутые под нашу действительность. Это полуфабрикаты. Не все приемлют сырую правду жизни.

Много ли надо для счастья вечером? Найти парковку для души

* * *– Знаешь, почему в Питере романтикам дышится легче, чем в Москве? – спросила Ава.– Почему? – поинтересовался Селфи.Катя уже начала различать имена ведущих. Она наконец разобралась, кто из них кто. Выстроила линию своих симпатий к тому или иному ведущему, ориентируясь только на голос. Все трое были задорные, будто все время навеселе. У Авы с придыханием, что намекало на загадку, у Планшета – с хрипотцой, что придавало некую умудренность жизнью, у Селфи – с нотками фальцета, что вселяло легкость в общий эфир. Эфир, который вечно тонул в дыму хохота и гама, словно в облаках курилки.– Питер верит слезам.– Ты про дождь?– Не только. Если Москва – это прекрасная женщина, которую хочется покорить, то Питер – это мужик, интеллигентный мужик с темным прошлым. Они без ума друг от друга, но в силу их гордыни никогда не смогли бы жить вместе, поэтому вынуждены писать длинные письма, летящие стальными строчками «Сапсанов».

– Правильно. Не пытайся обмануть женщину, она все равно узнает, если не узнает, то почувствует, если почувствует, то это чувство затмит в ней все другие. * * *