Глава 3

После обеда Лиям повёл себя так, словно обеда вообще не было.

Он вышел из кафе, кинул ей короткое:

– Поехали.

И снова – машина, музыка, проносящаяся мимо улица.

Минут десять ехали молча, пока он вдруг не сказал, не отрывая взгляда от дороги:

– Я отвезу тебя в универ.

– Ты не обязан. Я сама…

– Нужно обсудить график.

Она закатила глаза, но промолчала.

Когда подъехали к корпусу университета, он заглушил двигатель и обернулся к ней:

– Послушай. Возможно, следующие дни будут заняты до вечера. Если можешь, отпрашивайся с универа или оформляй практику. Лучше заранее.

Зарина прищурилась:

– Ты планируешь меня на цепь посадить?

Он не ответил. Только сжал руль.

Она выдохнула.

– Ладно. Я всё улажу.

Он кивнул.

– Жду тебя через два часа. Если задержишься – напиши.

Она хлопнула дверью и пошла в здание.

Ну прекрасно. Теперь ещё и шеф в виде Аида. Гениально выбрала себе работу.

В университете в коридорах стоял гул. Студенты смеялись, кто-то бегал с папками. Зарина поймала старосту своей группы, Дашу, около аудитории.

– Даш, слушай. Мне нужно на неделю, может, больше, уйти на практику. Официальную. По профилю. Мне выдадут документы.

– Да без проблем! – махнула рукой Даша. – Главное потом всё принеси. Я напишу, что у тебя практика.

– Спасибо тебе.

– Зарин, – Даша слегка наклонилась к ней. – Ты хоть скажи, куда тебя унесло? В какую фирму?

Зарина усмехнулась.

– Если расскажу, не поверишь.

– Попробуй.

– Ну… с рок-группой.

– Чего? – глаза Даши округлились. – Прям с этой… как его… с концертами и фанатками?

– Да. Прям с этой.

– Офигеть. – Даша прижала руку к груди. – Ты ещё автографы потом собирай. И фотки.

– Договорились. Только не трепи пока никому.

Даша засияла.

– Ладно, молчу, как могила.

Зарина кивнула и пошла к выходу.

Отлично. Одна проблема закрыта. Осталось выжить в новой.

Последняя пара тянулась бесконечно. Литература обычно увлекала Зарину, но сегодня она то и дело ловила себя на мысли, что просто… смотрит в пространство.

Могла бы, конечно, промолчать о своей работе. Но Даша у нас заботливая, она бы начала волноваться. Да и какая разница – завтра всё равно засвечусь рядом с «Аидом» на пресс-конференции. Вот весело будет…

Звонок наконец прозвенел. Зарина собрала сумку, спустилась вниз и вышла на улицу.

Первое, что она увидела, – это машину Лияма. Тот же чёрный кузов, тонированные стёкла. А к капоту снова был прислонён Лиям, руки скрещены на груди, чёрные очки скрывали глаза, волосы собраны в низкий хвост.

Он стоял, словно ему принадлежал весь тротуар.

Она чуть усмехнулась.

Что он, сидеть в машине не умеет? Вечно торчит снаружи, как скала.

Она подошла, остановилась в двух шагах.

– А ты что тут делаешь? – спросила она, склонив голову. – В машине места мало, да?

Он медленно обернулся.

– Поехали.

Она приподняла бровь.

– Куда?

– Домой.

Зарина нахмурилась.

– В смысле домой? Я думала, у нас ещё работа.

Он на секунду задержал на ней взгляд.

– Больше дел сегодня нет.

– Тогда… почему ты вообще здесь? Мог бы уехать.

Он слегка сжал губы, как будто решал, стоит ли вообще отвечать.

– Я что, должен тебе отчитываться, что мне делать?

Она скрестила руки.

– Ну… раз уж ты говоришь, что везёшь меня домой, как-то странно молчать.

Он опустил очки на кончик носа, посмотрел на неё поверх стёкол.

– Твой рабочий день ещё не закончился.

– Мой? – переспросила она. – А твой, значит, закончился?

– Мой никогда не заканчивается.

Он оттолкнулся от машины и открыл ей дверь.

– Садись. Не начинай.

Зарина скосила глаза, но всё же влезла в салон.

Интересно, что будет дальше. Он вообще умеет вести себя просто? Или в его мире всё обязательно должно быть на грани скандала?

Вечером Зарина вернулась домой, быстро переоделась в свободную футболку и растянулась за ноутбуком.

Всё. Хватит ходить в темноте. Пора узнать, с кем я вообще работаю.

Она вбила в поиск: “фронтмен AID”, потом – на английском.

Сразу посыпались ссылки. Статьи, фанатские блоги, интервью, ролики с концертов. Заголовки пестрили фразами:

Группа нового поколения Zпод названием: «Crimson Night – Багровая Ночь»

– “Тёмные рыцари рока”,

– “Группа «Crimson Night – Багровая Ночь» : без лица и без компромиссов”,

– “Музыка боли и огня”.

Круто. Мрачно. Как он сам.

Она пролистала несколько страниц.

Про солиста было много информации – и одновременно ничего конкретного. Настоящее имя везде проходило как “не раскрывается официально” или какие-то инициалы, но без подтверждения.

Идеальный призрак. Появился – исчез. И попробуй что-то пойми.

Она наткнулась на информацию про их первый альбом.

Название: “Ashes of Youth.”

Вышел шесть лет назад. Стиль – смесь тяжёлого рока, метала и электроники. Лирика – мрачная, местами почти философская. Один критик написал: “У Crimson Night нет песен о любви. Только о боли, которая звучит так же, как любовь.”

Ну класс. Полный набор для того, чтобы слететь с катушек.

Всё остальное было смесью слухов и фото.

Фото – сотни. Лиям на сцене. Лиям в аэропорту. Лиям в студии. Лиям в чёрной одежде с опущенной головой. Но ни одной личной детали.

Как будто человек живёт только в темноте софитов. И нигде больше.

Зарина вздохнула. Закрыла ноутбук. Впрочем, чего я ждала. Чтобы он оказался обычным парнем, который постит котиков в сторис?

Она пошла на кухню ставить чайник. Потому что иначе можно было просто сойти с ума.

Утро началось ровно так же, как и накануне. Лиям снова стоял возле машины, прислонившись к двери, в тех же чёрных очках и с низким хвостом.

Зарина только вздохнула.

– Снова ты. – Она дернула бровью. – Ты вообще спишь?

Он слегка пожал плечами:

– Сплю, когда успеваю. Поехали.

День пошёл как в режиме бешеного конвейера. Звонки, визиты, бесконечные обсуждения – всё в перемешку на двух языках. Лиям редко говорил лишнее, но когда говорил, все вокруг слушали.

К полудню он вдруг посмотрел на неё:

– Если хочешь привести себя в порядок – у тебя два часа. Потом двигаемся на пресс-конференцию. Оттуда – сразу на концерт.

Зарина моргнула.

– После пресс-конференции мне можно домой? Или я нужна и там?

Он провёл пальцами по линии подбородка.

– В принципе, у нас в стаффе есть люди, которые говорят по-английски. Но можешь остаться, если хочешь.

Она на секунду замялась.

– Я бы хотела… Но… – Она шумно выдохнула. – У вас же там обычно море народу. Я боюсь давки. И… ну… у меня клаустрофобия.

Он дернул уголком губ.

– Ты получается… гуглила обо мне?

Она фыркнула.

– Не льсти себе. Просто хотела понять, с кем работаю. К тому же – мне за это платят.

Он хмыкнул.

– Ладно, разведчица. Если хочешь – можешь смотреть концерт стоя за кулисами. Там, откуда выходят на сцену. Никто к тебе не подойдёт.

Она чуть улыбнулась:

– Ну, звучит безопаснее, чем бросаться в толпу фанатов. Ладно. Пойду переоденусь.

Он кивнул и, уходя, сказал:

– Два часа. Не опаздывай.

Зарина вернулась домой одна – Лиям сказал, что тоже уходит готовиться.

Она кинула сумку на диван, сняла пальто и остановилась посреди комнаты, прислушиваясь к себе.

Пресс-конференция. Концерт. Неформальная публика. Зачем опять пытаться в классику, если я всё равно окажусь среди людей в чёрной коже и цепях?

Она любила соответствовать своей временной роли. Когда работала с азиатскими делегациями – выбирала кимоно или тонкие китайские шпильки для волос. С европейцами – строгие костюмы или винтажное платье. Для неё одежда всегда была языком. Вторым переводом.

Сегодняшний день требовал другого.

Она встала перед зеркалом и, прищурившись, начала перебирать вешалки.

Хватит быть девочкой в пастельных рубашках. В конце концов, я перевожу для рок-звёзд.

Она выбрала черное мини-платье, слегка плиссированное. Сверху – объемная куртка-косуха из искусственной кожи. На ноги – черные колготки с кружевным узором, которые выглядели одновременно дерзко и утончённо. Массивные ботинки на платформе завершали образ.

Она распустила свои длинные, чуть волнистые светлые волосы, и они красиво легли на плечи, смягчая резкие линии куртки.

В зеркало на неё смотрела девушка, которая, кажется, могла бы стоять и на переводе с японскими бизнесменами, и на рок-концерте.

Вот так и живём. Вроде филфак – а через день ты уже почти альтернативная дива.

Она провела пальцем по губам. Подумала, не добавить ли чёрную помаду, но передумала. Решила остановиться на чётких стрелках и чуть более тёмной помаде, чем обычно.

Без перебора. Я всё-таки не часть их группы. Пока.

Она ещё раз оглядела себя.

Внешне – чужая среди своих. Внутри – как дома.

В гостинице Зарина вошла в общий зал для стаффа и почти моментально поймала на себе несколько удивлённых взглядов.

Первым отреагировал Лео. Он вытянул шею из-за кофемашины, мигом отставил стакан и хохотнул:

– О-о-о, гляньте-ка на нашу переводчицу! Ты уверена, что не перепутала работу и кастинг в группу?

Зарина вскинула бровь.

– Я подрабатываю двойником Лияма, если он вдруг решит сбежать.

Эзо, стоявший с папкой у окна, кивнул с лёгкой полуулыбкой:

– Стиль зачётный. Чёрный тебе к лицу.

Арес, барабанщик, фыркнул:

– О, ну всё. Одна Зарина – и нас теперь будут звать «Бойз энд Ван Герл».

Лео не унимался:

– Нет-нет. Её надо поставить на сцену. У нас слишком мало лиц, на которые приятно смотреть.

Зарина покачала головой.

– Ладно вам. Я просто решила, что сегодня хочу вписываться в ваш местный антураж.

И в этот момент открылась дверь, и вошёл Лиям.

Он остановился в проёме, провёл взглядом по ней – медленно, будто сканируя. Его чёрные волосы были, как всегда, собраны в низкий хвост. Лицо – каменное, только уголок губ чуть дёрнулся.

– А это что за готическая принцесса у нас тут?

Зарина сцепила руки на груди.

– Хоть кто-то должен поднимать тут эстетику.

Лиям приподнял бровь:

– Подозреваю, твои переводы сегодня будут в два раза драматичнее.

Она фыркнула:

– Только если ты сам начнёшь говорить стихами.

Все рассмеялись, и напряжение в воздухе слегка спало.

До пресс-конференции оставался час. В машине ехали вдвоём.

Лиям смотрел в окно, Зарина проверяла в телефоне программу мероприятия. На экране мелькали фото фанатских зон. Людей там было – море.

Она шумно выдохнула:

– Вот только не говори, что я должна буду пробираться через это всё одна.

Лиям посмотрел на неё из-под тёмных очков.

– Расслабься. Через толпу ты не пойдёшь.

Машина затормозила перед площадкой. Вокруг – визг фанатов, свет камер. Водитель сказал:

– Господин Аид , дальше не проехать.

Лиям отстегнул ремень и бросил ей взгляд:

– Останься здесь.

Но Зарина уже заартачилась:

– Я же с тобой работаю. Или мне сидеть в машине до вечера?

Он тяжело выдохнул.

– Хорошо. Тогда двигайся рядом и никуда не сворачивай.

Они вылезли из машины. Толпа загудела громче, вспыхнули десятки вспышек. Кто-то крикнул его имя.

Фанаты начали тянуться ближе. Лиям резко встал между ней и толпой, одной рукой придерживая её за локоть.

– Осторожно, – коротко бросил он. – Здесь не прогулка.

Она споткнулась о чью-то ногу, но он перехватил её, удержал, не дав упасть.

– Ты же обещал, что я буду стоять за кулисами, – пробормотала она.

Он склонился ближе:

– Я не обещал, что тебе совсем не придётся быть в эпицентре.

Толпа гудела вокруг, как ульи.

Кто-то визжал:

– Aid, we love you!

Другие кричали:

– Кто эта баба рядом с ним?!

Часть девушек смотрела на Зарину так, будто готова была на неё наброситься.

А мужики из толпы поддакивали друг другу:

– Красотка, слушай, в репертуаре Аида всё самое лучшее!

– Горячая девчонка, брат!

Зарина дернулась, но Лиям лишь сильнее сжал её локоть, давая понять, что не отпустит.

– Не слушай их, – коротко бросил он, ведя её вперёд. – Толпа всегда шумнее, чем думает.

Через несколько минут они добрались до дверей гримёрки.

Внутри пахло гримом, лаком для волос и свежесваренным кофе. Парни из группы уже были там.

Лео подмигнул:

– О, наконец-то! Думали, вас фанаты разорвут по дороге.

Эзо, поправляя лацканы пиджака, хмыкнул:

– Хорошо, что ты в чёрном. Так хоть сливаешься с нашим бунтарским имиджем.

Арес с ухмылкой бросил:

– Или наоборот, из-за тебя сейчас будет новый скандал в прессе. «Неизвестная девушка рядом с Аидом».

Лиям лишь коротко бросил:

– У нас пятнадцать минут. Быстро – все по местам.

Зарина встала у зеркала, выуживая из сумки помаду. Лиям подошёл ближе.

– Ты в порядке? – спросил он тише.

Она вскинула бровь:

– Конечно. Для меня это всё часть работы.

Он чуть дернулся губами, как будто хотел усмехнуться, но не стал.

– Давай без геройства. Если станет плохо, уходи за кулисы.

Она отразила его взгляд в зеркале.

– Уходить – это не про меня. Я сюда работать пришла.

В дверь заглянул менеджер:

– Пять минут. Пора выходить.

Лео, поправляя воротник, буркнул:

– Лиям, если будешь мямлить, Зарина тебя переведёт так, что из тебя сделают романтика года.

Лиям только бросил на него холодный взгляд.

– Если кто-то будет слишком орать или лезть к ней с вопросами, переводить не надо. Просто отойди.

Зарина закрыла сумочку, глубоко вдохнула и кивнула.

– Договорились.

И они вышли из гримёрки, готовые к залу, где уже слышался гул толпы и стук камер.

Зал был полон света и гомона. Фанаты, которым повезло прорваться на пресс-конференцию, махали плакатами, а журналисты обстреливали сцену вспышками.

Лиям – или теперь Аид – стоял в центре стола для спикеров, руки сцеплены в замок. Его выражение лица было ровным, почти отрешённым, но голос звучал твёрдо и внятно, когда он поприветствовал зал:

– Спасибо, что пришли. Рад всех видеть.

Его бархатный голос мгновенно сорвал короткий визг фанаток в первых рядах.

Зарина сидела сбоку, за небольшим пультом микрофона. Она чётко переводила каждый ответ, хоть и держалась слегка напряжённо – обстановка давила количеством камер и любопытных глаз.

Большинство вопросов были предсказуемы:

– Какие песни войдут в новый альбом?

– Планируются ли коллаборации?

– Правда ли, что имидж группы станет более мрачным?

Аид отвечал сам. Его голос звучал хрипловато, с лёгким европейским акцентом, но достаточно внятно, чтобы переводить было легко. Зарина механически повторяла его слова на русском:

– Мы хотим, чтобы новый альбом был более личным…

– Мы экспериментируем со звуком, но остаёмся верны себе…

– Тур охватывает новые города…

Журналисты галдели, микрофоны мигали красными лампочками.

И тут кто-то выкрикнул:

– Личная жизнь! Кто-то появился в вашем сердце?

Арес ухмыльнулся, подтянул микрофон ближе и на английском произнёс, глядя прямо в зал:

– Я обожаю девчонок. Всех-всех! И, честно говоря, останавливаться на этом не собираюсь. Но вот если рядом окажется такая переводчица, как наша… ну просто секси и такая милашка, черт возьми… наверное, я бы даже остепенился.

В зале раздался смешок и одобрительный свист.

Зарина застыла. Щёки слегка налились цветом, но она быстро отвернулась к своим записям.

Лео прыснул со смеху, шепча Эзо:

– Переведёт? Не переведёт?

Зарина подняла взгляд и сухо произнесла в микрофон:

– Арес сказал, что… э-э… он обожает своих фанатов и ценит каждую поддержку.

Толпа рассмеялась ещё громче. Те, кто понимал английский, уже хохотали и кивали друг другу.

Аид повернулся к Аресу, его серые глаза сузились. Он отодвинул микрофон ближе и сказал спокойно, но глядя прямо в Зарину:

– Я предпочитаю не смешивать работу и личное. Особенно когда кто-то переводит за меня слова, которых я бы никогда не сказал.

Его тон был ровный, но в глазах скользнула насмешка.

Зарина дернула плечом, бросив ему взгляд:

– Так переводи сам, если не хочешь, чтобы я фильтровала.