– М-м-м… – не скажу же я ей, что мы только что поссорились. – Только когда он меня бесит. Не обращай внимания, просто привычка.

– Понятно, – теперь тяжело вздыхала Айрис. – А я уж было начала думать, что хоть кому-то из нас повезет в личной жизни!

Знакомые мысли. Я думала так, когда Джен встретила Эндрю, а потом когда она встретила…

– Айрис, скажи, где она сейчас?

Бах прекрасно уловила изменения в моем голосе. Теперь пауза была по-настоящему долгой и напряженной.

– В Токио. Снимает квартиру недалеко от дома Рюи.

От звука этого имени меня передернуло, как от слабого электрического разряда.

Токио. Не уверена, что мне скоро хватит сил, чтобы приехать еще раз в этот город. Слишком много воспоминаний. Слишком много того, чего уже не вернуть, и по моей вине в том числе.

– А… а что с его домом? – мне тяжело говорить о нем, но пребывать в неведении еще тяжелее.

– Он пошел с молотка на аукционе.

Поднявшееся настроение резко вернулось в прежнее состояние.

– Его купил Драйден и отдал Рейнхартам.

– Что-о-о?! – у меня совершенно фантастическим образом отвисла челюсть.

– Нет смысла уточнять, что ты этого не знала, так?

Я пролепетала что-то согласное в трубку. Айрис продолжала говорить, а я сидела и думала о другом.

Джен… Как больно должно быть, когда тот или те, кого ты считаешь причиной гибели любимого, предлагают тебе помощь. Особенно если они твои бывшие союзники или друзья. Господи, а чем же она платит за жилье? На что живет? Хотя вампир может добыть себе самостоятельно не только питание, но и средства к существованию. Но она всего четыре месяца как вампир!

– Эй! Ты вообще меня слушаешь?

– Да. Нет. Прости… Если это касается Джен, то расскажи, пожалуйста, еще раз и как можно подробнее.

Она опять вздохнула.

– Ты видела свой приказ о временном отстранении от дел?

– Конечно, я же его подписала.

– А приказ Джен?

– Нет, но я знаю, что там приказ не об отстранении, а об отставке по состоянию здоровья.

«Пожалуй, это то немногое, что я знаю…»

– Бюро выплатило ей колоссальную компенсацию, якобы за полученное на задании ранение. На эти деньги она и решила уехать в Токио и поселиться там.

Говорим «Бюро», подразумеваем «директор Бюро».

– Слушай…

– Ну? Что еще?

– Интересно, сколько времени сейчас в Токио?

Почему-то мне показалось, что она грустно улыбнулась в трубку.

– Ты хочешь позвонить и ей тоже?

– Да-а, – и я поняла, что при этом ни с того ни с сего начала краснеть.

– В Токио сейчас что-то около пяти утра. Солнце еще не взошло. Если твердо решила – звони быстрее. Номер тот же.

– Мне страшно, Айрис, – прошептала я. Не хотелось признавать, но куда как страшнее, чем перед этим звонком. – Если честно, я не думаю, что она вообще когда-нибудь сможет меня простить.

Простить и подпустить к себе близко, но это я уже не произнесу. В этот момент дыхание снова начало меня душить. Трубка молчала, а потом в ней наконец раздался голос Айрис, и звучал он неожиданно ободряюще.

– Не попробуешь – не узнаешь. Ведь потерять ее навсегда ты боишься еще сильнее?

Да, это правда. Выходит, за почти год нашего знакомства Айрис Бах узнала меня лучше, чем я думала.

– Кстати, Корбин приглашала всех собраться у нее на вилле в Майами в этот викенд. Как в старые добрые времена, чтобы забыть обо всем. А так мы еще и отметим твой день рождения.

Черт, сегодня же пятница! А я вообще забыла про это! Да и про день рождения забыла бы, будь моя воля.

– Мне она не говорила ничего такого.

– Зато говорила мне. Если ты поедешь, то приеду и я. Не выгонит же она тебя, в самом деле?

***

Прежде чем отключиться, напоследок, Айрис пожелала мне удачи и просила перезвонить после разговора с Джен, не важно, с каким результатом, но перезвонить. И вот я снова осталась наедине со своими мыслями в четырех стенах ванной комнаты, сокрытая плотным коконом своей силы. Никто не должен слышать того, что происходит сейчас.

Экран телефона стал гаснуть. Я держала палец на кнопке входа в записную книжку. Даже последних собранных воедино остатков мужества мне не хватит, чтобы набрать ее номер. Простой разговор с Айрис вывел меня из равновесия, как и встреча с Марией. Что будет, стоит мне услышать голос Джен?

Через «не могу», через страх я листала записную книжку и замерла, когда дошла до строчки с надписью Дженнифер «Джен» Микел. А потом нажала вызов.

Я бесчисленное количество раз повторяла про себя «пожалуйста», зажмурившись, гадая, ответит она или нет, так, словно от этого зависела жизнь.

Первый звонок ушел в никуда, но я упрямо повторила попытку еще не один раз. И наконец он раздался – звук принятого вызова, прозвучавший неожиданно громко.

– Надо же, какой знакомый номер, – меня сходу точно окатили ледяной водой. – И что же нужно этому номеру в столь ранний час?

Ее голос теперь звучал по-другому. Он приобрел свойственную вампирам глубину и особую притягательную для слуха окраску.

– Я… – едва удается выдавить мне, а остальная часть фразы затерялась где-то.

– A-ta-shi²… – по-японски передразнила меня девушка. Так же, как сделал бы Рюи. Только он никогда не звучал так зло.

Я с остервенением сжала цепочку с кулоном в форме крыльев, которую подарила мне Джен перед концертом на стадионе Купол Свободы.

– Мария приглашает всех собраться у нее на вилле в Майами, – чеканила я так, что слова отскакивали от зубов, не давая ей сказать еще что-нибудь, способное ранить меня. – Айрис тоже там будет. И я. Пожалуйста, присоединяйся к нам. Даже если ты ненавидишь меня, Айрис ты точно хочешь видеть! Я могу заказать билеты, если ты больше не летаешь на Макларене. Откуда тебе удобнее лететь? Из Нариты³?

– Макларен⁴ я разбила почти четыре месяца назад, – сухо начала она, кажется, основательно раздраженная моим монологом. – А вот что мне действительно интересно, так это кто надоумил тебя сюда позвонить и кто рассказал тебе, что я живу в Токио?! Твой дорогой ДиВан?

– Нет, не он! – разозлилась я. – И он не мой!

– Но живешь ты у него!

– Я вообще не планировала этого! Сперва думала, что это просто такая короткая «акция», чтобы не дать мне скатиться в дерьмо!

Она захохотала, и в ее смехе не осталось ни толики чего-то человеческого и знакомого мне. Хотя мой ответ и вправду поражал своей глупостью.

– Не вздумай оправдываться! Получила, что хотела, и сиди, не рыпайся!

– Я вовсе не этого хотела! – вспылила я и после паузы заговорила на полтона тише, не задумываясь, выкладывая все то, что так давно держала в себе. – Я уже больше ни в чем не уверена. Возможно, все это было ошибкой с самого начала! Нужно было не принимать приглашение на работу в Бюро, а просто вернуться в Нью-Йорк и жить, как раньше. Наплевать на Вульфа со всеми его планами! Мы ничего не знали. У нас была бы еще куча времени, прежде чем все вокруг охватил бы хаос…

Я сидела, почти согнувшись пополам, и дрожала всем телом.

– Идиотка!

– Да, Мария назвала меня так же.

– А? Вот оно как. Снова начала общаться с Корбин и, судя по всему, с Айрис, а теперь звонишь мне? Небось что-то стряслось, некому пожаловаться, и решила перебрать всех знакомых? Кто следующий на очереди? Саманта? Или, может быть, Курт?

– Не говори так! – рявкнула я, но при этом слезы против воли брызнули из глаз.

Нет! Нельзя было позволять себе подобного! Не с Джен.

– Пожалуйста… – запоздало добавила я, прикусывая губу.

– И это все? Все, ради чего ты разбудила меня на рассвете, когда я легла спать? А не пошла бы ты со всеми своими красивыми словами и заманчивыми предложениями!

– Рюи убила не я! – и сама не поверила в то, что выкрикнула это.

– Верно, его убил Защитник Вульфа по его приказу, пока ты там усердно пыталась напоить Ван Райана своей кровью!

– И Уорчайлд был больше големом, чем человеком в тот момент!

– Ты с ним даже не спала, а теперь защищаешь его? Он и в койку-то с тобой стремился попасть по приказу. Совместить приятное с полезным.

– Да, ты права! – проорала я в трубку. – Права в чем угодно! Мне нужно было бросить Ван Райана умирать! А Айрис бы прекрасно справилась и с руководством Бюро тоже!

Я утрировала все от первого до последнего слова, вывернула произошедшее наизнанку, лишь с целью услышать, что она ответит на это.

– Рюи погиб именно потому, что спасал Ван Райана и тебя, решившую во что бы то ни стало вытащить своего мужчину с того света! – ее ярость обрушилась на меня и накрыла, ломая тщательно собранные осколки прежней Крис. От нее было не скрыться.

Я мечтала закричать, но вместо этого неожиданно заговорила взвешенно, четко, будто речь шла о шахматных фигурах на доске. И в тот момент я ненавидела себя еще сильнее, чем всех этих проклятых политиков и власть имущих, чьи замыслы рушили судьбы. Рушили судьбы на моих глаза, а у меня не было возможности… не было возможности продлить счастье моих близких.

– И что бы с нами было? Ван Райан – наш лидер. Ни у кого другого из нас нет и не было достаточного опыта и веса в обществе, даже у Айрис и Марии. Без него «Троица» перестала бы существовать, а сопротивление АНБ и ЦРУ сломили бы за считаные месяцы! И те из нас, кого можно было убить, были бы уже мертвы! А остальных держали бы под постоянной охраной в каком-нибудь темном, напичканом магией изоляторе! Рюи погиб, стараясь не допустить этого! И он… смог.

– Давай еще скажи, что он умер, как герой, и я должна этим гордиться!

– А разве это не так?

– Замолчи! У меня от тебя пухнет голова!

Глаза и лицо щипало. Слезы катились по щекам сплошным потоком, а перед собой я видела лишь размазанную, расплывающуюся картинку действительности. Джен не бросила трубку, но ничего не говорила больше. Казалось, что время застыло.

– Скажи, – прошептала я вдруг, стараясь просто заполнить пустоту, – ты помнишь наше обещание?

Она тихо фыркнула в трубку, но потом односложно, без всяких эмоций проговорила:

– Да.

– Оно еще в силе?

И опять она ответила не сразу.

– Я подумаю об этом по дороге к Ханне и Курту. Попрошу их подбросить меня до Майами через портал. Так будет быстрее и поменьше солнца. Хотя бы какое-то время.

И в ту же секунду связь прервалась. Наверняка она нажала сброс. Я всхлипнула раз, другой раз и заревела навзрыд. У меня появилась надежда, но одновременно с этим страх перед ее несбыточностью просто разрывал на части.

В руке запищал телефон, обрывая меня на полувсхлипе. Пришло сообщение. Трясущимися руками я подняла мобильник на уровень лица и стала читать. Сообщение было от Айрис.

«Ты уже позвонила Джен? Как прошел разговор?» – гласило оно.

Я тут же набрала номер Бах, утирая слезы и в последний раз шмыгая носом.

– Алло, – сказала я в трубку, на этот раз мне ответили очень быстро.

– Все получилось? – прямо спросила Айрис.

– Пока непонятно, но она дала согласие приехать на виллу.

Моя собеседница выдохнула с облегчением.

– Ну и хорошо. Значит пора звонить Корбин и предупреждать ее о том, что гостей будет несколько больше, чем она планировала.

– Я хочу позвать еще Стеф, но у нее ребенок совсем кроха и она наверняка откажется. Но мне бы хотелось ее увидеть.

«Потому что она была единственной, кто сразу и просто так принял новую «сломанную» Крис. Принял, даже не задумавшись, что может быть иначе…»

– Саманту Стефанис? Она же журналист!

– Ты забыла? Мы уже в одной лодке. Она потеряла связного, пытаясь передать нам информацию. И рисковала собой и ребенком, пытаясь ее добыть.

– Ладно, я обсужу это с Марией. Они куда лучше знают друг друга.

Я нервно облизнула губы. Хотела сказать что-то хорошее и ободряющее. Ведь впервые за долгие месяцы у меня получилось сделать все правильно. Ну или почти получилось. Но в этот момент окружавшая меня магическая защита завибрировала, как мембрана. Я подняла руку и взмахнула ей, точно отодвигая полог, чтобы услышать, что происходит за пределами моего безопасного кокона.

В дверь определенно только что стучали. И я снова вспомнила, почему была вынуждена отступить в ванную. А сейчас вообще оказалась сидящей на унитазе.

– Э-э, продолжим разговор уже в Майами? – нейтрально предложила я. Совсем не хотелось объяснять, что меня заставляет сейчас прерваться.

Наверное, Айрис уловила что-то в моей неуверенной интонации. А вот она сама заметно оживилась.

– Та-а-ак, вот это уже интересно. Что там у тебя?

Стук раздался вновь, на сей раз куда более продолжительно и настойчиво.

– Позже, Айрис. Чуть позже.

– Хорошо, – в ее голосе чувствовалось разочарование. – Встретимся в Майами!

Она сбросила звонок, а я принялась собираться с духом. Горделиво выпрямилась на своем «троне», сложила руки на груди и сурово сдвинула брови. Помогало плохо, но выглядело забавно.

– Чего ты хотел, Драйден? – спросила как можно громче и сдвинула брови еще сильнее.

– Сперва поговорить по-человечески. Не через закрытую дверь.

– «По-человечески» – это не про нас с тобой.

– Как раз сейчас ты ведешь себя очень по-человечески.

Не говоря ни слова, я встала, прошлепала по мозаичной плитке до самой двери и потянула ручку на себя. Встретили мое появление холодным внимательным взглядом. Ван Райан поджидал прямо за дверью.

На миг все застыло. Пока я не поняла, что Драйден склонился чуть ниже и вглядывался в мое лицо. Наверняка глаза были все еще красны от недавних слез. И он как будто растерялся. Понял, что я никогда не шутила и не набивала себе цену словами о том, что совершенно не готова к детям. Но это была настолько короткая вспышка эмоций, что она вряд ли заставила его поменять свое мнение.

Я машинально провела ладонью по щеке и отвела взгляд. Мне не хотелось смотреть ему в глаза. Поэтому я глядела на что угодно, только не на него. И тут же заметила лежащий на кровати раскрытый чемодан и несколько костюмов в прозрачных чехлах для одежды.

– Ты..?

Он стиснул челюсти, а потом официально сообщил:

– Я уезжаю.

Драйден повернулся ко мне спиной и отошел к кровати, чтобы продолжить сборы.

Он колебался? Или даже не задумался об этом? Все из-за нашей ссоры?

– У меня есть дела в Англии, затем я поеду на раскопки в окрестности Голодной скалы и встречусь с представителями Федерации.

Я расслабилась и чуть выше подняла голову. Замерла в нерешительности.

«Джозефсон, извинись! Ты уже произнесла за сегодня дюжину извинений. Еще раз от тебя не убудет. Хотя бы за то, что сравнила Драйдена с его отцом. Он помог Курту и Ханне, помогал Джен. Был рядом с тобой, когда ты сама порой не понимала, кто ты и где ты…»

Мои руки сжались в кулаки и тут же разжались. Я хотела подойти к нему ближе. А потом обнять сзади и уткнуться лицом в его спину. Но тут он выпрямился, бросил короткий взгляд через плечо и произнес:

– И я пойму, если не найду тебя в этой квартире по возвращении.

Эти слова тяжелым грузом опустились мне на плечи, а потом будто прошли через грудь и сдавили сердце. Заставили едва слышно вздохнуть.

Мне дают выбор и отпускают меня? Или, наоборот, намекают, что если я не согласна на его условия, то могу идти на все четыре стороны?

Можно было придаваться отчаянию и злобе, в том числе на себя, но этот чертов день слишком вымотал меня! Настолько, что не было больше сил.

Мне нужно уйти сейчас. Просто куда-то уйти… или уехать.

И тогда я вспомнила про собственные планы. На лице начала расплываться довольная и немного вредная улыбка. Собирать чемоданы может не он один!

Демонстративно, с отрешенно-торжествующим видом я направилась в гардеробную. Там на безуспешные попытки вытянуть с верхних полок хоть один мой чемодан с укором взирал целый ряд директорских костюмов. Отчего-то это обстоятельство сейчас раздражало еще больше. Плюнув на свои неудачи, я прошла вглубь помещения, где вот уже четыре месяца обитали мои вещи. Влезла в первые же свои шорты, которые нашла. Сбросила футболку прямо на пол и натянула вместо нее простую белую майку. В этом нехитром наряде я взяла небольшую дорожную сумку в одну руку, а второй сгребла ворох вешалок с собственной одеждой.

Не давая себе отчета, надену вообще это или нет, я вернулась в спальню.

Сумку закинула на кровать так, что она приземлилась прямо напротив чемодана одного высокопоставленного чиновника, и с особой небрежностью, в противоположность его аккуратности, начала набивать сумку одеждой.

Ван Райан оставил свои вещи в покое и, высоко вздернув бровь, вопросительно посмотрел на меня одним из своих особо выразительных взглядов.

– Знаешь, мне надо обо всем подумать, а Мария так удачно позвала к себе в Майами.

– Прекрасно, – безразлично произнес он. – Желаю хорошо провести время.

Сначала я хотела коротко кивнуть, но тут полукровка пожелал внести ясность в некоторые, очевидно беспокоящие его вопросы.

– Надеюсь, ты сознаешь, насколько мы известные персоны? Огласка подробностей нашей личной жизни мне совершенно не нужна.

То, что подробности половина приехавших будет из меня выуживать, было очевиднее некуда. Боюсь, что вплоть до самых пикантных. Пришлось поспешно ретироваться в гостиную, чтобы избежать прямого ответа и забрать свой ноутбук.

Мак отчаянно ругался, когда я засовывала его в сумку, прямо на вещи. Наконец, звук закрывающейся молнии обозначил мою готовность. Ван Райан продолжал гипнотизировать меня взглядом.

Я закинула сумку на плечо. Теперь нужно было что-то сказать.

– В любом случае, спасибо за помощь Курту и Ханне. И Джен, – искренне и с улыбкой добавила я напоследок.

– Пожалуйста, – уголки его губ чуть дрогнули.

Ни разу не обернувшись, я ушла в гостиную. То, что Драйден делал для них, было не для меня. И, возможно, даже не только для них самих. Он лишь заботился о тех, кто был дорог Рюи. Сейчас я была в этом практически уверена.