Ты обрела живого фамильяра, – произнесла жрица. – А также того, кто не знает ни жизни, ни смерти.
– Да. – Мне было неизвестно, насколько далеко пророчица может заглянуть в мое будущее, но я никогда в ней не сомневалась. Ни в первый день, когда вошла в ее царство, а она вновь и вновь просила меня предать мои чудесные украшения огню. Ни сейчас, когда в моем сознании обитал ази, скрытый в безопасности озера Стрипник. Ни даже теперь, когда ощущала разъяренные мысли Аены, которую заключили в подземелья анкионского дворца и оградили от всякой магии.
– Ты никому не сказала.
– Да.
– Почему?
– Потому что Аена права: у нее в руках находится ключ к остальным моим способностям. Я могу научиться контролировать дэвов, не жертвуя при этом своей жизнью. Старейшины никогда мне этого не позволят. Аена хоть и скрыта в дворцовых подземельях Анкиона, но теперь я при желании способна управлять ее мыслями, как когда-то она пыталась управлять мной. С помощью этой связи я могу научиться всему необходимому. А со временем, как только я лучше овладею этими навыками, узнают и все остальные. – У меня в душе словно плотину прорвало: слова нескончаемым потоком слетали с губ в отчаянной попытке излить душу этой безымянной, скрываемой одеждами фигурке.
– Ты поэтому не стала убивать ази?
Я сглотнула. Оправдываться было куда сложнее, чем подчинить себе Аену.
– Я не хотела его убивать. Он всего лишь желает, чтобы его оставили в покое. А под моим надзором он никому не причинит вреда.
– Ты опасна, – заключила жрица. – Оставшись без контроля, ты способна привести квартал Ив и весь Кион к гибели. Ашам следует быть внимательнее к тому, насколько велики твои способности. И все же… все же…
Она замолкла. Огонь стал постепенно угасать, и только пляшущие язычки пламени облизывали черные угли.
– Возвращайся в свой аша-ка, – наконец произнесла жрица. Огонь вспыхнул с новой силой. – И