Моя дочь, увидев мой камзол отпущения, сначала отшатнулась, потом проявила любопытство и с моего позволения подробнейшим образом изучила все надписи. Уверенным голосом она сказала: «Ты забыла написать еще два ругательства!» – и напомнила мне эти ругательства, которые, безусловно, были мне знакомы. Как так? Ведь это были те слова, которые говорили мои мать и отец мне, от этих слов хотелось плакать, и я клялась себе, что когда стану матерью, то в жизни не скажу детям подобных слов! И вот выясняется, что моя дочь прекрасно знает все эти слова, от кого бы это? Отгадайте с трех раз. Я поняла, что все эти бранные выражения имели двойной смысл – помимо оценочного, предназначенного для привлечения внимания ребенка, все они являлись, кроме того, и своеобразными оберегами. Что, любя своего ребенка, родители тем не менее заботятся и о том, чтобы он прошел социализацию, и зачастую этот процесс болезненный, где-то даже насильственный, но за ним все-таки скрыта любовь…