Глава четвертая

Окрестности города Норт-Бенд,

штат Вашингтон

Помощник шерифа Роб Хирано поднимался с берега.

Двигаясь вместе с коллегами по тропе, он мысленно пробежался по списку текущих задач.

Надо действовать строго по инструкции.

Слишком рано присваивать делу статус несчастного случая или самоубийства, равно как и любой другой. Но следует позаботиться о том, чтобы на территорию не проникли посторонние: перекрыть доступ к берегу и вершине скалы, выставить охрану из патрульных.

По словам Джексона Джонса и Адама Пателя, больше никто не пострадал. На всякий случай Хирано попросил медиков осмотреть обоих мужчин, затем – Кэти Хармон и остальных участников похода.

Медики нам еще понадобятся, когда мы уведомим о случившемся семью Анны Шоу. Ведь ее родственники обязательно сюда приедут. Сколько ни запрещай, они будут здесь.

Хирано вздохнул с облегчением, когда тело девушки накрыли простыней: к тому времени, как полицейские закончили опрашивать взрослых и дошли до лагеря, в небе показался первый вертолет службы новостей Сиэтла. Помощник шерифа знал, что журналисты отслеживают радиосигналы полиции и действуют быстро.

Дети сидели на траве небольшими группками. Некоторые плакали и обнимались. Три мальчика отошли в сторону и с мрачным видом пинали мяч, остальные устроились за столами для пикника, говорили по телефону или переписывались в мессенджерах.

Треск раций возвестил о прибытии полицейских. К ним сразу подошли несколько детей постарше с серьезными, напряженными лицами.

– Анна умерла? – спросил один из мальчишек.

– Можно посмотреть? – осмелился другой. – И покататься на вертолете.

– Что вообще происходит? – потребовала ответа девочка.

Хирано поднял ладони.

– Я помощник шерифа Роб Хирано. Случилось несчастье, и нам нужна ваша помощь, – сказал он. – Мы побеседуем с каждым. Прошу, проявите терпение. Это вам не шутки. Мои коллеги скоро начнут опрос.

Когда полицейские приступили к сбору показаний, Роб сверился с блокнотом, затем окинул взглядом группу.

– Конни Аткинсон здесь?

Сидя с Кэти под деревом, молодая женщина была почти незаметна. Но, услышав вопрос, поднялась и, отряхиваясь, направилась к Хирано. Он делал пометки, пока Конни пересказывала ему события сегодняшнего утра.

– Анна и Кэти вышли из автобуса последними. И немного отстали, пока мы шли по тропе. – Конни проигнорировала завибрировавший смартфон. – Затем Кэти прибежала сюда и позвала на помощь. – Пригладив волосы, девушка кивком указала на брезентовый мешок: – Мы достали веревки для палаток, бросились на помощь, но… о боже! – Она прикрыла лицо ладонями, не сдержав слез, и всхлипнула: – Было слишком поздно. Анна сама вызвалась помогать нам в походе. Господи!

Оставшаяся под деревом Кэти не слышала, о чем они говорят, но не сводила с них глаз.

Заканчивая беседу, Хирано запросил у Конни письменное согласие Анны Шоу на участие в походе. Дрожащими руками та достала копию из папки, лежавшей в рюкзаке.

– Мне также потребуется бланк согласия Кэти Хармон, прежде чем я с ней поговорю.

Телефон Конни вновь завибрировал. В этот раз она достала его из заднего кармана и посмотрела на экран.

– Родители узнали обо всем от детей и без конца звонят с вопросами, – хлюпнула носом сопровождающая. – Боже, что мне им говорить?

– Скажите, что случилось серьезное происшествие, но подробности вам неизвестны, – посоветовал Роб. – Что помощь уже подоспела и скоро вы будете знать больше.

Кивнув и прочитав другие сообщения, Конни пояснила:

– Спрашивают, можно ли подъехать и забрать детей.

– Пусть едут, но попросите подождать на парковке, пока мы не закончим, – решил Хирано. – Мы приведем детей, как только опросим каждого участника похода.

Помощник шерифа понимал, что задача предстоит не из легких. Однако в нынешних обстоятельствах полиция имела полное право беседовать с детьми без родителей и юристов. Он поднес ко рту рацию и велел патрульным повесить полицейскую ленту и выставить охрану в начале тропы.

– Никого не впускать, – распорядился он.

Тяжело вздохнув, Конни отдала документы Хирано. Пока она отвечала на сообщения, он прошел к дереву и сел рядом с Кэти.

Глаза девочки, мокрые от слез, изучали одетого в полицейскую форму помощника шерифа. Он вдруг понял, что в окружающем кошмаре и хаосе его внешний вид – черная рубашка и бронежилет, нагрудная камера, пистолет в кобуре, другие атрибуты – мог не на шутку перепугать девятилетнего ребенка.

И все же Хирано осознавал, что из всех полицейских первым показания Кэти должен получить именно он. Другого шанса не будет. Нужно все сделать правильно. Он убедился, что камера готова к работе, и включил видеосъемку, а сам открыл блокнот для заметок.

– Привет, Кэти. Я помощник шерифа Роб Хирано. Пришел разобраться, что к чему. Хорошо?

Она кивнула.

– Не бойся. Эти штуки нужны мне для работы.

Кэти смахнула слезы. Ее лицо омрачала тревога, а светлые волосы наполовину вылезли из растрепавшихся косичек, свисающих до плеч.

– Ты не против, если мы поговорим?

Продолжая беззвучно плакать, Кэти пожала плечами.

– Я задам тебе несколько вопросов, – мягко произнес Хирано. – Что бы там ни произошло, ты должна все мне рассказать. Договорились?

Голубые глаза девочки встретились с его глазами, и она спросила:

– Анна умерла?

– Она в тяжелом состоянии. С ней медики, а мне нужно выяснить подробности происшествия. Анна сильно пострадала.

Плечи у Кэти задрожали. Она зажмурилась и захныкала:

– Хочу к маме! Хочу к маме!

– Мама скоро приедет, – заверил Роб. – Знаю, тебе трудно, но ты должна быть сильной. Договорились? – Он пробежал глазами согласие Кэти на участие в походе. – Мне нужна твоя помощь. Твое полное имя – Кейтлин Джин Хармон, верно?

– Просто Кэти.

– Хорошо, Кэти. И тебе девять лет. Когда у тебя день рождения?

– Двадцать пятого июня.

– Твою маму зовут Сара Хармон, и вы живете в Сиэтле по адресу… – Помощник шерифа зачитал адрес с листа.

– Да. Можно мама приедет и заберет меня? Пожалуйста.

– Скоро она будет здесь, и мы отведем тебя к ней. Но только после того, как закончим, а это займет немного времени. Согласна?

Кэти кивнула.

– Итак, Кэти. Расскажи мне о том, что случилось с Анной. Можешь не спешить.

Девочка тяжело сглотнула. Пока она пересказывала события сегодняшнего утра, Роб изучал ее лицо. Он понимал, что в таком возрасте большинство детей отвечают на вопросы искренне и склонны говорить правду. Но некоторые ровесники Кэти умеют искусно лгать. Все зависит от обстоятельств, возможных рисков и последствий. Он искал во взгляде девочки признаки обмана, внимательно слушая и время от времени задавая вопросы.

Когда Кэти стала рассказывать о том, как Анна делала селфи на краю обрыва, у нее перехватило дыхание, а слова застряли в горле.

– Она упала. Я глазам своим не поверила. Анна вскрикнула и просто исчезла. Я заглянула вниз и увидела, что она держится за дерево. Она попросила меня позвать на помощь. Было очень страшно. Я бежала и бежала. – Кэти закрыла лицо ладонями и заплакала.

Несколько минут Хирано молча за ней наблюдал. Смотрел, как дрожат у нее плечи, раскачивается голова. В какой-то момент ему показалось, что Кэти слишком эмоционально реагирует на ситуацию. Возможно, даже преувеличивает свое горе и чуть ли не поглядывает на него сквозь пальцы, словно желая убедиться, что он на нее смотрит.

Хотя трудно сказать наверняка.

Роб дал Кэти время успокоиться, а когда она перестала дрожать и плакать, задал еще несколько вопросов. Закончив, он попросил Конни вернуться к девочке и посидеть с ней, пока ее осматривают медики.

Затем отошел в сторону, чтобы немного побыть в одиночестве.

Глядя, как коллеги опрашивают других участников похода, Хирано позвонил своему начальнику.

– Ну что там, Роб? – спросил тот.

– Точно не знаю, – ответил Хирано. – Нужны детективы.

– По-твоему, тут не просто несчастный случай на природе?

– Нутром чую: дело нечисто.

– Что говорит судмедэксперт?

– Она еще не подъехала.

– Ладно, Роб. Вызовем команду детективов. Держи оборону.

Отключившись, Хирано взглянул на открытый блокнот и слова, которые обвел после беседы с Кэти Хармон: «Возможно, лжет».