Цитаты из книг автора «Ричард Брэнсон»

У него был чемодан со всей одеждой Кристен. Он сказал ее приятелю, что Кристен переезжает ко мне. — Кристен, — сказал я, — тебе бы лучше приехать сюда. У меня тут есть кое-что для тебя. Я отказался открыть секрет, что именно. Любопытство взяло верх, и Кристен заехала на «Альберту». Она была твердо настроена попрощаться со мной и вернуться в Америку. Когда она приехала, я показал ее чемодан. Она попыталась выхватить его у меня, но я открыл чемодан и разбросал одежду по всему кораблю. Потом я поднял ее и унес в спальню. Пока мы проводили остаток дня в постели, руководители Управления таможенных пошлин и акцизных сборов планировали неожиданную проверку компании Virgin. Мне никогда и в голову не приходило, что я был не единственным, кто случайно натолкнулся на аферу, связанную с уклонением от уплаты налогов. Более крупные магазины пластинок, чем наш, занимались этим и были намного изощреннее. Я просто отдавал пластинки, которые должны были уйти на экспорт, в магазин пластинок на Оксфорд-стрит, принадлежащий Virgin, и снабжал ими новый магазин в Ливерпуле, который

Говоря это, я незаметно просунул руку внутрь машины и вложил записку в ее левую ладонь. Когда пальцы Кристен сомкнулись вокруг моих, я выпустил записку и улыбнулся ее приятелю. — Надеюсь, запись прошла успешно, — сказал я ему. Огни светофора сменились, и машины в пробке позади нас начали гудеть. Я попытался поймать взгляд Кристен, но она смотрела прямо перед собой. Моя записка осталась в ее руке. Я снова запрыгнул в свою машину и поехал на «Альберту». Я сидел у телефона до самых семи часов, отказываясь звонить кому бы то ни было, что было совсем на меня не похоже. Зазвонил телефон. Это была Кристен. — Я звоню из автомата, — сказала она. — Не хочу, чтобы Джон подслушивал. — Ты можешь выйти из телефонной будки и взять такси? — спросил я. — Давай приезжай ко мне. Я живу на корабле, который называется «Альберта». Попроси таксиста отвезти тебя в маленькую Венецию по Бломфилд-роуд. Там есть небольшая деревянная дверь в заборе, которая ведет к бечевнику.

она перестала выглядеть кровожадным карликом, я уже не мог смотреть на нее как прежде. Вскоре после этого Манди покинула «Альберту» и переехала в поместье, где поселилась с Томом Ньюманом.

то исчезала, и при этом выглядела крошечным восьмилетним ребенком. Я посмотрел на других — все болтали, улыбались и смеялись. Но всякий раз, когда я ловил взгляд Манди, все, что я видел, — морщинистое существо, очень напоминавшее убийцу-карлика в красном пальто из фильма «А теперь не смотри». Я ненавижу, когда не контролирую себя, и не представлял, что делать. Хотя почти каждый работавший в Student, а позже и в Virgin употреблял много наркотиков, я действительно никогда не составлял им компанию. Предпочитаю прекрасно проводить время, понимая, что к чему. Я знаю, что надо рано встать следующим утром, поэтому редко могу позволить себе быть вдрызг пьяным накануне вечером. Совершенно не приученный ко всему этому, позволив ЛСД войти в мою жизнь, я не мог думать четко. В конце концов я снова вышел наружу и лег, глядя на небо. Подошла Манди и затащила меня в постель. Пока мы занимались любовью, я держал глаза плотно закрытыми, ужасаясь того, что могу увидеть, если их открою. Ко времени, когда закончился наш наркотический вояж, стало ясно, что отношениям с Манди тоже пришел конец. Хотя на следующее

утро привез свой чемодан. У нее была собака — лабрадор по кличке Фрайди. Так, с Манди и Фрайди, я прожил прелестную неделю. Мы провели самое романтическое время на «Альберте», ужиная на крыше летними вечерами, глядя на уток и другие корабли, которые скользили вверх и вниз по каналу. Около года мы прожили вместе. Она выручала нас в работе со студенческим консультативным центром, а затем и в поместье. В то время многие принимали наркотики, и скоро Манди съездила с Томом Ньюманом в поместье, где они употребляли ЛСД. Она привезла оттуда немного ЛСД и в Лондон, мне на пробу. Однажды вечером мы и двое наших друзей, Роб и Каролин Голд, отправились в вояж на «Альберте». Роб решил, что нам не надо принимать наркотики, чтобы чего-нибудь не случилось. Я жил по опасному (а иногда и довольно глупому) принципу готовности попробовать все в жизни хотя бы раз и взял маленький бумажный прямоугольник. Через какое-то время моя голова заработала очень быстро. Сначала все было прекрасно. Мы слушали музыку и вышли наружу посмотреть на вечернее небо. Но когда мы вернулись назад, все стало идти наперекосяк: зрение начало опрокидываться, и Манди то

Вам следует дойти вон до того корабля, — сказал он. — Я только что продал его, и в него вселилась молодая леди. Как обстоит дело сейчас, не знаю, но там две спальни, и, возможно, она ищет квартиранта. Вам придется пройти через маленькую деревянную калитку и вдоль бечевника. Это последняя посудина перед мостом, и ее зовут «Альберта». Я прошел по дороге, открыл наклоненную деревянную дверцу и прошел по узкому бечевнику. Дойдя до крайнего корабля, я всмотрелся в круглый бортовой иллюминатор и увидел на кухне наклонившуюся светловолосую девушку. — Здравствуйте, — сказал я. — Должно быть, вы — Альберта. — Не говорите глупостей, — сказала она, оборачиваясь. — Это название корабля. Меня зовут Манди. — Можно войти? — спросил я. — Моя машина только что сломалась, и я ищу место, где бы пожить. Манди была красивой. Кроме того, что она была красивой, она только что перевезла на борт кровать. Мы сели и пообедали. Раньше, чем мы поняли, что делаем, мы уже лежали в постели и занимались любовью. Ее звали Манди Эллис, и я остался на ночь, а на

предупредили, что список желающих очень длинный. Если я напишу заявление сейчас, в итоге, возможно, получу один из домов примерно лет через пять. Я не стал подавать заявление, но вернулся назад в маленькую Венецию, надеясь на месте найти кого-нибудь, кто мог бы подсказать, как арендовать плавучий дом. Я был уверен, что должен быть способ сделать это в обход официального порядка. Когда я ехал вдоль канала по Бломфилд-роуд, машина заглохла. Это было в порядке вещей. Я вылез и безнадежно уставился на капот. — Вам нужна помощь? — окликнул кто-то с ирландским акцентом. Я обернулся и увидел на крыше плавучего дома старика, который возился с печной трубой. — С ней будет все нормально, — сказал я, направляясь к нему. — А вот в чем мне действительно нужна помощь, так это в том, как поселиться на одном из этих кораблей. Брендан Фаули выпрямился. — Ну, что ж, — сказал он. — Это дело. Он взял трубку и закурил ее, откровенно получая удовольствие от того, что можно приостановить работу.

Когда истек срок аренды дома на Альбион-стрит, я с несколькими друзьями ненадолго переехал в район Ноттинг-Хилл, поскольку мы продолжали работать в подземной часовне. Вскоре нам стало в ней слишком тесно, и мы нашли старый пакгауз на Сауф-Уорф-роуд недалеко от Паддингтонского вокзала, который стал базой для Virgin Mail Order. Однажды, совершенно случайно проехав ниже Уэстуэй, я оказался в Мэйда Уэйл. Миновав горбатый мост, я увидел ряд плавучих домов, стоящих на якоре вдоль канала. Вода, ряды деревьев, сами плавучие дома, ярко выкрашенные в красный и голубой цвета, с цветочными горшками на плоских крышах, утки и лебеди, снующие вокруг, — все это создавало ощущение, что я за городом. Воспитанному на воле, в сельской местности, мне на самом деле не нравилось жить в Лондоне, и я часто ощущал, что почти не вижу солнечного света и не дышу свежим воздухом. С тех самых летних каникул, которые мы провели в Салкоуме, я всегда любил воду и запахи лодок: масла, смолы и веревок. Я проехал в контору местного муниципалитета. Мне посоветовали обратиться в Водный совет, который был уполномочен распределять плавучие дома

немедленно приступили к превращению отдельно стоящего дома на территории поместья в звукозаписывающую студию. Там они хотели установить настоящий шестнадцатитрековый магнитофон Ampex в придачу со всем лучшим, что только могли придумать: двадцатиканальным пультом управления, квадрафоническим мониторингом, возможностью фазировки и работы с эхом и, наконец, роялем. Мы хотели гарантировать, что все будет как в лучшей студии в Лондоне. Постепенно поместье стало приобретать необходимый облик. Каждые выходные я ездил туда с Ником, мы временно размещались на полу, выбивали переборки, которые были положены поперек каминов, сдирали линолеум, чтобы добраться до первоначальных плиточных полов, и красили стены. Линди тоже приезжала и помогала, это же делали большинство людей, работавших в Virgin Records. Однажды приехала мама с высокими напольными часами, которые только что купила в Philips. — Вам это понадобится, — сказала она. Мы поставили их в передней и держали за створкой циферблата деньги. Сейчас часы стоят в комнате для VIP-клиентов компании Virgin в аэропорту Хитроу, но уже без денег внутри.

тебе денег, если бы не хотела. В конце концов, для чего нужны деньги? Они нужны, чтобы задуманное воплощалось. И я уверена, что ты создашь свою звукозаписывающую студию точно так же, как ты выиграл у меня те десять шиллингов, когда научился плавать. Я дал себе обещание: что бы ни случилось, верну ей деньги с максимальными процентами. Я имел дело с агентом по недвижимости только по телефону, но после того, как деньги были переведены и поместье куплено, зашел к нему в офис, чтобы получить ключи. — Чем могу помочь? — сказал он, вне всякого сомнения, гадая, что может быть нужно в офисе модного агентства по недвижимости такому непрезентабельному человеку, как я. — Пришел забрать ключи от поместья, — ответил я. — Я — Ричард Брэнсон. Агент выглядел потрясенным. — Да, мистер Брэнсон, — он вытащил большой железный ключ. — Вот, возьмите. Ключ от поместья. Распишитесь здесь, пожалуйста. И, оставив росчерк на бумаге, я принял ключи и отправился на машине становиться владельцем поместья. Том Ньюман вместе со своим другом