– Может, еще называть вас «ваше величество»? – прошипела я.

Его зрачки сначала расширились, а потом резко сузились. Лицо Блэка дрогнуло, и он резко отпустил меня, встав с кровати.

Я выдохнула, хоть и ничего не поняла. Села на постели и смотрела на его удаляющуюся спину. Что я такого сказала? Что с ним произошло? Не то чтобы я была не рада освободиться, но что-то тут было не так. Не в духе Блэка.

На пороге комнаты он остановился и обернулся ко мне, сидящей в недоумении.

– Если хоть раз ТАК меня назовешь, то больше никогда не встретишься с близкими. Мы поняли друг друга?

Я трусливо кивнула, ни черта не понимая, что такого произошло.

Он в очередной раз смерил меня уничижительным взглядом, а потом разочарованно покачал головой.

– Я думал, ты будешь хоть немного благодарна за то, что я вытащил тебя из Глондара. Да еще и всех твоих грозных защитников прихватил, чтобы ты не переживала, где они, как они… Но, видимо, я многого прошу. Поэтому предупреждаю в первый и последний раз: никогда не сравнивай меня с Реввера. Уверен, ты думаешь иначе, но Я НЕ ТАКОЙ, КАК ОН.

Я застыла от шока.

Что? Я не это имела в виду! Я вовсе… просто так брякнула. Я не сравнивала. Никогда! Как бы я ни относилась к Блэку, никогда бы не подумала, что он похож на ублюдочного насильника. Райан бы никогда и ни за что не сотворил со мной то, что сделал Реввера! Я в это верила. И я это знала.

Похоже, расценив мое молчание иначе, Блэк развернулся и направился в свою спальню.

Но я не могла позволить ему думать так. Я ненавидела его, но он должен был знать, что ошибся.

– Мистер Блэк! – Я робко окликнула его, и он остановился на пороге своей комнаты, но не обернулся. – И-извините за это! – промямлила я ему в спину. – Я знаю, что вы не такой, как он. Я совсем не это имела в виду. Я бы никогда не сравнила вас с ним! Просто сказала первое, что пришло в голову.

– Вы слишком часто это делаете, мисс Ройс, – снова вернулся деловой мистер Блэк. – Следите за языком.

Не успела я ответить, как его дверь захлопнулась, а на пороге моей новой спальни вырос доктор Лорас. Я заверила его, что все нормально, на что док сонно кивнул и поплелся обратно спать.

Закрыв дверь и удобно расставив медицинские инструменты, я плюхнулась на свою новую кровать. Она пахла свежестью и чистотой.

Черт! Надеюсь, Блэк хотя бы поменял белье на моей прошлой кровати, а то оно, должно быть, ужасно пахло моим по́том.

Почему он так ненавидел Реввера? Блэк не знал, что тот надругался надо мной, но все же питал к нему лютую неприязнь. Может, док был прав и стоило рассказать ему?

Как только эта мысль пришла мне в голову, я вздрогнула. Если он узнает… Нет! Блэк не должен узнать!

«Почему?» – Призрачный Дэйтон появился на моей кровати.

Я помотала головой и опустила глаза.

«Это бред», – констатировал брат, прочитав мои мысли.

– Вовсе не бред, – прошептала я.

«Бред!»

– Нет.

«Чушь!»

– Дэй…

«Он НЕ будет смотреть на тебя иначе», – произнес брат.

Я промолчала, ковыряя ногти.

«Эй… – Дэйтон провел рукой по моей щеке, но я ничего не почувствовала. – Ты не грязная!»

Я молчала.

«Лекс, посмотри на меня!»

Я не посмотрела. Не могла. Мне было стыдно.

«Тебе нечего стыдиться! Ты не виновата! С тобой произошло самое ужасное, что только может случиться с девушкой, но это не твоя вина!»

– Знаю, что не моя…

«Конечно знаешь! Но считаешь себя изуродованной, нечистой… Я читаю это в твоих мыслях каждый раз, каждый день, когда ты отчаянно пытаешься смыть с себя эту… грязь в душевой!»

– Подглядываешь за мной, пока моюсь? – попыталась пошутить я, но лишь всхлипнула.

«Фу, сестренка! Я бы сразу ослеп!»

Я поджала губы и шмыгнула носом, пытаясь остановить слезы.

«Лекс… – снова позвал почти невидимый Дэйтон. – Если расскажешь Блэку, то он не изменит своего мнения о тебе и не посмотрит на тебя как на использованную, испорченную и никому не нужную вещь!»

– Откуда ты знаешь?

«Поверь, я знаю! Я парень!»

– Пф, не особо живой…

«Тут ничего не поделать. Прости».

Я вздохнула и взглянула на него. Прозрачный брат сидел на краю кровати и с нежностью смотрел на меня. Все в той же одежде, что и миллион раз до этого. Серые джинсы и черная майка. Именно в этом я видела его в последний раз, и каждый день брат не менял образа.

– Ты не понимаешь, Дэйтон… – грустно сказала я и снова уставилась на свои ноги.

«Я понимаю больше, чем тебе кажется. Я же в твоей голове. И каждый день вижу, как показываешь доктору и Мелиссе, насколько ты “веселая” и здоровая! И как талантливо убеждаешь доктора, что все в порядке… что ЭТО тебя не преследует! Но я-то знаю… Я чувствую, что ты умираешь с каждым прожитым днем после изнасилования. Ты борешься с этим, воюешь… но ничего не выходит. Кошмары все хуже. Монстр все ближе. Ты умираешь внутри…»

Слезы потекли из глаз. Начались настоящие всхлипы.

– Я пытаюсь… – прошептала с отчаянием. – Очень пытаюсь забыть…

«И у тебя обязательно получится. Просто должно пройти время».

– Сколько?

«Я не знаю».

– Еще… – я всхлипнула, – и поэтому не хочу никому рассказывать.

«Лекс, – брат вздохнул, – отчасти я согласен, что чем меньше людей знают об этом, тем быстрее ты сможешь оправиться, но иногда стоит раскрыть страшный секрет, чтобы полегчало. Это как выдохнуть сигаретный дым. Помнишь, когда мы в первый раз попробовали покурить?»

Я кивнула, слабо улыбнувшись. Как же давно и нелепо это было. Мы нашли недокуренную сигарету на улице в Сфере и принялись ее «пробовать». Кажется, мне было лет семнадцать, а Дэйтону – только тринадцать. Он уже курил до этого, а вот у меня это оказался первый опыт. Было отвратительно невкусно.

«Вот и я о том же, – продолжил брат. – Сейчас ты держишь этот омерзительный едкий дым от сигареты внутри себя и не даешь ему выйти наружу».

– А ты философ…

«Всегда им был!»

Я засмеялась. Только что плакала, а теперь с трудом пыталась сдержать смех, чтобы не разбудить никого в этом огромном доме.

А ведь теперь нас тут было на одного больше. Блэк-говню…

«Лучше не обзывай его».

– Я же мысленно!

«Я почти уверен, что он умеет читать мысли», – театрально испугался брат, и я снова засмеялась.

А после ужаснулась. Не дай бог! Вдруг он и правда чертов телепат! Многое бы встало на свои места.

«Может, поспишь?»

Я помотала головой.

– Он снова придет, если усну…

«А вдруг сегодня монстр испугается Блэка в соседней спальне и не придет? Блэк-то пострашнее будет».

Я прыснула и с укором посмотрела на брата, который теперь полностью растворился в воздухе.

«Я рядом…» – послышалось в моих мыслях, но теперь я была в комнате совсем одна.

Я так и не уснула. Просто валялась на кровати и пялилась в потолок. Свет не выключала. Монстр никогда не приходил, если я не спала и было светло. Поэтому иногда я бодрствовала целую ночь, чтобы хоть немного отдохнуть от кошмаров.

В самом начале я спрашивала доктора, есть ли какие-то лекарства, чтобы вообще не спать, на что тот стал расспрашивать меня о причинах такого вопроса. Пришлось рассказать про монстра. Лорас внимательно выслушал, но «не спать» запретил. Сказал, что лишь во сне человек восстанавливался, и поэтому мне нужно было спать как можно больше.

Собственно, благодаря моим буйствам в первое время и последующему успокоительному, спала я много. Во снах с антидепрессантами я тоже не видела монстра, но с ними нельзя было шутить – так доктор сказал. Помню даже, пыталась открыть чемоданчик Лораса с лекарствами. Но, во-первых, Дэйтон наорал на меня в мыслях. А во-вторых, на чемодане стоял кодовый замок, и у меня ни черта не получилось.

Вот я и придумала пропускать некоторые ночи и бодрствовать до самого утра. Примерно раз в три-четыре дня. Помогало.

Я услышала, что дверь напротив открылась. Блэк проснулся. Так еще ведь ночь, даже рассветом не пахло! Бросив взгляд на часы, я удивилась. Он поспал всего два часа.

Села на кровати и уставилась на закрытую дверь. Войдет? Не войдет?

Я услышала шорох – он оставил что-то под моей дверью, – а потом раздались тихие шаги вниз по лестнице. Вскочив с кровати, приоткрыла дверь и огляделась. В коридоре было пусто, но внизу зажегся свет.

Посмотрела под дверь и нахмурилась. Вся моя аккуратно сложенная пижама лежала на полу, хотя до этого она валялась по всей комнате.

«Заботится…» – услышала шепот брата.

Я фыркнула. Блэк просто слишком чистоплотный.

«Или действительно заботится о тебе. Неужели так сложно это признать?»

«Иди в зад, Дэйтон!»

Тихонько прокравшись вниз, я обнаружила Блэка у кофеварки. Будто дежавю. Только костюм новый: черный, с белой рубашкой и белым шелковым галстуком.

– Я слышу те малочисленные шестеренки, что крутятся у вас в мозгу, мисс Ройс. Хватит прятаться, как крыса.

О боже! Похоже, он был еще злее, чем два часа назад.

Я вышла на свет, и он бросил на меня раздраженный взгляд.

– Почему не спите? – спросил Блэк, снова повернувшись к кофеварке.

– А вы?

– Не отвечайте вопросом на вопрос. Меня это бесит.

Ладно! Не дразни дракона, глупая Лекса!

– Я… не смогла уснуть… не хотела…

Он снова адресовал мне уничижительный взгляд.

– А по вашим воспаленным глазам не скажешь.

Я поджала губы и не ответила. Не буду же я рассказывать ему правду о монстрах и кошмарах?!

Блэк взял кружку и сел за стол. Никакой еды рядом не было.

Я подошла к холодильнику и достала блины, которые Мелисса приготовила с вечера. Она всегда оставляла завтрак на будущий день для меня и Лораса, так как вставала позже нас.

Приблизившись к Блэку на максимально безопасное расстояние, я протянула ему тарелку с блинчиками. Он бросил на меня такой презрительный взгляд, что мне захотелось извиниться за настолько ничтожный поступок.

Но потом он быстро протянул руку и выхватил тарелку из моих рук. Съев блины меньше чем за минуту, Блэк допил кофе, встал и ушел из дома, громко хлопнув дверью.

Я выдохнула. А день не обещал быть простым…

Возвращаясь в свою новую спальню, я не смогла удержаться и заглянула в бывшую.

Блэк вообще не спал. Я сразу это поняла, потому что никогда не заправляла постель, и сейчас она была ровно в том виде, в котором оставила ее вчера. Мелисса поначалу каждое утро приводила кровать в порядок, но я попросила ее не делать этого. Мне и так было неудобно, что они с доктором вечно прибирали за мной бардак, так еще и постель заправляли, как за маленькой. Естественно, сама я ее тоже не трогала. Мне было лень. Да и зачем?

Блэк даже не присел на нее – никаких вмятин на кровати не было.

Судя по сумкам на полу, я подозревала, что все два часа он просидел в жемчужном кресле и… что? Смотрел на кровать, в которой я прежде спала?

Жесть какая-то! Почему он так и не лег?

«Может, ты была права и чистоплотный Блэк побрезговал спать на белье, провонявшем твоим по́том?» – развеселился брат, но мне было не до смеха.

Быстро стянув старое постельное белье, я сходила за чистым в подсобку на первом этаже и застелила гигантскую кровать.

«Может, еще и вещи его развесишь?» – ехидничал Дэйтон.

Взглянув на сумки, я поняла, что не смогу сделать это, даже если очень захочу. Блэк уже все сделал сам, и теперь шкаф снова был заполнен брюками, пиджаками и рубашками. Не удержавшись, провела рукой по его одежде, и вешалки покачались от моих движений.

«Умоляю, только не нюхай его рубашки, а то это уже совсем будет попахивать дебилизмом…»

– Ой, да заткнись, Дэй! – буркнула я и ушла в свою новую комнату, прихватив пижаму с порога.

Провалявшись до семи утра, я встала лишь когда услышала шаги доктора по коридору и пошла за ним на кухню.

Лорас буркнул: «Доброе утро!» – и влил в себя чашку кофе.

– Думал, что мистер Блэк уже проснулся, – сказал док.

– Он не спал и уже ушел несколько часов назад.

Брови доктора взлетели вверх.

– Вы даже не поубивали друг друга за ночь?

– Как видите.

– Ну что ж… Кажется, начинается интересная жизнь!

– Тут я с вами соглашусь, – слабо улыбнулась я.

– А ты как поспала? – уточнил док. – Сегодня без кошмаров?

– Сегодня без кошмаров, – ответила я, потупив взгляд.

Врать не хотелось, поэтому я не договорила всей правды.

– Сегодня я уеду раньше и вернусь позже, поэтому пиши свои записки.

– Важные дела? – спросила я, когда вернулась с бумагой и ручкой.

– Не особо. Нужно заказать новые медикаменты из Фрилленгтона и летнюю одежду для нас с Мелиссой. Но на самом деле просто хочу прогуляться по городу. Вчера Пирс разрешил, но сказал, что только сегодня сможет сопроводить меня по окрестностям.

– А почему одному вам нельзя погулять?

Док выразительно посмотрел на меня.

А, ну да. Он же живет со мной, и мало ли на что я могла подговорить его. Побежит еще к каким-нибудь моим знакомым раскрывать страшные тайны моего заточения.

Забавно. И жаль доктора с Мелиссой.

– Простите… – промямлила я.

– Ничего критичного! Нагуляюсь вдоволь, когда вся эта история закончится, – улыбнулся док и ткнул пальцем в бумагу, которую я принесла.

Точно! Записки!

«Привет, пап! У меня все хорошо…»

Пока писала два письма, то несколько раз комкала и выкидывала листочки – нечаянно выдавала, что Блэк «вернулся» или «теперь живет со мной». Пирс ни за что не пропустит такие фразы через свою цензуру. Поэтому письма получились довольно короткими: мысли были забиты только ИМ, и я не могла придумать, о чем еще можно написать.

– Пора! – сказал док и подошел к двери.

Я подбежала к лестнице и подняла руки.

– Готов! – сказал док в рацию, и дверь открылась.

– Привет, – холодно сказал Пирс и сразу добавил: – С твоими все нормально. Пошли, док, времени мало.

На выходе доктор что-то вспомнил и обернулся ко мне.

– Забыл сказать! Можешь поплавать, если хочешь. Только обязательно заклей рану пластырем и не бултыхайся в бассейне больше получаса.

И док вышел с Пирсом на улицу, заперев меня в доме.

Взвизгнув от восторга, я тут же побежала в комнату за пластырем, нацепила его на бурый выпуклый шрам и помчалась на подземный этаж. К бассейну. Я вообще не включала мозг, чтобы хоть что-то проанализировать, поэтому со всего разбегу плюхнулась в бассейн бомбочкой… прямо в пижаме.

Вода была идеальной! Не теплой и не холодной! То, что доктор прописал, как говорится. Но в пижаме плавать было, мягко скажем, неудобно. Купальника у меня, конечно же, не было ни здесь, ни наверху, поэтому я, недолго думая, стянула с себя мокрые вещи и мирно принялась плавать голой туда-сюда, подныривая под невысокий водопадик.

Наверное, прошло больше получаса, и мне пришлось вылезти из райского бассейна, когда шрам под намокшим пластырем начал неистово жечь.

Размок. Черт! Надеюсь, док не заколет меня шприцами за это?

Схватив белое полотенце со стеллажа, я обмоталась им и пошла наверх. Мокрую пижаму я тоже забрала и закинула в подсобку по пути.

А дальше – по расписанию: обход дома, обед, фильмы, книги и ужин.

Док пришел как раз во время ужина. Удовлетворенный… Нагулялся.

Усевшись за стол, он протянул мне письмо от Джека.

– А где папино? – спросила я, насторожившись.

– Пирс уничтожил его. Видимо, Майкл написал что-то запретное.

– Хм.

– Кстати, его выпустили, – сообщил доктор.

– Папу выпустили из изолятора?

– Да. Ему предоставили дом.

– Поняла! Мы тоже сначала жили в таком. Вы навещали его?

– Конечно! У Майкла все хорошо. Завтра получит работу.

– Хорошо, спасибо, – улыбнулась я и успокоилась.

«Привет, Лекс! У меня новости. Хорошие. Меня выпустили на свежий воздух. Под прицелом десяти автоматов и в наручниках, но я смог пройти по внутреннему двору тюрьмы три круга. Скучал по воздуху. Снаружи почти лето. Надеюсь, скоро увидимся. Джек».

Отложив его записку с коварной улыбкой, я откинулась на спинку стула и закинула руки за голову.

Теперь это вопрос времени. Раз Джеку разрешили выходить на улицу, осталось только подождать, когда он подгадает идеальный момент и вырвется на свободу… А потом найдет меня и заберет в пещеру.