В тот день диссертационный совет завершился поздно. Шел десятый час вечера, когда Владимир Иванович переступил порог института и направился к автомашине. После кондиционированного воздуха аудитории улица показалась неимоверно душной. В Москве стояла аномальная жара – столбик термометра не опускался ниже 35 градусов, а заполнявший улицы бело-сизый смог превращал ее в невыносимо удушливое пекло – в Подмосковье горели торфяники, и едкая пелена дыма уже больше двух недель накрывала и без того раскаленную столицу.
Владимир Иванович завел автомобиль и сразу включил кондиционер. Он не часто ездил в институт на машине – проще было добираться на метро. Но в нынешней духоте машина была все-таки комфортней.
Несмотря на поздний час, на дорогах было полно машин. Зеленин минут двадцать дергался в пробке при выезде на Садовое кольцо, однако по самому кольцу вереницы автомобилей катили довольно споро. Он удачно проскочил Зубовскую площадь, без остановок миновал здание МИДа, туннель под Новым Арбатом… На пересечении Баррикадной с Кудринской площадью попал под красный сигнал светофора, расплывчатым пятном пробивавшийся сквозь дымку.
Ожидая зеленый свет, отчего-то с раздражением подумал об оппонентах, слишком многословно и пространно выступающих на советах. Оттого и заседания затягиваются допоздна…
Потом вспомнил, что пятница, люди стремятся вырваться из Москвы, подальше от городского смрада. Хорошо тем, кто выехал из столицы задолго до начала жары, как это сделал Володин…
От мысли о научном сотруднике у Владимира Ивановича заныло в груди. Мысленно он коснулся того, что на протяжении всего дня было реальной причиной его раздражения – что-то случилось с научным сотрудником. Сегодняшнее известие об его отсутствии в течение целого месяца грянуло для него, как гром среди ясного неба. Более всего мучило осознание, что он, профессор Зеленин, не придал значения тогда, месяц назад, раннему визиту своего коллеги и не обеспокоился его долгим отсутствием. А ведь Володин явно был чем-то озабочен. И, похоже, небезосновательно…
С этой тяжелой мыслью Владимир Иванович подъехал к дому, нашел свободное место для парковки, вырулил…
Поднявшись на лифте, сам открыл дверь квартиры ключом – сегодня тревожить жену звонком не хотелось.
Уже по тому, как муж вошел в квартиру, бросил на банкетку портфель и, в отличие от обыкновения отказавшись от ужина, сразу прошел в кабинет, Елена Владимировна поняла: произошло нечто особенное. Она вошла в кабинет следом. Подождав, присела на диван.
– Ты в порядке?
Владимир Иванович ответил не сразу.
– Представляешь, этот человек исчез…
– Ты о ком? – насторожилась супруга.
– Володин, наш сотрудник… Тот, что приходил утром, около месяца назад. Помнишь?
– Что значит – «исчез»? Он, кажется, уезжал в отпуск…
Владимир Иванович обернулся и отрешенно посмотрел на жену.
– Не в отпуск, а по личным делам… Сегодня справился в отделе – отпуска не брал, отпросился только на два дня. Но прошел месяц… В общем, исчез. Уже и полиции сообщили…
Елена Владимировна помолчала.
– Может, решил уволиться? А что говорит жена?
– Он не женат. Нет и родственников… И не увольняются просто так, без заявлений и печати. И потом…
Владимир Иванович помедлил.
– Что потом?
– Боюсь, с ним что-то случилось. Он сам намекал на возможность этого, но тогда я не придал значения. И кажется зря… В то утро он принес некую «семейную реликвию», просил подержать у себя пару дней, пока куда-то съездит. Но вот уже месяц…
– И что за «реликвия»? – осторожно спросила Елена Владимировна.
Зеленин выдвинул ящик стола и достал сверток.
– Это что? – спросила жена.
– Какой-то древний текст. На санскрите.
– И что в нем?
– Не знаю.
Елена Владимировна внимательно посмотрела на мужа.
– Быть может, все банально, и он объявится? Если нет – отнесешь в полицию…
– Не все так просто, Леночка…
– А, по-моему, ты все усложняешь.
Владимир Иванович укоризненно посмотрел на жену.
– Человек чувствовал некую угрозу, и она каким-то образом связана со свертком. Разве не ясно? Иначе зачем было так поспешно отдавать его мне, почти незнакомому человеку? И теперь, если предположить, что свершились самые худшие его опасения, я невольно становлюсь сопричастным к его исчезновению…
О чем-то подумав, добавил:
– Конечно, если причина его исчезновения действительно кроится в этом свертке…
– Эту вещь надо отнести в полицию, – тихо сказала Елена Владимировна.
– Ты считаешь? – неуверенно спросил Зеленин.
– Конечно!
– Тогда я вынужден предстать в качестве свидетеля… Может, вскрыть ее?
– Ни в коем случае! – решительно возразила жена. – Тогда станешь не свидетелем, а соучастником неизвестно чего!
Владимир Иванович посмотрел на сверток и медленно вернул его в ящик стола.
Елена Владимировна встала и вышла из кабинета.
– Завтра же отнеси! – донеслось уже из кухни.
Но через минуту она появилась в дверях с конвертом в руке.
– Пришло письмо от какого-то Фральцева…
– От кого?
– От «Фральцева Михаила Михайловича», – прочла она надпись на конверте. – Ты его знаешь?
– Кажется, да… Меня знакомил с ним Данилин.
– Вячеслав Владимирович?
Владимир Иванович кивнул.
– Этот Фральцев слушал мой доклад на Ученом совете. Потом пожелал познакомиться со мной. Через Данилина. Правда, я так и не понял для чего… Странная личность…
– Вот как? И почему?
Владимир Иванович пожал плечами:
– Трудно сказать… Мне его представили профессиональным антикваром, умным и деловым. Но, знаешь, он какой-то ненастоящий – дурацкие бакенбарды, слащавая улыбка, страсть говорить загадками… В общем, оставляет странное впечатление. В его присутствии чувствуешь себя как-то неловко. К тому же… Покажи-ка письмо, – неожиданно попросил он.
Елена Владимировна протянула мужу конверт.
– К тому же Володин упоминал некоего Фральцева, который якобы и направил его ко мне. Но сам Фральцев уверяет, что никакого Володина не знает.
Он развернул листок и вслух пробормотал:
«Уважаемый Владимир Иванович! Как и договаривались, высылаю приглашение Хагерта Мартина Марковича посетить с супругой его отель. Адрес и телефоны указаны в приглашении. О вашем согласии сообщите. Я все устрою. С глубоким уважением – М. Фральцев».
Дочитав, Владимир Иванович достал из конверта открытку.
– И кто этот «Мартин Маркович»? – спросила Елена Владимировна в то время, когда муж пробегал глазами по строчкам.
– Бывший ученик Данилина. Он, кажется, и познакомил Фральцева с Вячеславом Владимировичем…
Дочитав, Владимир Иванович поднял глаза.
– А что за «отель»? – спросила Елена Владимировна.
– Отель? Ах, да… Хагерт деловой человек. Чем занимается – не знаю, но имеет несколько отелей на юге…
– И что?
– Ну, и Фральцев предлагает отдохнуть этим летом у него, на берегу моря.
– И хорошо, давай отдохнем.
– Давай…
Неожиданно проиграла мелодия мобильного телефона.
– Володя, твой, – прислушавшись, сказала Елена Владимировна. – В прихожей, на консольке…
Владимир Иванович скрылся за дверью. Вернувшись, он уже прижимал телефон к уху:
– Алло!
Голос, который Зеленин узнал сразу, спросил:
– Владимир Иванович?
– Да… Слушаю.
– Это Михаил Михайлович Фральцев. Помните такого?
– Да, узнал. Легки на помине – только что с женой говорили о вас. Здравствуйте!
– Здравствуйте! Рад вас слышать, – сказал голос. – Владимир Иванович, вы получили приглашение?
– Да, хочу поблагодарить.
– Так вы приедете? С какого числа? – оживились в трубке.
– Пока не скажу, мы с женой не решили…
– Как решите – обязательно позвоните! Вас встретит Мартин и сделает все, чтобы вы хорошо отдохнули!
– Спасибо, Михаил Михайлович!
– Кстати, вы спрашивали меня о своем сотруднике…
Владимир Иванович изменился в лице:
– О Володине?
– Да, о нем. Я вспомнил, о ком шла речь.
– Так вы его знали?
– Встречался… Так что вы хотели о нем услышать?
Зеленин помолчал, раздумывая. Наконец, произнес:
– Михаил Михайлович, Володин пропал…
– Как пропал? Совсем? – после паузы спросил голос.
– Уже месяц, как о нем ни слуху, ни духу… Он говорил, что у него есть некая дальняя родственница. Может, он у нее? Вы случайно не знаете что-либо о ней?
В трубке молчали.
– Михаил Михайлович, вы слышите меня?
– Слышу… Она живет во Франции.
– Где?! – поперхнулся Зеленин.
– Во Франции, в Ницце… По просьбе одного человека я разыскивал ее, тогда же узнал и про Володина.
– Значит… это вы направили его ко мне и…
– Нет! – оборвал Зеленина голос.
Владимир Иванович смолк.
– Но вполне возможно, что Володин у нее.
– Во Франции??
– А почему бы и нет? У меня, кстати, есть ее телефон. Вам дать?
– Конечно!
– Сейчас, погодите, поищу… Не бросайте трубку.
– Жду…
Владимир Иванович спешно прошел к столу и, схватив первый попавшийся под руку карандаш, приготовился записывать. Но прошло еще несколько минут, прежде чем в телефоне вновь послышался голос Фральцева:
– Пишите: Марианна Бош. Номер телефона 33……. Записали?
– Да. Огромное спасибо!
– Не за что… Жду вашего звонка по отпуску!
– Ну, что? – спросила Елена Владимировна, как только муж отключил телефон.
– Представляешь, оказывается, родственница Володина живет в Ницце! Невероятно! Неужели он действительно подался к ней? Тихо удрал, балдеет, лежа на песочке, а мы здесь переживаем!
Зеленин облегченно вздохнул.
– Ты же говорил, родных у него нет, – напомнила Елена Владимировна.
– Вообще-то, он упоминал о дальней родственнице. Но ее никогда не видел… Черт возьми! – Владимир Иванович хлопнул себя по лбу. – Она же приглашала его к себе!
– А как же паспорт?
– Что паспорт? – не понял Владимир Иванович.
– Для загранпаспорта нужны, кажется, какие-то справки с места работы…
– Нужны, – подумав, согласился Владимир Иванович.
Он опустился на диван. Елена Владимировна села рядом.
– Действительно, в институте ничего про это не знают… Хотя паспорт у него мог быть. Но вот зачем ему надо было оставлять у меня сверток?
– Может потому, что его нельзя было перевозить через границу? – предположила Елена Владимировна.
Владимир Иванович встал и в раздумье прошелся по комнате.
– Значит, дело все-таки в этом проклятом свертке? Может, все-таки вскрыть его?
– Нет! – твердо возразила Елена Владимировна. – Лучше позвони родственнице.
– А если он не у нее? Только напугаем женщину…
– А если у нее?
Владимир Иванович запустил пальцы в тронутую сединой шевелюру:
– Однако вопрос… Может, еще сам объявится?
О проекте
О подписке
Другие проекты