Цитаты из книги «Пир»

только что увидел меня, тотчас сказал:

Аристодем? Кстати пришел, будешь вместе с нами ужинать. А если приход твой для чего иного, то отложи до другого времени. Я и вчера искал тебя, чтобы пригласить, да не мог найти. А почему не привел ты к нам Сократа? Тут, обернувшись, я увидел, что Сок

незваный, но что приглашен был тобою. – Идя вдвоем, – сказал он, – вместе и будем думать друг за друга, что говорить. Пойдем.

Итак, идя вместе, мы завели о том речь. Вот причина, по которой я, как и сказал вначале, не был готов к этому. И если теперь надобно рассказывать, то должно сделать это, потому что, кроме пользы, которую думаю получить, я вообще бываю чрезвычайно рад, когда или сам говорю что-нибудь о философии, или слушаю других. А что касается до иных речей, особенно каковы они у вас – людей богатых и предприимчивых, то вы надоедаете ими, и мне жаль друзей ваших, потому что, ничего не делая, вы думаете, будто что-то делаете. Может, и вы со своей стороны почитаете меня несчастным, и я полагаю, что ваше мнение с

– И хорошо сделал, – промолвил Агафон, – но где же Сократ? – Остался позади, сейчас войдет. Впрочем, я и сам удивляюсь, где бы мог он быть.

На пир к Агафону. Вчера я ушел с его торжества, испугавшись толпы, и обещал прийти сегодня. Так вот и принарядился, чтобы к хорошему идти таким же. А ты, Аристодем, как находишь намерение идти на ужин незваным? – спросил он.

– Не смейся, – прервал он, – а скажи мне, когда происходила эта беседа. – Происходила она еще во время нашего детства, когда Агафон, выиграв награду первой своей трагедией, на другой день приносил жертву благодарности вместе со своими хористами.

распространяет кротость и изгоняет дикость, с любовью одаряет благоволением и не любит выражать неблаговоление; он милостив к добрым, доступен мудрым, любезен богам, вожделен не имеющим его, верен получившим; он – отец роскоши, неги, удовольствий, прелестей, приманок, пожеланий; он – попечитель добрых и пренебрегатель злых; он в труде, в страхе, в желании, в слове – правитель, товарищ, защитник и добрый сберегатель; он – украшение всех богов и людей, прекраснейший и добрейший вождь, которому должен следовать всякий, кто хорошо восхваляет его и вторит той прекрасной песне, которую он поет, услаждая души всех богов и людей.

Он удаляет нас от отчуждения и сближает друг с другом, устанавливает все подобные нашему собрания

всякий, сколь бы ни был прежде необразован, непременно становится поэтом, едва прикасается к нему Эрот.