Цитаты из книг автора «Питер Мейл»

Полная финансовая катастрофа: долги за квартиру, по кредитным картам, всего и не перечислить. Не могу я взять и укатить на юг Франции. Сначала надо найти работу. Так-то, дружище.

Кроме того, ему хотелось проверить, насколько верны его воспоминания: так ли уж велик старый дом; сохранился ли в комнатах резковатый запах сухих трав и лаванды; те ли звуки слышатся там летним днем; хороши ли, как прежде, деревенские девушки.

Что можно узреть в этом фиале? Привядшие тюльпаны? Бетховенскую мудрую нежность? Многомерность, почти готическую… – Глянув на опешившего Макса, он ухмыльнулся: – Честно говоря, я и сам раньше не слышал столько чепухи, но истые ценители способны нести эту ахинею часами.

– Спален, кажется, шесть и две или три ванных комнаты. Ах да, еще был травяной теннисный корт и разные надворные постройки – сараи там, стойла всякие… Посреди двора старинный фонтан.

– Не волнуйтесь, – продолжал утешать меня Кристиан, – дня через два-три они вернутся и все закончат. До Рождества еще далеко. Не так уж и далеко, подумали мы. Жена предложила похитить собаку Дидье, которую тот любил, наверное, даже больше, чем бетономешалку, и держать ее в заложниках до тех пор, пока они не закончат ремонт. Отличный план, но невыполнимый, потому что Пенелопа не отходила от хозяина ни на шаг. Ну, если не собаку, тогда, может, жену? Мы были готовы на все.

Мы рассуждали часами, основываясь на собственном оптимизме и невежестве.

Он бросил в миску черного перца, две щедрые щепоти морской соли и вилкой растер все в крупный черно-белый песок. Добавил несколько капель темно-коричневого бальзамического уксуса, затем ливанул желтовато-зеленого оливкового масла. В завершение плюхнул туда же примерно чайную ложечку самой жгучей дижонской горчицы и, прижав м

– …и огромный, разделенный на секции чердак, который тянулся поверх всего третьего этажа…

Помню библиотеку с большим чучелом медведя, столовую, только мы ею не пользовались, всегда ели на кухне; еще помню огромную гостиную со сводчатым потолком, винный погреб…

Это дом, Чарли, дом. – Макс помолчал, вспоминая былое. – Очень старый, построен в восемнадцатом веке. По-моему, в тех местах такие называют bastide[5], то есть он всего на одну-две ступеньки выше рангом, чем крестьянское жилье. Просторные комнаты, высокие потолки, выложенные кафельной плиткой полы, большие окна, толстые стены. Помнится, в любую погоду в доме было прохладно. Но – вечный беспорядок. Дядя Генри не слишком обременялся домашним хозяйством. Раз в неделю приезжала на велосипеде милейшая старушенция и в перерывах между стаканчиками вина перегоняла с места на место кучки пыли. К обеду она неизменно напивалась до беспамятства и до вечера отсыпалась в чуланчике за кухней.