Цитаты из книг автора «Петр Вайль»

Он еще не устоялся, еще не завершен. Источник его энергии – внутренняя противоречивость. Поэтому в деятельном негодяе и просвечивает что-то человеческое.

Другое дело – Чичиков. Он – герой

Гоголь понимал, что из волшебного оцепенения нельзя вырвать Коробочку или Манилова. Прекрасные в своей цельности и завершенности, эти фигуры принадлежат эпическому времени. Они всегда остаются сами собой, как какой-нибудь Змей Горыныч

Чичиков – единственный герой поэмы, который знает, что и зачем делает: он шьет себе “шинель”. Тайна мертвых душ оказывается заурядной аферой, мелким жульничеством.

Нормален в “Мертвых душах” один Чичиков. Хотя вроде бы и у него есть тайна. Десять глав читатель, как и все персонажи книги, не знает, зачем Чичикову мертвые души. Но в последней, одиннадцатой главе выясняется, что чичиковская тайна – не настоящая: она имеет разгадку.

птице позволяет долететь до середины не такого уж широкого Днепра.

Гоголь проводит Чичикова сквозь строй истинно русских людей, каждый из которых – эпическая фигура. И Манилов, и Собакевич, и Коробочка, и Плюшкин – все они пришли из мира сказки. В них легко узнать Кощея Бессмертного или Бабу-Ягу. Они живут в фольклорном хронотопе, по законам той излюбленной Гоголем гиперболической поэтики, которая только редкой

дано ни в чем добиться успеха. Вечно у него все рушится в последний момент, никак ему не удается подрасти хотя бы до обещанного автором “подлеца”.

Однако маленький человек годится лишь для своей роли. И Чичикову не

Все оттого, что Чичиков на самом деле не столько ищет капитала, не столько ждет исполнения своих коварных планов, сколько надеется войти в человеческую жизнь – обрести друзей, любовь, тепло. Он хочет быть своим на празднике жизни, который устраивают в его честь “энские” горожане. И ради этого откладывается афера. Чичиков тормозит сюжет, примеряя то маску херсонского помещика, то наряд первого любовника.