из главных своих заслуг. А попытка провести честный аукцион по “Связьинвесту” развязала войну между “олигархами” и правительством и в конечном итоге стоила работы Чубайсу, Немцову, Коху.
Когда стало ясно, что по “Связьинвесту” планируется честный денежный аукцион, Березовский и Гусинский не могли понять, почему честность начинается именно с них. Раньше раздавали, и вот… Борис при мне говорил Анатолию Борисовичу: “Хотите честно? Отдайте нам “Связьинвест”, а потом уже начинайте. А то у Потанина – “Норильский никель” и СИДАНКО, у Ходорковского – ЮКОС, а мы?” Чубайс, однако, был непреклонен.
* * *
Хотя мы, не получив кусок “Связьинвеста” (а перед этим вовсе не допущенные до залоговых аукционов), и были в проигрыше, идеологически и практически я был полностью на стороне Чубайса. Во время залоговых аукционов, в реальность которых мы до конца не верили, я разругался со своими старыми друзьями-приватизаторами. А теперь – наоборот, я и мои партнеры были за них. С учетом отношений Чубайса и Немцова с Березовским наши отношения с Борисом неизбежно должны были охладеть. Что и случилось.