Цитаты из книг автора «Пенелопа Уорд»

– Ты обещала, что сможешь с эти справиться, Грета. – А потом едва слышно повторил: – Ты же обещала, мать твою. Мои губы задрожали. – Я думала, ты уехал, не попрощавшись. – Я пошел в свою комнату, чтобы Рэнди с Сарой не застали меня здесь, когда встанут. Они уже уехали. Я только что закончил собирать вещи. Я всхлипнула и поднялась с постели. – Понятно. – Я никогда бы не смог этого сделать… я имею в виду уехать, не попрощавшись… особенно после того, что между нами произошло. Мои глаза расширились. – А какая разница? Разве это что-нибудь меняет? – Конечно, не меняет. Не знаю, что и сказать… разве то, что прошлая ночь… очень важна для меня. Хочу, чтобы ты это знала. Я никогда не забуду все, что ты дала мне. Ничего из этого не забуду. Но, ты же знала, чем все это закончится. – Я не знала, что это будет так больно. Он стоял, засунув руки в карманы, глядя то в пол, то на меня. – Твою мать. Я тоже не знал. – Когда он потянулся ко мне, чтобы обнять, я попятилась. – Нет. Пожалуйста, не надо. Не хочу, чтобы ты ко мне прикасался. От этого будет только хуже.

– Не надо об этом думать, – выдохнул он почти мне в губы. – О чем? – О том, что сейчас занимает твои мысли. – Трудно от этого удержаться. – Я знаю. Что я могу сделать, чтобы ты чувствовала себя лучше? – Заставить меня забыть об этом. Он долго смотрел на меня, а потом мягко обхватил рукой мою шею. Похоже, он на ней помешан. Мне это нравится. – Я знаю, ты об этом уже говорила. Но ты действительно хочешь, чтобы я показал тебе, как я это делаю? – Да. – Не хочешь, чтобы я сдерживался? – Не надо осторожничать со мной на этот раз, Элек. Пожалуйста. Он целую минуту смотрел на меня, а потом сказал: – Повернись. Уже от одних этих слов у меня сразу же стало влажно между ногами. Я почувствовала, как его горячая сильная рука скользнула по моей спине, вызывая волну дрожи. А затем обе ладони легли на мои ягодицы и вслед за ними их коснулся его рот – я почувствовала легкий укус, затем еще и еще… – Я обожаю твою задницу, – прошептал он, обжигая дыханием кожу. Его слова заставили мои мышцы сжаться в предвкушении

Элек стоял на пороге, его грудь высоко вздымалась и опускалась в такт тяжелому дыханию. – Что случилось? Ты в порядке? – спросила я. Он стоял несколько секунд, глядя на меня в упор с таким выражением, словно сам не понимал, как очутился возле моей двери. – Нет. – Что произошло? В его глазах горел безумный голод. – К черту завтра. Прежде чем я поняла, что происходит, он обхватил горячими ладонями мое лицо, притянул к себе и впился губами в мои губы. Низкий вибрирующий стон вырвался из самой глубины его глотки, и я вобрала его в себя вместе со вздохом. Он прижался грудью к моей груди и втолкнул меня в комнату. Дверь за ним захлопнулась. Что происходит?

Рэнди был на редкость раздраженным в этот вечер и жаловался, что простой ужин из пасты и красного соуса никоим образом не могут удовлетворить его аппетит. Наконец, он резко поднялся и направился к буфету. – Грета, какого черта ты набила своими трусами банку из-под чипсов «Принглс»? – взревел он. Я раскрыла рот от изумления и быстро взглянула на Элека. Несколько долгих мгновений мы таращились друг на друга, а потом Элек громко фыркнул и отвел взгляд. Мы оба тут же расхохотались и смеялись как сумасшедшие, никак не могли остановиться. Мне так нравился его искренний веселый смех. Взглянув на сконфуженное лицо Рэнди, я засмеялась еще громче. Когда мы с Элеком, наконец, отсмеялись, он, продолжая улыбаться, тихо, так, чтобы только я могла его услышать, прошептал: – Ну, я же говорил тебе, что их нет в моей комнате. Рэнди со стуком поставил передо мной банку. Я заглянула туда и переворошила содержимое. – Но здесь не все! Элек моргнул. – Сохранил парочку лично для себя, – прошептал он с обольстительной улыбкой. Я закатила глаза и швырнула трусы ему в лицо, а он тут же натянул их себе на голову, как шапочку. Только мой сводный братец был способен выглядеть чертовски сексуально с женскими трусиками на голове. Он продолжал смотреть на меня с озорной усмешкой, и я почувствовала себя совершенно счастливой. Как же здорово, что я смогла привлечь его внимание, пусть и ненадолго.

подшучивать над тобой. – Что ж, замечательно. Очень рада, что могу тебя развлечь. Черт, черт, черт! Предательские слезы начали наворачиваться мне на глаза. Нет, пожалуйста, только не это! Но я ничего не могла с собой поделать, наступили те самые дни месяца, и у меня никак не получалось контролировать свои эмоции. Я попыталась прикрыть лицо руками, но поняла, что он все-таки увидел мои слезы. Его улыбка погасла. – Это еще что за дерьмо? Мне пришлось просто уйти. Я никак не могла объяснить ему свою идиотскую реакцию, тем более я и сама себя сейчас плохо понимала. Я резко развернулась и выбежала из его спальни, громко хлопнув дверью. Потом забралась в постель, натянула на голову одеяло и крепко зажмурилась, хотя и понимала, что заснуть сейчас просто не в состоянии. Дверь моей комнаты со стуком растворилась, зажегся свет. – Может, помиримся? – услышала я голос Элека. Я откинула одеяло, обернулась и к своему ужасу увидела, что он стоит с членом в руках. И не просто с каким-то членом. Это был мой собственный член. Мой вибратор. Мой фиолетовый резиновый пенис в натуральную величину. А Элек еще и помахивал им. – Слов нет, как я сожалею, что спер твой искусственный хрен… Я повернулась к нему спиной и спряталась от него под одеялом. – Эй, хватит. Ты что, серьезно там плачешь из-за этого? Я затаилась под одеялом, надеясь, что он просто уйдет, если я не буду ему отвечать. Я поняла свою ошибку только тогда, когда услышала щелчок и жужжание, а затем почувствовала, как Элек садится на мою кровать. – Если ты не улыбнешься, мне придется пощекотать тебя твоим дружком. Он прикоснулся вибратором к моему бедру, и я, вздрогнув, сбросила одеяло. Я попыталась схватить вибратор, но он его не отпускал и продолжал щекотать меня им, быстро проводя по спине, по ногам и ступням сзади. Я изо всех сил пыталась сдержать смех. – Сейчас же прекрати! – Даже не надейся. Мои попытки сдержаться потерпели полное фиаско, когда он засунул жужжащий вибратор мне под мышку

Грета: Прости, мне позвонил Бентли. Я забыла в его машине куртку, и он сейчас везет ее мне. Буквально через две секунды после того, как я отправила сообщение, раздался звонок. – Он настоящий козел. Ни в коем случае не пускай его в дом. – Он просто занесет мне куртку. – Позвони ему и скажи, пусть оставит ее на крыльце. – Я не собираюсь этого делать. Нет никаких причин поступать так. Что бы ни произошло между вами. Звонок прервался. Нет, он просто бросил трубку! И у него еще хватает наглости указывать мне, что я должна делать, ничего при этом не объясняя! Десять минут спустя входная дверь распахнулась, и я буквально слетела с дивана. В комнату влетел запыхавшийся Элек. – Он уже здесь? Какого черта! – Нет. А ты чего примчался? – Похоже, ты не обратила на мои слова никакого внимания. Так что у меня не осталось выбора, кроме как вернуться домой. – Если ты не собираешься объяснять мне, почему я должна держаться подальше от Бентли, как ты можешь ожидать, что я тебя послушаюсь? Он в растерянности провел пятерней по волосам. Раздался звонок в дверь, и Элек, оттолкнув меня, пошел открывать дверь сам. Лицо Бентли мгновенно лишилось всяких красок. – Что ты делаешь дома? Она же сказала, что тебя нет. Элек выхватил куртку из рук Бентли и захлопнул дверь перед самым его носом. А потом запер ее. – Я сама выйду к нему. Прочь с дороги. Он повернулся спиной к двери и сложил на груди руки. – Тебе придется пройти сквозь меня. И разве ты не слышала, как только что отъехала его машина? Этот гребаный мажор просто хлюпик. Я сделала несколько вдохов и выдохов, убеждая себя, что не стоит на этом зацикливаться. Как говорится, проехали. В действительности я совершенно не хотела встречаться с Бентли, но стремление Элека командовать меня жутко раздражало. У него не было никакого права вмешиваться в мою жизнь и руководить мной, тем более когда он сам закрылся от меня. Напряжение, повисшее в воздухе, стало невыносимым, и чтобы как-то разрядить обстановку, я вернулась к кофейному столику, на котором стояла коробка с китайской едой. Мы все это время молчали, пока я не решилась разбить лед. – Это еда из китайского ресторанчика на углу, хочешь? Элек, казалось, все еще сердился, но тем не менее подошел ко мне и, взяв контейнер из моих рук, принялся жадно поглощать содержимое. – Проголодался? А разве ты не ел на своем свидании? Он с шумом втянул лапшу в рот. – Не-а. – Она сильно расстроилась, что ты ее бросил? – Нет, – промычал он с набитым ртом. Облокотившись локтями на столешницу и подперев голову руками, я спросила: – Если ты не смог поесть на свидании, то что же ты там делал? – М-м-м… Райли захотелось пойти в боулинг. – Райли? Мне показалось, ты говорил, что ее зовут Кайли. Он виновато усмехнулся и засунул в рот спринг-ролл. – Упс. Не зная, как на это реагировать, я закатила глаза и потянулась за последним спринг-роллом, прежде чем он проглотит и его. – Знаешь, я тут хотела посмотреть фильм на Netflix[4], если хочешь присоединяйся. Он перестал жевать на мгновение и быстро взглянул на меня. – Да что с тобой не так, дьявол тебя побери? – Извини, не поняла. – Не важно, насколько дерьмово я с тобой обращаюсь, ты все равно пытаешься тусоваться со мной? Я закипела от возмущения, казалось, из моих ушей сейчас вырвется пар. – А никто не просил тебя являться домой сегодня вечером! Я вообще мечтала побыть дома одна. – Да неужели? Собиралась поваляться на диване со своим вибратором или типа того? У меня упало сердце. Мой вибратор! Вот черт! Он ведь тоже лежал в ящике для белья. Я забыла, что сунула его туда, после того как навела порядок в прикроватной тумбочке. Я давно им не пользовалась и совершенно про него забыла.

После того как их обоих отпустили, Элек направился к нам. Словно не замечая Виктории, он подошел прямо ко мне. – Пошли домой. Ты не сядешь к нему в машину. – Кем ты, черт возьми, себя возомнил, что пытаешься забрать к себе домой мою девушку? – К ней домой, ты, придурок

Виктория подошла к Элеку. – Какого черта ты на него набросился? Он сплюнул кровь на пол. – Не оставляй ее с ним наедине. Я оглянулась на Бентли. – Из-за чего все началось? Я не поняла. – Не из-за чего. Этот фрик просто набросился на меня с кулаками. – Ты гребаный лжец, – прорычал Элек и рванулся в его сторону, но мужчины, держащие его за руки, не позволили ему вырваться.

Что случилось с твоим отцом? Я проглотила мороженое и опустила ложку, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Его вопрос застал меня врасплох. – Он умер от рака легких в тридцать пять. Он курил с двенадцати лет. Элек закрыл глаза и коротко, словно сам себе, кивнул. Он, очевидно, понял, наконец, почему я терпеть не могла, что он так много курил. Он молчал несколько секунд, глядя на остатки мороженого в миске, а потом произнес: – Сочувствую. – Спасибо. Мы продолжили молча есть, пока от мороженого ничего не осталось. Элек взял миску, вымыл ее над раковиной, вытер и положил на полку. А затем просто вышел и поднялся к себе, не проронив больше ни слова. Я осталась сидеть на кухне в одиночестве, еще некоторое время прокручивая в голове эту странную совместную трапезу. Его интерес к моему отцу очень удивил меня. А еще я думала о том, как он облизал мою ложку и что я чувствовала, когда тоже ее облизывала после него. Мой мобильник тренькнул. Это пришла эсэмэска от Элека. Спасибо за твое гребаное мороженое. Оно было действительно очень вкусное. Когда я вернулась к себе в комнату, на моем комоде лежал аккуратно сложенный один-единственный комплект моего нижнего белья. Если это была его версия оливковой ветви мира, то я приняла ее

– Отдай их мне, – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Нет. Я их тебе не отдам. – Отдашь, черт возьми. Или я сейчас засуну руку под твою рубашку и вытащу их. Выбор за тобой. – Послушай, серьезно, зачем ты их куришь? Они же тебе вредят. – Ты не можешь просто так забрать то, что принадлежит мне. А впрочем, один черт – что мать, что дочь. – О чем ты говоришь? – Пойди и спроси свою мать. – Он тихо выругался себе под нос и протянул ко мне свою мускулистую, покрытую татуировками руку. – Отдай мои сигареты, – четко, разделяя слова, произнес он. – Не отдам, пока ты не объяснишь, почему ты только что это сказал. Она не украла Рэнди у твоей матери. Твои родители разошлись еще до того, как мама встретила Рэнди. – Это то, во что Рэнди заставил тебя поверить. А она в то же время еще, наверное, трахалась и с твоим отцом, верно? Бедный доверчивый ублюдок. – Не смей называть моего отца ублюдком, – разозлилась я. – Интересно, где же он был, когда его жена трахалась с моим отцом за спиной моей матери? Моя кровь вскипела. Он еще пожалеет о своих словах. – В двух метрах под землей. Мой отец умер, когда мне было десять лет. Он молчал какое-то время, в растерянности потирая виски, а потом впервые за все время нашего знакомства произнес тихо, без вызова: – Черт. Я не знал этого. Проехали? – Ты еще много чего не знаешь. Вот если бы ты просто поговорил со мной… Элек выглядел так, словно почти был готов извиниться