Цитаты из книг автора «Пема Чодрон»

когда заканчивается секунда, когда мы делаем выдох – все это смерть в повседневной жизни. Смерть в повседневной жизни можно также описать, как переживание всего того, что мы не хотим. Наш брак оказался неудачным, на работе все не складывается. Если мы взаимодействуем со смертью в повседневной жизни, это значит, что мы учимся ждать, расслабляться в состоянии неуверенности, паники, неловкости, когда у нас ничего не получается. И со временем мы перестаем звать на помощь няньку. Смерть и безысходность побуждают нас жить содержательной жизнью, наполненной состраданием. Но в действительности гораздо чаще наша мотивация заключается в том, чтобы держать смерть на расстоянии. Мы привычно отгоняем любой намек на проблему. Мы всегда пытаемся отрицать то, что перемены – это естественный ход вещей. Времена года сменяют друг друга, за ночью следует день. Время утекает, как песок сквозь пальцы

Трунгпа Ринпоче как-то читал публичную лекцию на тему «Смерть в повседневной жизни». Мы выросли в культуре, которая боится смерти и прячет ее от нас. Тем не менее мы постоянно с ней сталкиваемся. Мы переживаем ее в форме разочарования, когда у нас не получается то, что мы задумали. Мы переживаем ее, наблюдая за тем, как все постоянно меняется.

Мастер дзен Сюнрю Судзуки Роши сравнивал жизнь с лодкой, которая вот-вот отчалит в море и утонет. Но поверить в свою смерть очень сложно. Многие духовные практики призваны заставить нас относиться к смерти серьезно, но удивительно, как трудно к этому прийти. Единственное событие в жизни, в котором мы точно можем быть уверены, кажется нам невероятно далеким. Мы, конечно же, не заходим так далеко, чтобы утверждать; «Ни за что! Я не собираюсь умирать», потому что всё же знаем, что умрем. Но это точно случится не сейчас, позже. И это – наша самая большая надежда.

Мы отрекаемся от надежды, что наш опыт мог бы быть другим, а мы сами – лучше.

Страх и надежда возникают из ощущения, что нам чего-то не хватает, они происходит из ощущения бедности. Мы просто не можем расслабиться и быть собой. Мы цепляемся за надежду, а она лишает нас настоящего момента. Вместо того чтобы предаваться мыслям о собственной несостоятельности, мы могли бы признать, что прямо сейчас чувствуем себя как кусок дерьма, и не делать вид, что всё в порядке. Так мы проявили бы сострадание к себе. Так мы проявили бы храбрость. Мы могли бы почувствовать, как это дерьмо пахнет, потрогать его и рассмотреть его текстуру, цвет, форму. Мы можем исследовать природу этого куска дерьма. Мы можем узнать природу неприязни, стыда и смущения и больше не считать эти ощущения чем-то неправильным. Мы можем отбросить надежду на то, что где-то есть лучшее «я» и оно однажды появится.

В тибетском слово «надежда» звучит как рева, а «страх» – это докпа. Но чаще всего используется слово ре-док, сочетание этих двух слов. Страх и надежда подобны двум сторонам одной медали. Если есть надежда, значит, есть и страх, и наоборот. Этот ре-док – корень нашей боли. В мире, где царят страх и надежда, нам всегда надо переключить канал, изменить температуру, сменить музыку, потому что нам становится некомфортно, беспокойно, что-то начинает болеть – и мы продолжаем искать альтернативу. Для нетеистического ума отказ от надежды – это начало начал.

. Вот у вас была хорошая нянька, а сейчас ее уже нет. Нетеизм означает понимание, что не только няньки приходят и уходят. Это свойство жизни в целом. Это истина, и это неудобная истина. Но для тех, кому необходимо за что-то держаться, жизнь еще более тяжела. С этой точки зрения теизм – это зависимость. Мы все испытываем зависимость от надежды на то, что сомнения и страдания однажды исчезнут. Это болезненно сказывается на обществе. Если большинство его членов зависимы от надежды обрести почву под ногами, такое общество оказывается не очень-то сострадательным.

Наивно считать, что можно получить все и сразу. Попытки обрести неизменное чувство безопасности тщетны.

В этом суть медитации. У нас возникают разнообразные мысли, но вместо того, чтобы подавлять их или подпадать под их власть, мы признаем их и отпускаем. Потом мы возвращаемся к настоящему моменту и пребываем в нем. Как говорит об этом Согьял Ринпоче, мы просто «возвращаем ум домой».

Именно в этот момент возникает нежность. Когда у нас ни в чем нет уверенности и ничего не получается, мы можем осознать, что находимся на грани чего-то важного. Мы можем осознать, что это очень уязвимое и нежное состояние и что у нас есть два пути. Можно закрыться и позволить обидам наполнить нас, а можно погрузиться в это трепетное состояние. В этом состоянии невесомости, отсутствия опоры, определенно есть что-то нежное и мягкое. Это своеобразное испытание, которое должен пройти духовный воин, чтобы пробудить свое сердце. Иногда мы оказываемся в этом состоянии в результате болезни или смерти близкого человека. Мы переживаем утрату – любимого человека, своей молодости, самой жизни.