Цитаты из книг автора «Пег Стрип»

Важно, что самосострадание не имеет ничего общего с жалостью к себе, поскольку жалость сосредоточивается на «я», отделенном от других, и укрепляет восприятие в духе «ах, я бедняжка, никто так не страдал».

ить») или экстраполяция действий и языка тела («Мамочка кричит на меня, потому что я плохая») оказываются тяжким грузом для юной личности и в большинстве случаев источником неверия в себя и даже ненависти к себе. В некоторых семьях вина перекладывается более тонкими способами, неявно, но на дочери все равно лежит обязанность утверждения, объясняющие, почему она нелюбима.

Последние 25 лет я пытаюсь избавиться от голоса матери, звучащего в моей голове, — голоса, твердящего, что рано или поздно все вокруг поймут: я не та, кем кажусь. Эта пластинка до сих пор крутится, когда я волнуюсь, но чаще всего мне удается заглушить ее и не обращать на нее внимания.

для женщин катализатором сближения является общение, а для мужчин — совместная деятельность.

Большинство понимающих во всех прочих отношениях друзей и возлюбленных, особенно если сами они имели любящих или хотя бы терпимых матерей, в этом вопросе оказываются глухи. По их мнению, все просто не может быть настолько плохо, как вы рассказываете

наличие близких друзей коррелирует с психологическим здоровьем на протяжении всей жизни, а также, что особенно важно для нелюбимых дочерей, дарит чувство сопричастности, которого им так не хватает.

аться одной из тех счастливиц, которых мамы берут с собой за покупками и осыпают воздушными поцелуями из окна машины. Во взрослой жизни лишь немногие поймут ее историю в силу культурного мифа о безусловности материнской любви. Ее ждут отклики вроде «теперь-то у тебя все в порядке» или «ты преувеличиваешь», что лишь усугубляет ее одиночество. Размер семьи, судя по всему, не имеет значения: единственный ребенок не более одинок, чем тот, кто имеет братьев и сестер, к которым мать относится иначе.

Я одинока испорчена, ужасна и чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше. В подростковые годы потребность поделиться проблемой блокируется стремлением быть как все; она хочет ка

она возьмет на себя ответственность за отношение к ней матери.

особенно если дочь похожа на отца, напоминает о нем матери или ведет себя как «предательница», желая общаться с ним и его родственниками. Так случилось с Джоди (35 лет): «Папа ушел, когда мне было шесть, и женился снова через считаные дни после оформления развода. Мать обвиняла меня в его уходе. Она говорила, что, если бы я не требовала так много ее внимания, он не чувствовал бы себя заброшенным. Я верила ей долгие годы и тащила на себе ужасный груз вины. Хуже того, она заставила меня чувствовать себя негодяйкой, потому что я любила папу и хотела видеться с ним. Вы не представляете, какая это была пытка. Мне помогло то, что я уехала в колледж, и в кабинете психотерапевта ощущение, что я несчастна, наконец оставило меня. Это было спасением».