Глава 7

В миг, когда у мамули закончилась дробь и картечь,

А Татьянина ручка колоть и лупить подустала,

Я захлопал в ладоши, как в зрительном зале сиречь,

И кусты бузины зашуршали, узнавши сигнала.

Я забыл вам сказать, что кусты были рядом со мной,

И рояль содержали в порядке внутри подпространства,

И, когда я захлопал, их ветки – одна за одной -

Затрясли, будто бы на ветру, своим белым убранством.

По хлопку мой рояль свое место в квартире занял,

И я сел на банкетку, откинув рукой полу фрака,

И на память, без нот, я мазурку тогда заиграл,

И внезапно в окне прекратилась жестокая драка.

Моя мама без сил опустила пустое ружьё,

Таня села на пол, прислонившись спиной к батарее,

А секунду назад еще лезшее в окна зверьё

Вдруг испуганно прочь полетело от нас поскорее.

Но успели не все: лишь последние, первыми став,

Отлетели от нас на достаточное расстоянье,

Остальных же догнал яркий свет, на куски разорвав,

И куски те упали на землю в том ярком сиянье.

А потом на меня вдруг обрушился текстовый шквал

От Системы скупых сообщений о левеле взятом,

Взял шестой я сейчас, ибо раньше, конечно, стоял

Я на уровне, как вам известно, на пятом.

Мне Система, поздравив, опять предложила избрать

Новый скилл: Боевой Горный Марш иль Целительный Танго

Первый дружеских воинов может на бой вдохновлять,

А второй может даж отрастить вам у пальца фалангу.

Я, подумав, избрал этот танго: ведь мало ль когда,

Коль откусит коварный злодей милый пальчик Татьяне,

Я сыграю "Кармен" ей сюиту и пальчик тогда

Отрастет у нее, как и был, и затянется рана.

Глава 8

Мы заночевали в соседней квартире

Где было еще не разбито окно,

Да дверь была крепче – стальная в армире -

С замком и засовом стальным заодно.

Татьяна над дверью недолго возилась:

Открыла отмычкой, ее прокачав,

И вскоре семья наша там поселилась,

Совместную жизнь постепенно начав.

Точнее, не жизнь, а скорей выживанье:

Не знали мы точно, как много людей

Свой ум сохранило от зомбосъеданья.

На счет этот мы не имели идей.

На кухне нашли мы сухие продукты:

Крупу, колбасу и копченый сырок.

А вот в холодильнике мясо протухло,

Ведь без электричества это не впрок.

Зато на газу мы сумели сварганить

На водопроводной воде кофеёк,

А с нашей квартиры смогли притаранить

Батон с колбасой и армейский паёк.

В нем клёвый горох был в квадратных брикетах -

Его растворили в кипящей воде -

И в этот бульон напихали галеты,

Чтоб было сытнее на этой бурде.

Потом мы по очереди на кровати

Поспали по двое, а третий – в дозор!

И мы не стеснялись – с какой это стати?

Когда вокруг зомби, стесняться – позор!

Глава 9

Наутро мы покинули наш дом.

Нам надо было дедушку спасать.

Ну или хоть узнать чего о нём:

Живой он, или вышло ему стать

Безмозглой этой нежитью, и вот

Бредёт теперь по улицам Рублёво,

Ища во чью бы впиться жадно плоть,

И чьей живой напиться тёплой крови.

Мы вышли из квартиры и пешком

Спустились из подъезда по ступеням:

Мамуля – поводя дробовиком,

А Таня – впереди, шепча по фене

(то классовый экспертный наговор,

Что помогает сосредоточенью,

Но он годится лишь для класса "ВОР",

А нам он не поможет, к сожаленью).

Но тихо было: ни души окрест,

Ни зомби, ни химера, ни скелет -

Никто не оглашал сих мирных мест,

И вовсе никого тут, видно, нет.

Но Таня почему-то, резко встав,

Рукою знак нам "стоп" подать успела,

А после в "хайд" ушла, из глаз пропав,

Хоть я еще не понял, в чем тут дело.

А через две секунды раздался

Из-за угла протяжный вой гнусавый,

И в тело штырь (как понял я) впился,

И начался там бой, похоже, правый.

Мамуля поспешила до угла,

А я же щелкнул пальцами привычно,

И мой рояль посреди дня бела

Возник на тротуаре гармонично.

Раздался выстрел, следом и второй,

И визги раздалися из-за дома,

А я пюпитр поправил пред игрой

И заиграл мотивчик тот знакомый,

Который с ранней юности любил,

Который поднимал мне настроенье.

И мой рояль свой звук соединил

Со звуками нещадного сраженья.

Вот мамочка моя из-за угла

Возникла, пятясь, яростно стреляя,

А следом Таня мчится, как стрела,

Отчаянно виляя и петляя.

А следом прёт ревущая толпа

Уродов грязных и зеленокожих,

В них каждый выстрел мамочкин попал,

И Танечкин удар попал в них тоже.

Но их наверно сотни полторы,

А Таня с мамой с дюжину убили,

И даже мне от огненной игры

Не победить: не хватит суперсилы.

Поэтому я грянул полонез

И до Рублево нам портал открылся.

Мамуля, Таня – следом я полез,

И от врагов едва-едва укрылся.