Мы оба улыбнулись, и приступили к обычной отельной рутине. Я получил лист с заданием на весь рабочий день, взял ключ-карту, дект телефон – внутреннюю коммуникацию, и вышел прочь, на поиски труда и обороны отельной крепости.

Не знаю, как меня сюда занесло, я имею в виду, профиль этой должности, но видимо все мои действия уже были доведены до автоматизма. Причем, и ум совершенно не противился обслуживанию людей. В прямом смысле этого слова. Судя по листу нарядов, моя должность была очень плотной, по внутреннему ведению дел. Я выполнял абсолютно всю грязную, и не очень работу. На мне была сортировка и доставка белья. Уборка помещений. Вывоз мусора. И даже, наряду с этим, выполнение личных просьб отдыхающих. Иногда, очень личных и возмутимых для пижонского настроения.

Почему, я не до конца понимал, как меня в это заведение занесло? Все очень просто. Я, несмотря на мой юный возраст, успел получить богатый багаж знаний, образований, и практики различных профессий. Это ясно хранилось в моем разуме. Пусть смутно, но все же.

– Что ты на этот раз придумал, неугомонный, раз привел меня в это место, пахать, как раб? – Спрашивал я сам себя, в тоже время, не противясь текущей работе.

День обстоял так. Я получил устный список белья, что должен был забрать из прачки. Перед этим, погрузив все грязное белье, в том числе и зловонную ветошь в местный электро-автомобиль, именуемый карт. Параллельно, умудряясь обойти закрепленную территорию. Где мне необходимо было подмести и помыть полы, как снаружи, так и внутри. Вытереть пыль со всех поверхностей. Опустошить урны от бычков, вытирая смачные плевки постояльцев. Моя территория – это главное здание, гостиничный комплекс среднего класса, уличный панорамный лифт, поварская обитель, складские помещения, административное здание, вип бунгало у моря. И это только обязательные места при утреннем, дневном, и вечернем обходе.

А вот дальше, начиналось самое интересное. Как только я привозил с прачки чистое белье, разнося его по этажам. Мне тут же начинали поступать звонки с различными поручениями. А это уже абсолютно вся территория отеля. Любые службы этого заведения могли меня призвать на помощь. И только мой супервайзер стоял у них на пути. Хотя это мягко сказано. Обычно наши милые начальницы с легкостью отправляли меня на помощь всему белому свету. Я уже молчу про окна всего отельного комплекса. Они были неукоснительно закреплены за хаусменами, то есть, за мной. А как говориться, пять звезд сверкают от своего блеска. Ну и мое любимое, – при грандиозных собраниях, фуршетах, праздниках, и знаменательных событиях, я мчался, как супергерой на расстановку мебели под пожелание гостей. А это обычно, вытаскивание всей имеющейся мебели, и втаскивание совершенно другой. Благо, тут задействовали все службы, где имелись особи мужского пола. Чтобы вы понимали, помещения имели строение залов для проведения бала любого масштаба. Вплоть, до встреч на государственном уровне.

Конечно, я справлялся, раз продолжал здесь работать. Не хочу показаться героем, поэтому признаюсь, что иногда меня можно было выносить вперед ногами через КПП, как старый прокисший труп. Но в основном, это было не так. К концу смены появлялись новые силы, которые просто кричали, что скоро свобода! И последнее боевое действие, связанное со сдачей своего поста, пролетало на одном дыхании. Грязное белье с мусором, параллельно с подготовкой помещений, вывозились одновременно, и с легкостью мира волшебников.

И что начиналось дальше? А все очень просто, я попадал в рай! Душ, гражданская одежда, милый поход до дома, все это вводило меня в умопомрачительный экстаз жизни!

– Теперь-то я понимаю! – Говорил я сам себе, добираясь до дома. – Почему ты сам себя загоняешь в подобные трудности. Видать, ты потерял вкус к обыденной жизни, как все те бедолаги, которые бросают свою родину, семьи, уют, богатство, и отправляются в мнимые приключения. Вроде поездки в Индию. Подобные стимуляторы помогают заново обрести счастье от малого.

Не знаю, как так получилось, но этот день закончился. Пришли сумерки, а я довольный и опустошенный направлялся домой. Человеческая память ко мне не вернулась, ну именно та память, которая связывала все мои личности от рождения в этом узнаваемом теле. Но несмотря на это, я точно знал, куда меня несут ноги. Вернее, не мой ум, а именно ноги четко осознавали эту информацию. Именно поэтому, они с такой легкостью вышагивали нынешнее направление.

Город был поистине великолепен. Чувствовался шарм курортного царства. Нос, просто-напросто, прошибал чудесный аромат здешней зелени. А про благоухание цветов я вообще молчу. Откуда-то снизу доносился легкий ветерок, скрывающий в себе слабые нотки запаха моря. Черное, как бездна небо кокетливо заигрывало своим нарядом из звезд. Они, словно отделялись от него трехмерной иллюзией, демонстрируя свой мерцающий танец. Людей было мало, что странно для курортного рая. Хотя прохожие, в виде собак разных пород, встречались очень часто. Будто это был один огромный питомник. То поодиночке, то стаями, они гордо и счастливо пробегали мимо. И казалось, что каждая из этих собак подмигивает, демонстрируя улыбку. Мол, улыбнись в ответ, ведь жизнь прекрасна! Что я, собственно, и делал. Мне казалось, что моя мощная улыбка растягивалась до такой степени, что поворачивала голову. По краям дороги стояли шикарные особняки, как бы обнимая бесчисленные отели. О, этих здесь была просто тьма. Разных форм, строений, и изыск. По их виду можно было сразу определить количество звезд. И не потому, что я сам работал мальчиком на побегушках, в одном из таких, и изучил всю структуру изнутри. Все было очевидным. – Масштаб территории, наличие парковой зоны, и конечно же архитектурная задумка. Чем красивее здание, тем сильнее оно тянулось к небу, к этим самым звездам.

Ноги привели меня в частный сектор. Причем с одной стороны, он был похож на полноценный коттеджный поселок, а вот с другой, на заросшие джунгли. Я подошел именно к густым зарослям. На окраине чащи стоял заборчик с калиткой. Я машинально достал ключи, даже не заметив, из какого кармана. Дверь распахнулась, и моему взору открылась картина прошлого. Маленькие деревянные домики, старого курортного типа, ютились, чуть ли не толкаясь друг с другом. К каждому крылечку этих хижин, вела бетонированная тропка. Посредине всего этого великолепия рос огромный вековой клен. Казалось, он превосходил по размерам весь этот заброшенный лжепарк. Местами, на земле, лежали его давно обломившиеся ветки. Которые были гораздо больше, по соседству растущих деревьев. Возле каждого домика стоял красный газовый болон. По двору бегал довольный, и немного бешеный пес. Но мы с ним сразу же подружились, хотя это относилось только ко мне, он же явно меня узнал. Его огромные, но мягкие лапы с легкостью доставали до моей груди, барабаня по ней ритм счастья.

Я открыл дверь одного из домиков, будучи подсознательно уверенным, что это именно мое жилище. Когда я прошел внутрь, я сильно удивился. Нет, не ветхим состоянием, там был сделан более-менее приличный ремонт. Я поразился масштабам этого приюта для меня. Это была комната, в которой находилось абсолютно все, душ, спальное место, обеденная зона, которая еще являлась и кухней, и кое-какая мебель. И при этом, если бы я лег, то мог бы дотянуться руками и ногами до противоположных стен, в любом направлении.

– Шикарно, – засмеялся я, имея в голосе звонкий, ироничный смех.

Я присел на кровать, спустил шорты до колен, как это делают многие уставшие после работы люди, и замер, отключившись на неопределенное время.

После продолжительного отключенного состояния. Я встал, приготовил холостяцкий пир на одного. Почему пир? Да ведать, я отрывался перед голоданием. Я еще пока не знал, что это был за мудреный «пост». Но я точно был уверен, что питался по графику два, через два. Да, именно, вы не ослышались. Я ел два дня, а потом два дня находился на воде. И так целый человеческий год. Можно сказать, полгода без пищи. Я заранее забежал вперед, а вот сам процесс голодания, и для чего он мне нужен был, опишу позже, когда книга позволит раскрыть самовспоминание.

Я покопался в ноутбуке, нашел фильм в интернете. Все это я делал автоматом, словно уже выработал систему. Завалился на кровать, предварительно разложив разнообразную жрачку. И отключил напрочь ум. Я просто-напросто жевал и смотрел. Нет, я знал, что у меня бывают моменты, когда я легко и со вкусом воспринимаю информацию. Но скорее всего к этим моментам относилось, как раз-таки голодание.

Затем я, как набитая до краев бочка встал, убрал все объедки в мусорное ведро, разложил постель, и мертвецки заснул.

Ночь прошла в пустоте. Видать, организм был занят перевариванием пищи. Именно поэтому, мозг ленился фантазировать сны.

Утром… Хотя, о чем я говорю. Днем, мое тело поднялось, как заведенный механизм. Я выполнил ряд дел в автономном режиме, заправил постель, убрался в комнате, помыл полы, вытер пыль, натер до блеска посуду. И приземлился за ноутбук. Тело как-то сразу заиграло по-новому. Я повеселел, что ли… Когда я набрал из подсознания пароль на компьютере, мне открылись воспоминания.

– Я писатель! – Восторженно произнес я.

Это стало понятным, по множеству папок с напечатанными файлами. Каждая папка имела свое смысловое название. Это были рассказы, стихи, умозаключения. И даже, уже выпущенные в тираж книги.

Тут я понял, что уже не в силах остановить себя. До самого вечера, я одновременно выполнял тысячу манипуляций. Писал новую книгу, новое стихотворение, редактировал предыдущие. Выставлял готовые на странички социальных сетей, и на свой сайт. Такого напора от себя, я еще не видел! Так действовало чистое и мощное намерение – желание без копаний и осмысления, но с истинной работой над желанной целью.

Видать когда-то, я заложил наисильнейший фундамент в свое творческое начало. А теперь строил и сам дом порыва души. И самое, что интересное, мне это безумно нравилось. Будто я исполнял то, зачем пришел в этот мир. То, о чем все мечтают, но отказываются из-за судьбы. – Тюрьмы внутри себя.

Я словно операционная система, запустил процесс осознания. Недавно странный и вареный, я включил разум и сердце на наивысшую степень работоспособности. Передо мной открылись все воспоминания моего творческого процесса. Мои изначальные задумки – вспышки вдохновения, процесс написания каждой строчки, мечты о читателях, поклонниках. Я мог мысленно проследить за каждым звуком своих изначальных фантазий, о искреннем желании издавать свои думы в свет.

Ближе к ночи, я открыл для себя еще один секрет своих творческих увлечений. Когда я немного насытился писательством, на глаза попались папки с фотографиями и видео материалами авторского посыла.

– Я оказывается занимаюсь фотографией и съемками видео! – Восторженно воскликнул я.

Я тут же повернул голову в сторону рюкзака, стоящего по-сиротски в углу. Молниеносно приблизился к нему, открыл, и засмеялся, как маленький ребенок. Рюкзак был напичкан аппаратурой для съемок.

– Да, – пробормотал весело я, – подошел к делу основательно.

Я продолжительное время рассматривал гаджеты, потом закрыл рюкзак, и вернулся к ноутбуку. После просмотра файлов с фото и видео материалами, я сразу же начал процесс редактирования видео. Это были нарезки, которые я монтировал в один фильм, вставляя музыку. Причем, мой процесс ненадолго прервался, когда я увидел папку с названием: «Моя музыка». Открыв ее, я удивился еще больше.

– Так значит я еще и музыку пишу. – С мощным счастьем в голосе, сказал я.

Музыка была электронная, и писалась в аудио редакторах.

– А как же насчет живой мелодии? – Спросил я сам себя.

Мой взор направился к стене, где стояла гитара.

– О, еще одна приятная новость! – Защебетал я, как довольный птенец.

Я присел на кровать, взял гитару в руки, легким движением отстроил звучание. И из гитары полилась музыка. Нет, не то, чтобы виртуозно. Скорее всего коряво, но по-своему прекрасно.

– Значит, я на стадии обучения! – Подбодрил себя я. – Как в принципе, во всем моем творческом излиянии.

Потом, я обратил внимание на файлы с надписью голос. Я открыл их, и моему взору распростерлись записи с моим вокальным исполнением. Возможно, я бы сразу и не понял, кто исполнитель, не узнав свой голос, но аудиофайлы были подписаны. Тем более, я нашел папку, в которой хранился блокнот со стихами, это говорило о том, что я еще, и автор текста к песням.

– Теперь, я точно сражен наповал! – С огромным почтением обратился я к себе. – Что это такое? Что могло случиться, что ты кардинально изменил свою жизнь, свой разум и сердце? Откуда столько творческого порыва? Неужели твой ум накопил столько знаний, что это просто-напросто выплескивается из тебя?

Я затих в изумлении.

– Почему я не помню этот самый пик, когда мир перевернулся? – Продолжил я разговаривать сам с собой.

Я понимал, что во мне есть все, что и в каждом человеке, и даже непомерный талант. Над которым необходимо всего-навсего работать. Только вот в голове не укладывалось, когда прошла эта работа, которая, собственно, и не прекращается по сей день.

– Как я все это упустил? – Чуть ли не взвизгнул я. – Ведь сам процесс – самое интересное в жизни!

Я немного успокоился, когда со мной заговорил мой внутренний голос, как бы отделяясь от моей сущности. Он поведал мне, что сработало чистое намерение. – Исполнение желания, без обсуждения тонкостей. А сам процесс – путь (обсуждение тонкостей) забылся по той причине, что я немного устал от этого. Как бы взгляд замылился. Вроде новых ботинок, которые еще блестят новизной, но сидят на ноге незаметно, без явного восхищения, как при покупке.

– Не торопись, и не переживай! – Продолжал мне объяснять внутренний голос. – Этот путь бесконечен. Творчество не знает границ, ровно так, как и сам процесс обучения. Тебе предстоит заниматься этим целую вечность. Ты увидишь пройденный путь, заново смакуя его, настоящий, и тот, что еще предстоит пройти. А легкое забытье – это искажение твоего разума, в котором сейчас соперничают, привычная реальность, и новая, волшебная – творческая. Но поверь мне, они рано или поздно договорятся. И ты обретешь свое единство. Просто, наберись терпения, и следуй своему пути!

Не знаю почему, но я был твердо уверен, что это действительно начало нового пути. И передо мной стоят дороги, ведущие к новым мирам. Которые, собственно, мне предстоит открыть – создать!

Сутки пролетели незаметно. Я узнал из звонка от коллеги, что работаю в отеле два, через два. А значит у меня еще были в запасе целые сутки радости и творческого счастья. Я не ел ничего, за исключением жидкости, в основном это была вода. И мне теперь было понятно почему, это помогало ясно сосредоточится на творчестве, без лени и желания расслабиться. Мой мозг работал в усиленном режиме, не обсуждая, и не имея страха и сомнения. Иногда, я выходил во двор подышать воздухом. Хотя, за все время, это был всего лишь один раз.

За дверью постоянно играла симфония природы. Доносились звуки животных, людей, и даже насекомых. Хотя последних, и в комнате было предостаточно.

Я не осознавал времени суток, так как мои шторы наглухо были закрыты. И что странно, у меня не было явной потребности к солнцу. Я настолько был поглощен своим детищем, что внешние факторы меня совсем не беспокоили.

Это была настоящая вереница дел. Я параллельно выполнял все, что только мне открылось для разума. Я пел, плясал, играл на гитаре, снимал видео у хромакея, редактировал видеофрагменты, сочинял музыку в аудио редакторах, писал стихи, продолжал написание книги. В общем, я растворился в творчестве целиком и полностью.

Голодание давало о себе знать. Нет, не так, как это многие смогут себе представить. Я не отождествлял пищу с жизненной необходимостью, или с состоянием тела. Она играла для меня роль эйфории. А точнее сказать, ее отсутствие. Как например, при алкоголе или наркотиках. Я испытывал легкое блаженное помутнение, которое не мешало мне творить. А даже наоборот, очень сильно помогало. Вроде вспышки озарения. Причем, отсутствие приема пищи, отбрасывало и сон. Не совсем конечно же, я спал пару тройку часов. Но, думаю, для обычного человека, это сверх нормы своих возможностей. И в этом мне помогала душа, которая просто-напросто пела от порыва приятных мыслей – созидания. Кстати, и начало – первую часть этой книги, я писал именно в те мгновения.

Я был похож на нищего бродягу в материальном мире, и на счастливого творца в мире вдохновения.

– Да, – чуть ли не напугал я сам себя своим ответом на телефонный звонок. Я даже не заметил, как достал телефон, и нажал на кнопку вызова.

– Привет дружище! – Раздался знакомый голос.

Я сразу же узнал Альберта, своего друга. Мы часто разговаривали по телефону, после моего затяжного отъезда из родных мест. Мы являлись друг другу некими гуру. В определенные моменты, выслушивая свои личные истории, находя слова поддержки и психологического анализа. Тем более, что мы прошли длинный и совместный путь просветления в лабиринтах мироздания. Для простого обывателя, поясню – мы часто и изощренно копались в своих мыслях – мозгах. Может быть, это было связанно с определенным возрастом, или с угасанием интереса к обыденной жизни, но одно могу сказать точно, наши беседы очень помогали нам обоим.

– Привет, родной! – Ответил я!

– Как ты там, блудный сын? – С доброй шуткой в голосе, сказал Альберт.

– Как обычно, дружище, – с юмором ответил я, – как ветер! То тут, то там. Даже и не знаю, где заземлиться.

Повисла небольшая пауза.

– Я иногда тебе завидую, – сказал Альберт, – твоей легкости, и творческому порыву. Хотя и понимаю, что будь я на твоем месте, то завидовал бы семейным людям. Ведь ты сейчас один?

– Я давно один, и наверно останусь в этом состоянии навечно! – Ответил я.