11

На выезд мы отправляемся втроём. Рита не упускает из виду моё слегка унылое настроение.

– Что-то не так с твоей конфеткой? – Ехидно-заботливо заглядывает в глаза. – Я таки сломала твою игрушку?

– Нет, как раз наоборот, всё слишком прекрасно. – Ухмыляюсь в ответ. – Настолько, что я ищу подвох. И не могу его найти.

– Что именно тебя не устраивает? – Мэрт на секунду отвлекается от дороги. – Недостаточно сладкая?

– Она божественна.

– Глупенькая или скучна в постели?

– Уж точно не глупая. —Хмыкает Рита. – А в постели с Эдом не поскучаешь.

– И что не так?

– Всё так, просто наш Эдди бесится с жиру. – Буквально шипит. – Ему со мной не хватало искренности и нежности, а с этой не хватает перчика, конфликта. Так?

– Фу, не надо про жир. – Плюётся Фахим.

Задумываюсь.

– Не так. Мне не нужна её строптивость, но пугает её отношение.

– Девчонка влюбилась, что не понятно? – Рита оскаливается на меня. – Мне, если хочешь знать, тоже не особо нравилось, когда ты разрешал кому попало присасываться к моей шее.

Смотрю на подругу – она сама не сразу осознаёт, что только что произнесла вслух. Пожимает плечами.

– Поначалу я тупо подставлялась под любую пасть по твоему желанию, а потом больше из боязни тебя расстроить или рассердить, а позже просто назло – раз уж не настолько я тебе нужна, почему я должна отказывать себе в удовольствии. – Она успокаивается и прикрывает свои глазки. – А эта девчонка, не будучи привязанной, сама решила, что хочет быть только твоей. Знаешь, почему тебе прилепили твоё прозвище?

– Как ещё назвать человека с такой карьерой? – Мэрт ржет во весь голос.

– Фигня. Он сам избавился от ненужного ему балласта. – Рита огрызается в его сторону. – Ни один вампир столько раз не проходил мимо своего счастья. Я наслышана о твоих похождениях и моих предшественницах. Половина из них тебя любила без привязки и наваждения. А ты никак не мог им поверить. Или искал что-то особенное? Мэрт, сколько веков ты живёшь?

– Шесть, мэм. – Настроение у чувака потухло.

– Ты когда-нибудь слышал о вампире, пожертвовавшем всю кровь на плазму для больного ребёнка? – Её голос становится ироничным.

– Нет.

– А этот тупой кровосос не может теперь понять, почему этот ребёнок готов ему верить больше, чем самой себе. – Если бы сарказм был жидким, он капал бы из её слегка выдвинувшихся клыков.

– Ого. – Фахим сбавляет скорость и пристально смотрит на меня. – Вся кровь у неё твоя?

– Плазма. – Киваю.

– И эта детка – человек? – Снова киваю.

– Сомневаюсь. – Он снова прибавляет скорость. – Сто процентов – мьют.

– Чего? – В один голос с Ритой восклицаем и смотрим то на Фахима, то друг на друга.

– Мутант. Хотите убедиться – найдите её медицинские записи. Уверен, что их просто не существует с того самого времени. Приехали. – Мэрт останавливается возле большого серого здания.

– Ты подразумеваешь, что она может сама владеть некоторыми техниками вампиров? – Рита расцветает ехидной ухмылочкой. – Буду ржать, если она Эда привязала.

– Мимо. – Разочаровываю её в тот же миг. – Это не у меня нулевая критичность к ней, а наоборот. А меня она начинает бесить своей преданностью и безотказностью.

– Да, да, да. Мы в курсе. – Задирает лапки кверху. —Ты не привязан, ты просто боишься причинить боль доверчивой влюблённой девочке.

– А ты ревнуешь. – Выхожу из машины под ржание Мэрта.

Иду к открытому шлагбауму на въезде в паркинг. В этот раз, похоже, мы приехали раньше полиции.

– Откуда поступил вызов? – Спрашиваю идущую следом за мной начальницу.

– Звонок от одного из местных. Парню не понравился запах, а сам он из ботанов, не боец и не опер.

– Веган? Дай, угадаю. Фадей?

– Угу. Стоило обращать хорошего музыканта, чтобы он стал айтишником и начал жрать одну траву. – Рита вздыхает.

Входя в здание, делаю сильный вдох. Понятно, что насторожило парня. Наше обоняние намного чувствительнее человеческого, но по лицам спутников вижу, что понятно только мне. С первой машиной попадаю впросак, она чиста. Рядом стоит розовый минивэн, всем своим видом кричащий, что он просто не может быть впутан в что-либо тёмное. Нажимаю ручку багажника и она легко открывается.

– Даже не заперто? – Подошедший Мэрт отбрасывает какую-то тряпку, похоже, это был плащ или жакет. – Чёрт. Снова этот жировой извращенец.

– Это не извращенец. – Указываю на ровный надрез на коже. – Явно сделано не из гастрономических пристрастий. Могу даже предположить, что это сделано чем-то вроде переделанного пылесоса, а не хирургическим прибором для липосакции. И явно не челюстями.

– Зачем? – Халим с брезгливой миной отходит от машины.

К нам в это время походит подходит Толя Кульчин, наш приятель из полиции, опер или следователь. С иронией наблюдаю, как он целует мою шефиню в щёчку.

– Ребят, у моего начальства заканчивается терпение. Если вы не поймаете этого мудака, и у меня, и у вас будут проблемы. – Он явно не в восторге от этого разговора. – Когда я говорю "У вас", я имею ввиду всех вампиров. Кто-то сильно давит на моих боссов, чтобы вам перекрыть кислород.

Оставляю Риту общаться с поклонником, а сам выхожу из здания. Смотрю на солнце. Одно из глупейших человеческих заблуждений, что оно нам вредит. Глупое, но не самое опасное из них. Я даже поверю, что придумано оно нами. Уж точно гораздо страшнее другая глупость – то, что мы якобы не можем обходиться без крови. Можем, другое дело, что она для нас сильнейший допинг и афродизиак. Адекватный вампир не пойдёт на преступление, на нарушение Договора. Потому в первую очередь, что есть мы, Хранители.

12

Поначалу кажется, что слышу призыв от Риты, но, сделав несколько шагов обратно к двери, понимаю, что зов идёт с другой стороны. Скрыв нетерпение, спокойно иду через огромный бетонированный двор, перепрыгиваю четырёхметровый забор, а за ним оживлённое четырёхполосное шоссе. Он стоит в паре метров от проезжей части – один из немногих в этом мире, кто, как и я, насчитывает не менее тысячи лет своих многочисленных жизней.

– Дима, ты помолодел за последние сто лет, которые мы не виделись? – Обнимаю того, о ком не слышал с Первой Мировой.

– Нет, просто чище выгляжу. – Он улыбается. – Последний раз мы виделись в окопе в девятьсот пятнадцатом. Ты тоже выглядел совсем не пижоном.

Впервые судьба меня с ним столкнула в дружине Олега, с чьей-то фантазии позднее прозванного Вещим, он, смертельно раненый в одном из походов, стал одним из первых, обращённых мной. Снова в военной форме – сколько десятков, если не сотен он их сменил?

– Не устал служить? – Качает головой.

– Пока носит земля, как клятву дал. – Мы идём по тротуару вдоль дороги. – Эд, среди вампиров кто-то ведёт агитацию против Договора и Совета. Все провокации и эксцессы за последнее время не случайны.

– Кто? – Смотрю в надежде, что он мне скажет то, чего я не знаю.

– На меня вышел один из старших с предложением присоединиться к их организации, я отказался. А когда я попытался его отследить, он исчез.

– Исчез?

– Развеян или сбежал с планеты. – Усмехается. – Я в отпуске, так что можем попробовать вместе прочесать это болото.

Ещё какое-то время говорим, вспоминаем, делимся событиями последней сотни лет.

– Всё как всегда, служба, войны, войны, войны. И последняя из них самая гадкая – как будто вернулся в те проклятые варварские времена, когда больше всего друг друга истребляли. Порой сомневаться начинал, не хватит ли с меня.

Пока мы разговариваем, чувствую чей-то пристальный взгляд. Не человек, не вампир, не оборотень. Обычный ворон не спускает глаз с нас на протяжении всего разговора.

Обмениваемся контактами и я возвращаюсь к Рите с Мэртом.

– Помнишь мой рассказ о Димитрии, вечном воине? – Спрашиваю начальницу, ждущую у машины.

– Который Руси почти тысячу лет служит? – Криво улыбается. – Полюбопытствовала после твоих рассказов. Высших надо знать на своей территории. Не думала, что такие есть.

– Говорит, его сватали в ряды противников Совета и Договора. После отказа хвосты зачищены, конкретики ноль. Предлагает поработать вместе. А ещё я соглядатая заметил, через птицу кто-то наблюдал за нашей встречей.

– Кто бы сомневался. – Фахим усаживается на водительское место. – Знаете, мне это всё очень не нравится. История с этой серией убийств, появление твоей красотки, предложение помощи от самого явного социофоба нашего вида…

– Ты видишь связь в этих событиях? – Рита фыркает, усаживаясь на заднее сидение. – Бред. Хотя я знаю, кому такая комбинация вполне по силам.

– Угу. – Обхожу авто, чтобы сесть рядом с ней. – Только в этой истории он не манипулятор, а мишень.

– Правильно, бред, нагло притянутый за уши. – Мэрт на секунду разворачивается и смотрит мне в глаза. – Именно это я и хотел подчеркнуть.

«Он прав.» – Рука Риты ложится на моё запястье. – «Только что за информацию нам пытаются донести этим бредом, не понимаю.»

– Босс, я же говорил, что слышу мыслепередачи. – Фахим ржёт, но не отрывается от дороги. – А ты так стараешься, что не услышать тебя не возможно.

– Чёрт бы тебя побрал, мог бы и промолчал. – Обиженно шипит. – Знаешь ведь, что я только учусь.

– Ничего страшного. – Наш водитель поднимает правую руку в поощрительном жесте. – За шестьдесят лет стать старшей само по себе неплохо. У меня на это ушло полтора столетия.

– Тебя же не тащил за уши чокнутый высший. – Она смеётся и обнимает меня за шею.

– Ну да. Если бы надо мной так издевался кто-нибудь наподобие Эда, я бы сам развеялся в пепел гораздо раньше. – Он хмыкает. – Ещё один повод снять перед тобой шляпу. А Эду огромный респект за тебя в качестве моего босса. С тобой гораздо веселее даже, чем с ним.

– Не удивлюсь, – смотрит мне в глаза, – если это всё было продумано раньше, чем ты меня обратил?..

Киваю слегка с лёгкой улыбкой.

– Когда? – упирает палец в мою грудь.

– Сразу после первой совместной ночи пришла мысль, что грех отпускать такую горячую штучку. – Обнимаю её шею и целую в губы. – А когда пришлось тебя обратить, поневоле пришлось натаскивать тебя на эту работу. Всё остальное уже целиком твоя заслуга.

– Пришлось обратить… – Она с трудом отодвигается. – Скажем честнее, когда я попыталась покончить с собой, чтобы сбежать от тебя единственным доступным мне способом, а ты вернул меня, продлив эту пытку почти на сорок лет.

Она возвращается к поцелую, а затем с тихим стоном задирает голову, подставив шею.

– Имейте совесть! – Фахим резко останавливает машину. – Я пойду кофе попью. Ещё один твой стон – и я просто сдохну от голода.

Аккуратно касаюсь клыками её шеи, делая небольшой разрез.

– Ты не перепутал меня с ней? – Мурлычет, как большая кошка. – Со мной можно не быть настолько нежным.

Растягиваю удовольствие, не расширяя разрез. Спустя пять минут она обессиленно затихает в моих руках.

– Чёрт. – Шепчет, уронив голову мне на колени. – Эта девчонка реально тебя изменила. Это ещё один повод мне её ненавидеть.

– За что?

– За то, что я это сделать не смогла. – Она жалобно хныкает, а затем усмехается. – За то, что она для тебя уже значит больше, чем когда-либо значила я. Обратишь её?

Она поднимает голову и смотрит на меня.

– Нет. – Притягиваю её к своей шее, чувствую прикосновение клыков.

– Ну и дурак. – Она со стоном делает глоток.