Цитаты из книги «Алхимик»

Фатима – дочь пустыни. Ей ли не знать, что мужчины уходят, чтобы потом вернуться. Она тоже обрела свое сокровище – тебя. А теперь надеется, что ты найдешь то, что ищешь.

Открой на любой странице книгу, погляди на руки человека, достань любую карту из колоды, проследи полет ястреба в небе – непременно отыщешь связь с тем, чем живешь в эту минуту. И дело тут не столько в самих вещах, сколько в том, что люди, глядя на них, открывают для себя способ проникнуть в Душу Мира.

– Тот, кто следует Своей Судьбе, знает и умеет все. Только одно делает исполнение мечты невозможным – это страх неудачи.

– Не думай о том, что осталось позади, – сказал Алхимик, когда они тронулись в путь по пескам. – Все уже запечатлено в Душе Мира и пребудет в ней навеки.

Они снова вернулись к воротам обители, и там Алхимик разделил золотой диск на четыре части. – Это тебе, – сказал он, протягивая одну монаху. – За то, что всегда радушно встречал паломников. – За свое радушие я получаю слишком много, – возразил монах. – Никогда так больше не говори. Жизнь может невзначай услышать и дать в следующий раз меньше, – ответил Алхимик и повернулся к Сантьяго.

– А как же мне погрузиться в пустыню? – Слушай свое сердце. Ему внятно все на свете, ибо оно сродни Душе Мира и когда-нибудь вернется в нее.

– А почему тебя зовут Алхимиком? – Потому что я и есть Алхимик. – А в чем ошибались другие алхимики – те, что искали и не нашли золото? – Ошибка их в том, что они искали только золото. Они искали сокровища, спрятанные на Пути, а сам Путь их не интересовал.

А если я решу остаться? – Тогда ты станешь Советником Вождя. У тебя будет столько золота, что ты сможешь купить много овец и много верблюдов. Женишься на Фатиме и первый год будешь жить с нею счастливо. Ты научишься любить пустыню и будешь узнавать каждую из пятидесяти тысяч финиковых пальм. Поймешь, как они растут, доказывая своим ростом, что мир постоянно меняется. С каждым днем ты все лучше будешь разбираться в знаках, ибо нет учителя лучше, чем пустыня. Но минет год, и ты вспомнишь о сокровище. Знаки примутся настойчиво твердить о нем, но ты постараешься не обращать на них внимания. Ты используешь свои познания на благо оазиса и его обитателей. Вожди племени будут тобой довольны, а верблюды будут приносить тебе богатство и укреплять твою власть. Пройдет еще год. Знаки будут по-прежнему твердить тебе о сокровищах и о Пути. Ночи напролет будешь ты бродить по оазису, а Фатима – предаваться печали, потому что поймет, что это из-за нее ты прервал свои поиски. Но ты будешь по-прежнему любить Фатиму, и она будет отвечать тебе взаимностью. Вспомнишь, что она ни разу не просила тебя остаться, потому что женщины пустыни умеют ждать возвращения своих мужчин. И тебе не в чем будет винить ее, но много ночей подряд будешь ты шагать по пустыне и между пальмами, думая, что если бы больше верил в свою любовь к Фатиме, то, глядишь, и решился бы уйти. Ибо удерживает тебя в оазисе страх – ты боишься, что больше не вернешься сюда. В это самое время знаки скажут тебе, что сокровищ ты лишился навсегда. Настанет четвертый год, и знаки исчезнут, потому что ты не захочешь больше замечать их. Поняв это, вожди откажутся от твоих услуг, но ты к этому времени уже станешь богатым купцом, у тебя будет множество лавок и целые табуны верблюдов. И до конца дней своих ты будешь бродить между пальмами и пустыней, зная, что не пошел по Своему Пути, а теперь уже поздно.

Сантьяго промолчал. Он научился этому у пустыни, и теперь ему достаточно было просто смотреть на деревья. До пирамид было еще далеко. Когда-нибудь и это утро станет для него всего лишь воспоминанием. Но сейчас он жил настоящей минутой и радовался ей, как учил его Погонщик, и пытался связать ее с воспоминаниями о прошлом и мечтами о будущем. Да, когда-нибудь эти тысячи финиковых пальм превратятся в воспоминание, но в этот миг они означали прохладу, воду и безопасность.

«Ведь я возвращаюсь в знакомые места пасти овец», – подумал он, но принятое решение почему-то ему разонравилось. Целый год он работал, чтобы осуществить свою мечту, а она вдруг стала с каждой минутой терять свою привлекательность. Может быть, это вовсе и не мечта? «Может быть, стать таким, как продавец хрусталя? Тоже всю жизнь мечтать о Мекке, но так и не собраться в путь?» – думал он, но камни, которые он держал в руках, словно передали ему силу и решимость старого царя.