Малый крейсер, не то в боях, не то в атмосфере Тэй, лишился своей носовой части, но корма и реакторный отсек, получили минимум повреждений. Реактор работал на последних крохах топлива, но этого хватало, чтобы исправно служили некоторые системы корабля.

Вир запер дверь и указал в сторону коридора, откуда доносился металлический стук. Стук усиливался, что-то металлическое и явно тяжёлое, приближалось ко входу. Вир был абсолютно спокоен, позвал ребят за собой.

Навстречу гостям вывалил охранный дроид. Полусфера на четырёх металлических паучьих лапках, и поворотной башенкой с двумя спаренными удлинёнными игломётами.

– Это с ним ты вчера воевал? – спросила Лера, инстинктивно прячась за спину Павла.

– Не, воевал я с турелью, в противоположной стороне коридора. А этот парень оказался покладистым. Считал мою метку и больше не препятствовал моему нахождению на корабле. Вы его не бойтесь, он пустой как барабан, боекомплект весь высадил, может по крысам расстрелял. Охранные роботы не отличаются особой сообразительностью.

Дройд подбежал к людям, покачался из стороны в сторону на своих ножках, осмотрел прибывших, начал доклад.

– Господин младший лейтенант, за время моего дежурства происшествий не было, вверенный мне периметр ….

– Вольно, боец. – остановил докладчика Вир. – Эти люди со мной, я даю им полный гостевой допуск. Ступай.

Робот покорно удалился.

– Лейтенант? – удивился Павел.

– Вот бы нам такого железного человека с собой в Изумрудный город. – восхитилась Лера. Почему-то робот произвёл на неё впечатление, хотя он был похож на тех, что режут корпусы кораблей. А к их виду, Лера была равнодушной.

– Неа, не пойдёт он с нами. – огорчил Вир. – У него приказ капитана, охранять корабль.

Вошли в местную столовую.

Вира просто распирало похвалиться очередными находками. Уж очень ему хотелось порадовать Леру и Павла. Ему нравилась эта пара, к ним он питал неподдельную симпатию. В них была какая-то искра. Что-то, неуловимо, родное. Вир это чувствовал всем своим нутром, а внутренние чувства его никогда не подводили.

Надо отметить, что и ребята питали к Виру, исключительно добрые чувства. Старший опытный товарищ, единственный человек, оказавшийся с ними, на этой планете, с самого начала. Они уже считали его своим другом, и если вдруг что случится, они точно его не бросят. Впрочем, так же как и он не бросит их.

– Лера, – начал Вир. – предлагаю тебе немного похозяйничать здесь. Тут рабочий синтезатор, и даже картриджи в нём есть. Там два ящика с гражданской одеждой, почти вся она женская. Выбирай, что понравится. В конце коридора есть сантехнический блок с очистителями. Всё, что выберешь, можно почистить и упаковать. Советую отдельно подумать, какое меню будет на ужин.

Вир открыл ящик, лежащий на полу, извлёк оттуда прямоугольный футляр, поставил на стол.

– Паш, пошли в грузовой отсек, Лер нас на завтрак позовёт.

Пока двигались в грузовой отсек, Павел завязал разговор, вспомнив об охранном дроиде.

– Вир, вот объясни. Всему этому барахлу четырнадцать тысяч лет, а оно до сих пор работает. Как вообще такое возможно?

– Ну, не факт, что четырнадцать. Скорее всего, гораздо меньше. А работает, потому что, технологии древних. Вот как древние когда-то придумали, так мы и производим, а как они добились таких результатов, только учёным известно. И кстати, четырнадцать тысяч лет не приговор. Я как-то в новостях видел, что на одной из планет систем Джоре, нашли механизм, которому было сто тысяч лет. Как новенький, всё работает, всё вращается.

В грузовом отсеке, Вир показал Павлу очередные находки, объяснив суть проблемы.

Гравиплатформа взлетала, но кренилась на один бок, а при движении её начинало заворачивать вправо. Приходилось постоянно держать ручку управления в крайнем левом положении, чтобы обеспечить прямолинейность хода платформы. При этом, поворот налево можно было выполнить только после полной остановки. Для управления платформой усилий не требовалось абсолютно, но такой способ перемещения, особенно, если нужно будет двигаться быстро, может выйти боком.

– И как я тебе помогу? –спросил Павел.

– Я заметил, что ты проявляешь интерес к механизмам. Умеешь обращаться с ручным инструментом, хотя видишь его впервые, и баз знаний у тебя нет. В нашем мире, такое невозможно, но тебя это не останавливает.

– Простые и основные методики и инструментарий, наверное, во всех мирах одинаковы. – возразил Паша.

– Всё равно, где-то же ты этому научился.

– Я в армии механиком-водителем на БМП служил, скорее всего, там и научился. По крайней мере, матчасть точно там учил.

– Так получается, что базы знаний у вас тоже есть.

– Получается есть. Только у нас в мозг ничего не закачивается. У нас для этого книги, учебники и преподаватели. Школы и университеты.

– У нас тоже школы есть, но только это лечебные учреждения. В них базы знаний под разгоном изучают.

– Ладно, это всё лирика. – вернулся к делу Павел. – Как себя аппарат ведёт понятно, а что конкретно в нём не работает?

Вир запустил дроида-диагноста.

По сути, это маленький робот, размером с полтора-литровую кастрюльку. Планшет на паучьих ножках.

Робот подбежал к платформе, ткнулся в неё разъёмом, начал выводить данные на монитор. Вир при этом смотрел поверх своей левой руки, ему данные выводились на экран коммуникатора.

– Разве ты сам чинить не умеешь? – поинтересовался Павел.

– У меня изучена база ремонтника дронов, и только до второго уровня. Максимум моих умений, это замена узлов в сборе.

– Тогда рассказывай как устроен принцип работы гравиплит. – Павел ткнул пальцем в первую строку неисправности.

Оказалось, что принцип работы гравиплатформ, не так уж и сложен. Все гравиплиты состояли из набора маленьких, сантиметра два, шестигранных пластин. Пластинки соединялись друг с другом, как соты, образуя гравиплиты. Размер плиты определял площадь опоры, и, по сути, влиял на грузоподъёмность. Управлялись плиты катушками, которые синхронизировались между собой, и выдавали плитам постоянный, равномерный сигнал. Ещё в конструкции был силовой модуль, отвечающий за мощность сигнала, но он выдавал сигнал импульсами. Количество импульсов в секунду, зависело от гравитации объекта. Блок управления, распределял мощность сигнала между плитами. Таким образом, выходило, что для движения вперёд, на задние плиты платформы, подавался более мощный сигнал. Корма немного приподнималась, и платформа будто скатывалась вперёд, как по горке. Руление осуществлялось по схожему принципу.

Конкретно у этой платформы не работала одна плита, был рассинхрон одной из катушек, и сбоил блок управления.

– Идеи есть? – поинтересовался Вир.

– Есть. – Павел начал распихивать ногами мусор на полу, очищая площадку для работы.

В этот момент в отсеке появился охранник, и металлическим голосом объявил: – Госпожа Лер, приглашает вас к столу.

По местным меркам, и учитывая обстоятельства последней недели, стол был барский. Не найдя в меню знакомых блюд, Лера заказала синтезатору отдельные компоненты. В результате получилось, что-то на подобии макарон, по две сосиски, но в форме бублика, и жареное яичко.

– Волшебница моя. – воскликнул Паша. – Это лучший завтрак в моей жизни.

– Ну, кого ты обманываешь? – отозвалась Лера. – Уж я то знаю, бывали завтраки и получше. А вообще, наколдовала бы больше, но синтезатор требует воду.

– С этим хуже. – пояснил Вир. – Картриджи заправляются через приёмник синтезатора, а вот вода, подаётся из системы. В ней вода давно уже испарилась. Ты вот скажи, хозяюшка, как ты приказала дроиду нас позвать?

– Никак не приказывала, просто попросила.

– И он послушал?

– Считай это волшебством женского обаяния.

Завтрак действительно получился шикарным. Всё было вкусным, горячим, имело текстуру. От такого приёма пищи, люди получили не только насыщение, но и гастрономическое удовольствие.

Хотелось расслабиться и предаться дрёме. Но дел запланировано было выше крыши.

Лера уже разобрала вещи и после завтрака намеривалась заняться их чисткой. Ещё она планировала исследовать корабль, на предмет чего-нибудь интересненького, на что не упал взгляд Вира.

Мужчины же отправились изобретать велосипед.

Для начала подготовили место. Вир приступил к разбору старой платформы, попутно задействовав, единственно уцелевшего ремонтного дроида. Тот сильно повредился при падении, но функции 3-D принтера выполнять мог. Дроид занялся расплавлением пластика, которым заливалась платформа.

Павел приготовил материал на каркас новой. Для этого, как нельзя лучше, подошли лестничные перила. Длинные, прочные, и главное, лёгкие.

Хорошо, что корабли металлические, и не нужно городить верстак, варить можно в любом месте.

Уложили на пол первую трубку, длиною три метра, прихватили к полу, чтобы не смещалась. Отмерили размер гравиплиты, по этому размеру, из пластика изготовили кондуктор, по кондуктору выставили шесть временных опор. На опоры уложили ещё две трубы. Соединили трубы между собой поперечинами. Получилось подобие днища лодки, с двумя плоскостями, под углом градусов десять, к плоскости пола. По центру каркаса, установили кронштейны, на которые смонтировали силовой канал, местное подобие многожильного кабеля. От центрального канала провели разводку к местам установки гравиплит. Необходимый материал брали разоряя местное оборудование, коего в отсеки было предостаточно. Наличие катушек, Павел посчитал лишними, тем более, что катушек, по задумке, понадобится больше, чем их есть, да и синхронизировать нечем. Установили силовой модуль. Вот тут понадобился ремонтный дроид. Только он мог подключать устройства к нужным жилам силового канала. Спереди каркаса приварили дополнительную раму из загнутой трубы, так, чтобы та задиралась вверх, градусов на пятнадцать-двадцать. Получилось как нос у БМП. Сзади добавили надстройку, выносную площадку, сантиметров на сорок выше основного каркаса. Выходило, что конструкция увеличилась в длину до четырёх метров. Ближе к корме, на силовой канал, установили химический реактор, снятый со старой платформы, так, чтобы центр тяжести немного смещался назад. Со старой же платформы сняли ручку управления, вместе с энергошиной. В центре надстройки, установили шариковый шарнир, сделанный из локтевого сустава, какого-то разбитого дроида. Установили отдельную рукоятку регулятора высоты. Посмотрели на результат, пошли обедать.

После обеда приступили к установке гравиплит, разобрав ещё две, полностью нерабочие платформы. Получилось, шесть штук на днище, по три на каждую наклонную плоскость, одна на нос, под наклонную часть, и одна сзади на шарнире. Ремонтный дроид подсоединил к нужным жилам плиты и элементы управления. Пришло время протестировать конструкцию.

Срезали временные опоры, платформа завалилась на бок. Немного неудобно, но угол завала небольшой. Запустили реактор. Платформа загудела и поднялась на несколько сантиметров от пола. Висит стабильно, в стороны не кренится. Силовой модуль выдаёт шесть тысяч импульсов в секунду на каждую плиту, синхронизация не требуется. Регулятор высоты вверх, платформа поднялась ещё сантиметров на двадцать. Ручку управления вниз. Задняя плита наклоняется, начинает толкать платформу вперёд. Поддаём газку, разгоняемся. Опускаем ручку, тормозим, инерция как по воде. Теперь пробуем наехать на препятствие, вон ящик лежит, как раз подходящий вариант. Не доехали сантиметров тридцать, нос начал задираться, поддали газу, перемахнули ящик. Значит, все настройки верные.

Вообще, всё управление получилось на механике, простое и интуитивное. Кто хоть раз управлял моторной лодкой, разберётся мгновенно.

Вернули платформу на временные опоры. Дали команду роботу заливать каркас пластиком, сами занялись поиском каких-нибудь сидений для пассажиров. Пришла Лера, своевременно указала, что нужно ещё за что-нибудь держаться, и не мешало бы установить приспособления, для крепления грузов.

Так, в трудах и завершили остаток дня. На ужин пошли уставшие, но очень довольные.

Вир особо отметил заслугу Павла. Оказывается, чтобы что-то конструировать, в мирах Содружества нужно изучить инженерную базу, минимум до шестого ранга.

Ужинали как белые люди. Лера приготовила картофельное пюре и свиные отбивные с несколькими соусами, а к столу вышла в платье. Простенькое, лёгкое как сарафанчик, длиною до середины бедра, светло-голубого цвета, с фиолетовыми вставками. Мужчины даже испытали неловкость, за свой внешний вид.

Вир поставил на стол тот самый футляр, что продемонстрировал утром, сломал на нём пломбу. Футляр зашипел, как открытая газировка, и отделил верхнюю часть. Внутри находилась керамическая бутыль, с очень старым вином.

– Это восемьсот летнее вино, – начал презентацию Вир. – изготовлено на виноградниках Аш-Хамзи. Пренеприятнейшие существа, но боги виноделия. Технология хранения позволяет вину не превратиться в уксус, сколько угодно лет, если контейнер не будет вскрыт или повреждён. Последний раз, я такое вино пил – никогда. Стоимость бутылки, думаю, около пары миллионов.

Вино действительно оказалось божественным. Описать его вкус невозможно, его нужно вкусить.

– Окончив трапезу, и почти приговорив бутылку вина, друзья погрузились в приятную истому. Давно забытое ощущение вкуса, сытости, и лёгкого намёка на алкогольное опьянение, растеклось по всему телу. Шевелиться не хотелось вовсе.

– Поделив остатки вина по стаканчикам, Вир отошёл в угол столовой и завалился прямо на пол, стараясь растянуться во все стороны. Пристроил к стене кусок какого-то пластика под наклоном, долго ёрзал, в поисках удобного расположения головы.

– Русский язык я начал учить пять лет назад.

Паша с Лерой аж вздрогнули от такой неожиданности, обернулись в сторону Вира.

– Помню, – продолжил он. – бот вечером привёз людей, так же, как и вас. Я уже тогда был старшим отряда. Стоим, значит, наблюдаем такую картину. Выводят из бота компанию, рожи у всех разбиты, руки связаны, смотрят друг на друга волком. Сначала подумал, это их охрана так обработала, оказалось нет, сами справились. Ставят их на колени, отдельно от строя. Один вообще особняком, больше остальных побитый. Только отвлеклись, одиночка поднимается, и со всей дури заряжает пинка в лицо одному из своих оппонентов. Оставшиеся четверо, метелят пинками одиночку. При этом видно, что все, люди подготовленные, явно с поставленной техникой. Огребают от охранников, снова ставятся на колени и буквально через пару минут картина повторяется. Только на этот раз, одиночка, успевает втащить уже двоим. В итоге, охрана растаскивает их по разным сторонам, а тот, что один кричит: – Русские не сдаются. Это потом я узнал, что драка началась ещё на корабле, и затеял её не одиночка. Причём их уже несколько раз разнимали, но одиночка, не сдавался ни в какую. И так вышло, что эти вояки угадили в мой отряд.

На следующий день, было ещё хлеще. Утром они опять сцепились, уж не знаю, что за отношения они там выясняли, но после гипнограммы пришлось их разделять. Банду забрал с собой, всё проклял, пришлось даже одному ноги сломать, одиночку оставил с О́шей.

А вечером, банда и одиночка, устроили очередное зрелище. Эти уроды, которые пендосы, выбрали для себя объектом насмешек не кого-нибудь, а именно О́шу, отпускали шуточки сексуального характера по поводу её четырёх рук, и то, что их как раз четверо. Пятого я же в медблок определил, ноги сращивать. А для О́ши, такие шутки, смертельное оскорбление, она их на бой вызвала. А одиночка решил за неё заступиться, и снова смертельное оскорбление.

Дело кончилось тем, что О́ша, троих из банды отправила к доктору, с сильнейшими травмами, а четвёртого в утилизатор. Потом был бой с Денисом, с одиночкой.

– Так вот про кого О́ша говорила. – вспомнила, к слову, Валерия.

– Да, про него. – Вир продолжил. – В общем, вышли они на бой, Денис даже в стойку не встаёт. Она его метелит вдоль и поперёк, тот только падает, кряхтит и поднимается. Она ему уже говорит, что ты, мол, хотя бы защищайся, не позорь меня бездействием. А он, улыбается во всю окровавленную рожу, и отвечает: – Ну, тогда добей меня. Не дерутся у нас, у русских, мужики против баб. Так на этом фоне и сдружились. Не сразу конечно, но стали друзьями.

Денис оказался хорошим парнем. Мой ровесник, правда, наотрез отказался процедуру омоложения проходить, возраст ему его нравился, говорил, что в самом рассвете сил. На Земле морским пехотинцем был, правда, я так и не понял, как можно по воде ходить, плотнее она у вас там что ли, но не суть. По-русски много говорил, иногда, целую тираду выдаст, сообразит, что не на общем, рукой махнёт: – Учите языки, – говорит – Повторять не стану. Вот так и пришлось учить русский, а через год, доктор подсуетился, нашёл где-то лигвограмму с русским и залил мне.

– Вир, а почему ты о нём в прошедшем времени? – прервала рассказ Лера. – Где он сейчас?

– Погиб год назад. Меня спас, а сам погиб. Из-под турели меня вытащил.

– Прости. – Валерия даже погрустнела.

– Не бери в голову. – попробовал ободрить её Вир. – Взгляд у Дениса был, как у Паши в первый день. Всё побег планировал, схроны делал.

– Так ты тоже хотел сбежать? – Лера чуть воспрянула.

– Денис не оставлял этой идеи никогда, и меня с О́шей заразил. У него план был похожим на ваш, но более продуманный. Однажды, на корабле каком-то, он случайно активировал голографическую карту планеты. Каньон этот, ведёт к огромному кратеру, южнее экватора, а от того, есть другой каньон, ведущий на запад. Денис не верил в проклятье каньона, абсолютно уверен был, что это вообще, самое безопасное место на планете.

Павел решил сменить тему, так как эта, явно стала уже не самой лучшей. Как не крути, а Виру приходилось вспоминать о погибшем товарище. Да и о О́ше, он вспоминал как-то по-особенному.

– А ты как в рабство угодил, господин младший лейтенант?

– Легко и непринуждённо. – оживился Вир. – Я тогда уже наёмником служил, и мы в пиратскую засаду угодили. А из неё прямая дорога сюда.

– Наёмники, это не армия? – уточнила Лера.

– Нет, наёмники это наёмники.

– А звание армейское? Там получил?

– Там. Последнее моё звание в рядах ВКС Содружества, взводом штурмовиков командовал.

Вир сделал глубокий вдох, допил последний глоток вина и толи от воспоминаний, толи от общей, накопленной за эти дни усталостью, подвёл итог сегодняшнего вечера: – Ребятки, давайте на боковую. Завтра новый трудный день предстоит.