Цитаты из книг автора «Орхан Памук»

– Конечно! – обрадованно воскликнул Зийя. – Армия – всему голова. Армия стоит на страже реформ, закона и порядка. Армия умеет настоять на своем! Не так ли? Рано или поздно она своего добьется! – На последних словах лицо Зийи скривилось от переполняющих его чувств.

Армия – железный кулак республики – проложила реформам дорогу на восток. Теперь реакционерам уже не поднять головы! Не так ли, эфенди? – И Зийя посмотрел на Мухтар-бея. – Так-так! – кивнул тот. – Да, железный кулак государства покончил с этой проблемой. – По лицу Зийи вдруг пробежала тень. – Если бы не армия, не было бы никаких реформ. Армия всегда добьется своего. Рано или поздно, но добьется! Однако другие сословия тоже должны помогать делу реформ. Торговцы, например. – Тень, пробежавшая по лицу Зийи, задержалась в уголках рта и в глазах. – А если помогать не желают, то армия и с ними разберется. Поблажек никому не будет.

– Сынок, я твоих терминов не понимаю! – сказал Мухтар-бей и улыбнулся, радуясь, что представился случай выместить на Рефике раздражение, накопившееся за время всех их разговоров. – Что такое это твое просвещение? Что такое прогресс, мне понятно. Прогресс очень важен. Страна должна развиваться. А если просвещение мешает прогрессу, то пусть уж лучше остается тьма. Да, пусть будет тьма – главное, чтобы страна развивалась, чтобы развивались сельское хозяйство и промышленность. Иначе никакого прогресса не получится, не правда ли? Ведь все, что сделано за эти пятнадцать лет, сделано кнутом и дубиной. – Увидев выражение безысходности на лице Рефика, Мухтар-бей прибавил: – Возможно, я тебя неправильно понял. Но, предоставив всем свободу, в нашей стране ничего не добиться. –

Рефик подивился на него и в который раз подумал, что портит всем настроение. «Стоит им меня увидеть, как они начинают тосковать. А ведь я думал, что принесу людям свет!» – сказал он себе

Поднимаясь по лестнице, услышал доносящийся из гостиной смех и подумал: «Сейчас я им испорчу настроение!» В последнее время он казался себе человеком, нагоняющим на всех тоску, и особенно это чувство обострялось, когда он приходил сюда.

Омер пытался не обращать внимания на этот обвиняющий взгляд, но не получалось. Он чувствовал себя преступником, скверным и низким человеком. Чтобы избавиться от презрения к самому себе, он пытался думать, что ничего особенного не произошло, пытался принять веселый вид…

Сегодня атмосфера этого дома ему особенно не нравилась, но что делать, он не знал. Для поднятия настроения сказал сам себе: «Я богач, сижу рядом со своей невестой. Живу! В жизни будет еще много интересного!»

Людям, для которых цель жизни заключается в том, чтобы не упустить случая ввернуть шуточку, часто приходится сожалеть о своих словах.

Еще раз взглянув на Назлы, подумал: «Оделась в красное, как маленькая девочка!»

Сворачивая на эту улицу, он каждый раз вспоминал тот день, когда приезжал сюда с дядей и тетей. Сколько времени прошло с тех пор? Год и восемь месяцев. Омер пытался сравнить себя тогдашнего, взволнованного и жадного до жизни, и сегодняшнего, насмешливого и раздраженного. «Я лучше узнал жизнь! – говорил он себе, но так обычно говорят неудачники. – Осталось ли во мне прежнее честолюбие? Сильны ли во мне прежние чувства?» Раньше, сворачивая на эту улицу, он всегда испытывал волнение, сейчас – только раздражение. «Теперь я богат!»