Чтобы понимать и создавать искусство, нужно стать по-настоящему одиноким, потерять всё, что связывало тебя с обществом и внешним миром. Истинное искусство не может быть здоровым. Оно должно просачиваться, пробиваться из недр глубокого, почти осязаемого чувства покинутости, словно цветок, растущий сквозь асфальт. Кто-то отрекается от людей по своему желанию, а кого-то изолирует общество, оставляя умирать на периферии мира, оплевывая все то, что когда-то являлось личностью.
Что объединяет Энди Уорхолла, Дэвида Войнаровича, Клауса Номи и Оливию Лэнг, автора книги? Всепоглощающее, обволакивающее, цепляющее за горло одиночество. Они стали отверженными, потеряли собственное "я" посреди одинокого безразличного пространства, именуемого городом.
Эта книга - нерасплетенный клубок тем, сердцевиной которого является общество, его предрассудки его жестокость ко всем "неправильным", "нетаким", "непохожим на других".
Оливия Лэнг приехала в Нью-Йорк, чтобы зажить счастливой жизнью с любимым человеком, но в итоге оказывается отверженной и покинутой в неизвестном городе - не к кому обратиться, некого позвать на помощь. Не ощущая физической близости, теряясь в закоулках собственных мыслей, она постепенно начинает исследование о таких же, как она - отвергнутых, изолируемых, покинутых всеми. Среди них художники, фотографы, музыканты. Их одиночество усугубляется стигматизацией - намеренной изоляцией по причине расы, сексуальной ориентации или только зарождающейся в 1980-е эпидемии "болезни геев" - СПИДа - пугающего своей непредсказуемостью даже самих врачей.
Они становятся "новым классом изгоев" - изгоями внутри стигматизируемой, изолируемой группы. Парадоксально, что в самом демократичном уголке земли становится небезопасно появляться на улице, если ты гей или если ты странный, не такой как все. Всю это боль "изгои" выражают через искусство: Энди Уорхолл стремится к механизации, обыденности, одинаковости сквозь исккусство поп-арта, Дэвид Войнарович отражает несправедливость посредством фильмов и фотографий, Клаус Нуми наоборот подчеркивает свою инаковость, он ходит по сцене невесомым существом, инопланетянином, пока сам не растворяется в молекулах, первый из всех поверженный СПИДом.
Книга тяжелая, болезненная, но, безусловно, нужная, особенно сейчас. Плавно переходя к современности, Оливия Лэнг касается темы одиночества в сети, способности интернета усугублять разобщенность и без того отчаянно одинокого общества.
"Безопасные города, чистые города, богатые города, города, что делаются всё более одинаковыми, — за риторикой Оперативной группы улучшения качества жизни таится страх грязи и заражения, нежелание позволить сосуществовать разным формам жизни. А это значит, что города перестают быть местами связи, где взаимодействуют очень разные люди, — и становятся пространствами, похожими на изоляторы, где подобное гнездится с подобным."
Пропустив через себя этот болезненный опыт, Оливия приходит к ценному выводу. Одиночество - это то, что делает нас живыми, поэтому его не стоит стыдиться словно чумной болезни. Именно общество наделяет нас ярлыками, выталкивает на обочину жизни - и никому не дано предугадать, кто следующий окажется за бортом. Невозможно противостоять обществу, как невозможно ужиться в нем без внутренней целостности, без ощущения значимости своего "я".
Признать себя, склеить себя по кусочкам, со всеми своими изъянами и недостатками - это единственная возможность остаться на борту.